Проклятая

Из окна слышалось щебетание птиц. Вайхи, тирды и ригисы приветствовали весну в нашем городе. Все расцветало, оживало, природа словно начала дышать, играя зеленеющими почками на деревьях, волосами малышей, радующихся тому, что наконец можно снять тяжелую верхнюю одежду.

Выглянув в окно, увидела своих младших сестер Клэр и Дари, они снова бегали друг за другом по саду, о чем-то споря. Наверное, снова женихов делят, тепло улыбнувшись, подумала я.

Русые волосы Клэр были распущены, маленький вздернутый носик,

розовые губки бантиком, карие глаза, одним словом — красавица. Дари же, обладала более темным цветом волос, тонкими, но яркими губами, и таким же носиком и глазами как и Клэр. Счастливые, живые, активные… Клэр 17, а Дари 15 лет, и в этом возрасте их жизнь начинает расцветать новыми красками.

Когда-то я тоже была такой, пока на мое четырнадцатилетие к нам в дом не пришел мужчина, скользящий словно тень, окруженный странной аурой, от которой у жителей всего дома побежали муражки.

Они уединились с отцом в его кабинете, и примерно через час к нам вышел буквально посеревший отец, который еле стоял на ногах, держась за сердце. И смотрел он на меня, в упор, как будто приговоренный на плахе ищет взглядом государя, надеясь на милость. Я тогда ничего не поняла, только вышедший за ним темный мужчина, словно демон, направился ко мне решительным шагом. Я даже и не думала убежать, настолько нереальной была обстановка и вся ситуация, что я словно приросла к полу.

– Здравствуй, Клариссабель. — поприветствовал меня этот странный человек кивком.

– Добрых ночей, господин, -судорожно выдохнула положенное приветствие, - но меня зовут просто Бель.

– Нет, юная леди, отныне вас зовут Клариссабель, - уголки его губ приподнялись в подобие улыбки.

В этот же момент, он мягко схватил меня за подбородок, приближая к своему лицу, и жестом руки остановил маменьку с сестрами, кинувшихся мне на выручку. А в следующую секунду, он заговорил на непонятном языке, надавил на мои щеки, что бы я открыла рот, и с последней своей фразой что-то выдохнул мне в рот. Словно живая, черная субстанция проскользнула в меня, заставляя задыхаться, глаза расширились от ужаса и непонимания того, что произошло, а потом сознание заволокло тьмой.

Меня словно высасывали, и одновременно чем-то наполняли, я горела и умирала от холода, моя душа словно металась по темным лабиринтам, снова и снова врезаясь в стены, вспыхивающие какими-то огненными символами. И в какой-то момент я почувствовала дикую усталость, не было сил больше искать выход из этого лабиринта, хотелось просто раствориться, забыв обо всем.

И в этот момент я услышала чей-то хриплый голос, он что-то говорил на незнакомом мне языке, становился все громче и громче, быстрее и быстрее. В какой-то момент, я стала понимать, о чем он просит, зовет меня, и я молнией устремилась к источнику, с легкостью преодолевая все препятствия темной западни.

Резкий вздох, легкие защипало от обилия кислорода. Я лежу в своей комнате, а рядом со мной этот ужасный мужчина, все так же похожий на демона, но в этот раз с более живой мимикой. На лбу испарина, сам изрядно побледневший, потом уже я узнала, что пролежала в горячке несколько суток.

– Ты справилась,

значит, так тому и быть. Все вопросы потом, - видя мой рот, открывшийся для того, что бы засыпать его вопросами, остановил меня мужчина. — Все что ты должна понять и принять, так это то, что отныне твои имя Клариссабель. Все, что будет происходить в дальнейшем, не должно пугать тебя, не вздумай сбегать и пытаться вредить себе, подумай о своих близких. Не ищи ответы, не придумывай вопросы, и никогда не спрашивай отца о нашем с ним разговоре, на нем клятва, и ты можешь навредить ему. Если случиться что-то страшное, требующее безотлагательного вмешательства, вот, - протянул он мне какой-то черный камень в форме капли размером с мою ладошку. — по пустякам не зови, помни, за все в этой жизни приходится платить.

Он поднялся, поклонился мне и исчез. Буквально растворился в моей комнате. А это значит лишь одно — магия! Но это невозможно, потому что практически во всем нашем мире магия окончательно вымерла около пяти десяти лет назад! Путешественник из другого мира? Хм, когда-то переходы между мирами не были в диковинку здесь, но сейчас… не знаю.

На протяжении тысячелетий наш мир, под названием Антурион, был полон магии. Магия стихий, жизни и смерти, времени разливалась по венам местных жителей, никто не помнит, откуда она пришла к нам, а может, и вовсе присутствовала с момента его зарождения. Но около пяти ста лет назад маги стали вырождаться.

Храмовники кричали, что боги гневаются на недостойных, маги просто паниковали, а какая-то группа ученых доказала, что все это происходит из-за того, что некоторые стали направлять магию на темные делишки. А ведь она была дана для создания и оберегания жизни в мире. Даже магия смерти использовалась для защиты от нападений, упокоения умертвий, которые, кстати, перестали подниматься, ведь неконтролируемых выбросов магии больше не происходит. В общем, как говорит мой папенька, магия — это инструмент защиты, а не нападения.

И вот, примерно пятьдесят лет назад, магия окончательно нас покинула. Хотя, сколько себя помню, ходят слухи, что в мире все-таки остались пара закрытых городов, скрытых от глаз местных зевак, где магия не просто сохранилась, но и бежит по венам горожан, как в далекие времена. Но это слухи, не более, все же у людей должна оставаться хоть какая-то надежда на возвращение лучших времен.

Да, свое четырнадцатилетие я не забуду никогда, с холодной отстраненностью подумала я. Отойдя от окна, направилась к своему рабочему столу.

С самого утра я находилась в своем кабинете, который предоставил мне отец три года назад. Он тогда обратил внимание, как много книжек я таскаю из нашей библиотеки, городских книжных магазинов и даже из открытой библиотеки ратуши, как старательно что-то выписываю. И на мое семнадцатилетие преподнес мне ключ от одной из комнат мансарды, там уже все было обставлено и приготовлено к моему появлению. Горчичного цвета стены, книжный шкаф и широкий стол из красного дерева. Потом я принесла сюда вазу с цветами, повесила зеркало и карту нашего мира. С тех пор я провожу здесь больше времени, чем где бы то ни было.