Проклятая
Шрифт:
Ане вдруг захотелось выяснить, что же тут на само деле произошло. Почему у Сергея вдруг поехала крыша? Как человек начитанный (да он чертов гений!) мог внезапно сорваться, схватить нож и зарезать любимого человека? Шестое чувство подсказывало ей, что здесь кроется еще что-то. Что дело не только в погибшем скоте. Доверяла ли она своим инстинктам? Никогда об этом не задумывалась. Просто сейчас логика - а она говорила об одном: Сергей сорвался - и факты, все эти нестыковки вроде как та, что мать была убита не в своей комнате - не складывались в одну понятную цепочку. Гвозди в стене, зеркала, люстры в сарае, книги на столе. Добавить ко всему этому упорное желание Сергея помочь матери и его выбор оставаться с ней до конца.
Аня вдруг вспомнила слова, которые произнесла вслух на прощание. Слова, которые заставили мать опустить руку с кожаным ремнем. Слова, из-за которых подбородок матери задрожал, а на усталые глаза навернулись слезы. Ане стало жутко тоскливо.
Она встала из-за стола и вышла из комнаты. Пора готовиться к приему гостей.
Ирка пришла раньше, чем обещала. Зато она принесла с собой полный пакет еды и бутылку красного вина с некрасивой этикеткой, похожей на страничку из детской книжки для раскраски.
– Позже еще зайдет Тонька. Помнишь ее?
– Ты так говоришь, будто я отсюда шестьдесят лет назад уехала, - Аня улыбнулась.
– Я никого еще не забыла.
– Так ты не против?
– Нет, не против. Пойдем в дом. Я только собралась на стол накрывать.
– Анют, давай, может на улице посидим? Чего-то мне не хочется в доме сидеть, где Серега ее...
– Ну давай ты еще мне жути нагони.
– Ой, прости, Ань. Что же я, дура несу? Пойдем.
– Нужно стол во двор вынести тогда.
В глазах Иры появился веселый огонек.
– Да какие проблемы? Что же мы вдвоем стол не вытащим?
Они расселись и Аня почувствовала себя хорошо. В первый раз за весь день. Ирка обладала прекрасным даром. Своими безостановочными монологами она могла заставить забыть о любых проблемах. Они вспоминали прошлое и смеялись. Ирка осторожно обходила стороной запретную тему, а если вскользь и касалась Сергея или матери, то тут же осекалась и весело переводила разговор на другую тему.
Чуть позже подъехала Тоня. Бывшая одноклассница Ани с возрастом стала похожа робота из японских мультфильмов. Совершенно непропорциональное тело создавало впечатление, что по утрам она завязывает штанги в узел просто для забавы. Хвост немытых волос на затылке дополнял картину. На деле же она оказалась загнанной в угол женщиной, которую ежедневно доводили до истерики муж алкоголик и его лучший друг брат Тани. Говорила она тихо, смеялась редко, пряча некрасивую улыбку за ладонью. Аня заметила, что одного резца у нее не хватает. В школе Тоня была одной из тех "нормальных", с которыми можно было поговорить. Никогда не пыталась поставить себя выше других, но и в обиду себя не давала. После школы она вышла замуж за друга брата и потом жизнь стала кошмаром. Так и не смогла забеременеть, за что ежедневно получала тычки от мужа. Сейчас ее "суженный" валялся пьяный в кровати и не должен проснуться до самого утра. Тоня при любом постороннем звуке, будь то хруст ветки, хлопок двери или звук приближающихся шагов, тут же вздрагивала
– Зря я пришла, - сказала Тоня в очередной раз.
– Если он проснется и увидит...
– Не проснется, - успокоила ее Ирка.
– У меня и самой такой же дома. Их не разбудишь. Можешь резать, он и то не почувствует.
Снаружи послышался шум мотора. Перед воротами остановилась машина. Тоня испугано оглянулась вокруг и схватила Аню за локоть.
– Кто это?
– спросила Ирка.
– Не знаю, - Аня встала и пошла к калитке.
Двигатель захлебнулся и затих. Хлопнули дверьми.
– Кто там?
Дверь открылась и в проеме появилось довольное лицо участкового. Первое, о чем подумала Аня это то, что нужно закрывать калитку на засов.
– Есть кто дома?
– он протянул Ане букет полевых цветов и еле заметно нахмурился, увидев Иру и Тоню.
– А у вас тут веселье?
– Вспоминаем прошлое. Присоединишься?
– А то! Я ведь также часть вашего прошлого. Подождите. Так и знал, что пригодится.
Он вновь скрылся за пределами двора и через несколько секунд появился с бутылкой водки в руках. Они освободили для него уголок. Аня принесла рюмку. Пить сама наотрез отказалась, как и ее подруги. Рыбин пожал плечами налил себе в стакан, отставив рюмку вбок.
Разговор больше не клеился. Они потеряли всякую нить. Ирка то и дело пыталась любыми способами подковырнуть участкового, чем выводила его из себя. Видимо, отношения между ними были натянутыми. Тоня полностью ушла в себя. Пряча взгляд под стол, она за весь вечер не произнесла больше ни слова. Через полчаса участковый охмелел. Глаза его стали красными. Он облокотился на крышку стола сжав ладони в замок и молча наблюдал за происходящим. Ирку это очень позабавило. С нескрываемой долей сарказма она заявила ему, что "джентльмен он так себе". Рыбин злобно покосился на Аню.
Одним словом вечер не задался. Посиделки в итоге превратились натянутую нить, по которой все присутствующим приходилось идти. Напряжение нарастало. Аня начала беспокоиться о том, что если Ирина продолжит в том же духе, то доведет Рыбина до срыва. Этого боялась и Тоня. Скорее всего, она думала, что через участкового о ее побеге дойдут слухи до мужа. Темнота вытеснила остатки дня. Аня расставила на столе три свечи, найденные на кухне в доме. Темы для разговора были исчерпаны. Аня поймала себя на том, что тупо смотрит на пламя свечи и ни о чем не думает. То же самое делали все остальные. В конце концов она просто-напросто объявила, что устала и утром ей предстоит тяжелый день и предложила развести всех по домам. Тоня облегченно вздохнула, да и Ирка была не против. Лишь участковый заверил, что доберется сам.
– Куда тебе ехать?
– спросила Аня.
– Давай я отвезу тебя, а завтра приеду, чтобы ты забрал машину.
– Я посплю в машине, - заверил он.
Аня пожала плечами. Ей было безразлично. Тут не город: машин мало, как и прохожих в такой час. И потом он до жути ей надоел. Они быстро собрались и уселись в машину. Участковый откинулся на сидении своей.
– Не парься, Тонька, - как только они отъехали, Ира обернулась к Тоне сидевшей сзади.
– Он ни слова не скажет. Он знает, что я тогда не промолчу и расскажу его Ленке, где он шастает по ночам.
– Блин, "Санта Барбара" прямо.
– А то! И у нас бывает весело, - она засмеялась.
Поездка заняла пятнадцать минут. Аня распрощалась с Иркой и Тоней. Ирка обещала завтра заскочить и помочь в подготовке к прощальной церемонии. Аня тяжело вздохнула. Ей до сих пор становилось не по себе, когда она думала о том, что ей предстоит провести ночь с покойницей под одной крышей в полном одиночестве. Память вновь нарисовала образ мертвой матери с серым лицом и злобным взглядом полуоткрытых глаз.