Проклятая
Шрифт:
Я улыбалась, даже несмотря на ощущение, что кто-то бьет меня ледяным молотком по голове.
Когда звонок прозвенел, думаю, мы с мистером Тео оба вздохнули с облегчением.
Я с нетерпением ждала конца утренних уроков. Мою грудь сжимало нетерпение, особенно, когда я увидела Хайдена, прислонившегося к моему шкафчику в ожидании моего появления. Словно он делал так всегда; он закинул руку мне на плечи и поцеловал в лоб.
За нами наблюдали, особенно девушки, которые выглядели так, будто были готовы обменять свои туфли от Prada на то, чтобы
— Голодна?
— Всегда, — я закопалась рукой в его свитер. — В кафе?
— Если не возражаешь, что Фиби и Гейб к нам присоединятся?
— Не возражаю, — это была не совсем ложь, но это означало, что мы не сможем вести себя, как вели наедине. Мы ведь так и не стали парой официально.
Фиби и Гейб уже были в кафе, когда мы пришли. Я села первая, Хайден за мной. Он прижался ко мне бедром. Я схватила прядь волос и начала накручивать их на палец.
Взгляд Фиби проскользнул между нами, прежде чем остановиться на Хайдене. Очевидно, мы с ней все еще не разговаривали. И у меня, вроде как, выработалась привычка скрывать свои чувства в ее присутствии. Я не была уверена, работает ли это.
— Ты едешь в Чарльстон с Джонатаном завтра? — спросила она. — Паркер едет с ним.
— Не, я лучше в классе посижу, — Хайден потянулся и положил руки на колени.
— Я думаю, я пропущу занятия, — сказал Гейб, глядя в меню.
— Его не будет весь день? — спросила я; картинка с папками так и танцевала у меня в голове.
— Большую часть дня, — ответил Хайден. — Наверное, не вернется до самого позднего вечера.
— О, — я сделала глоток содовой. Оливия за обедом, кажется, говорила, что Лиз пойдет с ней завтра на занятия. У них будут игры на свежем воздухе. А значит, в доме никого не будет.
Гейб что-то говорил, но я уже не слушала: меня внезапно окатило холодом, и это рядом с парнем, источавшим жар. Завтра подходит идеально. Дома не будет никого, кроме мамы, а ее, честно признаем, можно не считать. Кто знает, когда еще у меня будет возможность посмотреть те файлы?
А хочу ли я знать, что в них? Что если я узнаю то, что навсегда изменит все? А вдруг там есть улики, указывающие на то, что аварию подстроил Кромвел?
Рука Хайдена легла мне на бедро, и это вырвало меня из моих мыслей. Я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица и толкнула его под столом. В ответ он усилил хватку.
Если я собираюсь это сделать — а я уже решила, что сделаю — мне нужно подготовиться к тому, что Хайден, возможно, меня возненавидит за разоблачение его отца или других членов его приемной семьи. С Фиби этого не произошло, но на сей раз все будет иначе — хуже.
Я посмотрела на Хайдена, и на его губах появилась легкая улыбка. Обычно эта улыбка воспламеняла мою кожу, но на сей раз мои внутренности сковало льдом.
***
Позднее я решила поговорить с мамой. Все прошло хорошо, в смысле, я двадцать минут говорила сама с собой, но на сей раз не винила
Мама никогда снова не заговорит со мной. Она видит лишь Оливию и, насколько я понимаю, она и с ней говорила нечасто. Оливия не понимала почему, как и я.
Перед ужином я рисовала с Оливией. Кроме того, что она не соблюдала границ листа, у нее определенно был талант, больше моего в ее возрасте. Но, если честно, таланты Оливии заключались не только в ее даре. Она была идеальна.
Я проверила свою почту — больше по привычке, чем по надобности — и убралась в комнате, пока ждала, когда придет Хайден. Вчера он вынес все растения из моей комнаты, кроме того со стеблем, похожим на змеиную кожу. Я оставила его на столе как напоминание о своем успехе.
Цветок был все еще жив, и он мне нравился.
Звук открываемой двери привлек мое внимание. Я выключила компьютер и развернулась в своем кресле. При виде его кривоватой улыбки в моем желудке затрепетали бабочки.
— Никаких растений? — спросила его я.
Хайден покачал головой и закрыл дверь.
— Я подумал, что мы займемся чем-нибудь нормальным для разнообразия, — он кинул мне диск.
Я поймала его и перевернула.
— Разве этот фильм не шел недавно в кинотеатрах?
— Не имею понятия, — он стянул толстовку и с ухмылкой бросил ее на пол.
Футболка с длинным рукавом, которая была на нем, немного задралась.
— Эм, если ты продолжишь так на меня смотреть, фильм мы так и не начнем.
Я покраснела, вскочила с кресла и пошла ставить диск в плеер. Я не виновата, что смотрела на него. Он так на всех действовал. Мы начали смотреть кино, честно начали. Но было очень сложно сосредоточиться на происходящем на экране, когда Хайден распустил мой хвост и начал играть с волосами.
— Мне нравится, когда твои волосы распущены, — он расчесывал пряди пальцами.
Мои глаза закрылись сами собой, и я расслабилась рядом с ним.
— Они в беспорядке. Мне надо подстричься.
Пальцы Хайдена остановились.
— Нет. Тебе не стоит обрезать волосы. Они прекрасны.
Я не стану стричь волосы. Никогда в жизни.
— Смотри кино.
— Я смотрю.
Нет, он не смотрел. Он оставил мои волосы лишь для того, чтобы обнять меня за талию и прижать к себе. Я положила голову ему на грудь и попробовала сосредоточиться на своем плане.
— Могу я спросить кое-что?
Он издал утвердительный звук. Его дыхание щекотало мои волосы.
— Ты не против, если я сама завтра поеду в школу? — спросила я и затаила дыхание.
— Нет, — он обнял меня крепче. Мне стало намного теплее.
— Просто я подумала, что могу ездить сама, понимаешь? Я давно не сидела за рулем, и мне бы хотелось снова… водить самой.
Хайден развернул меня к себе всего за секунду. Я положила руки ему на плечи, чтобы удержать равновесие. Он выглядел невероятно серьезно. Так, ничего хорошего это не обещало.