Проклятая дочь
Шрифт:
Он выглядел таким счастливым и самодовольным, что я еле удержалась от презрительной гримасы. Кого он пытается обмануть?
– Ну-ну, - скептически протянула я.
– Куда уж без меня.
– А без тебя и правда сейчас только в никуда. И многих это не устраивает.
– А то я не знаю, - припомнила я последние покушения на мою персону. Если бы не Ирвинг, я бы уже давно отправилась к праотцам.
– Зачем вы меня сюда привели?
Он беззаботно улыбнулся, покачавшись как ребенок с пятки на носок.
– Чтобы показать это.
Просто показать? Что ж, это... мило. Это место действительно прекрасно. На это действительно стоило посмотреть.
– И чтобы показать, насколько ты нужна миру, - неожиданно
Я летела вниз, навстречу потокам магии, но против обыкновения жизнь у меня перед глазами не проносилась. В голове застряло лишь одно нецензурное слово, весьма точно описывающее ситуацию. И дикое желание выжить. Как угодно! Сейчас я бы даже убила за возможность выжить! Я не хочу умирать даже в таком прекрасном месте! Да ни в каком не хочу!!! Я жить хочу!!!
Неожиданно потоки магии будто подхватили меня, позволяя не только прекратить падение, но и взмыть ввысь подобно птице. Возможно, я не совсем контролировала этот полет, но я вдруг почувствовала, что здесь, в Купели, мне никогда и ничто не будет угрожать. Магия этого места всегда будет защищать меня, оберегать, помогать. Радовать, показывая все лучшее, что есть в этом мире. Все самое прекрасное, ради чего стоит жить. И я буду жить! Назло всем своим врагам, назло долбанутым на всю голову Белому Ордену, назло отцу. Я буду жить! Я выйду замуж за Ирвинга, который мне уже немного нравится. Возможно, я влюблюсь в него, нарожаю детишек ему, получу степень архимага и повидаю весь мир. Я проживу лет пятьсот, не меньше. И никто мне в этом не помешает!
Никто и никогда!
Потоки магию, показав себя во всей красе, вернули меня на утес, к моему сумасшедшему ректору.
– Ну что, полегчало?
– невинно хлопая ресницами, спросило это недоразумение.
– Да, - была вынуждена признать я.
Мне действительно стало значительно легче. Моя душа обрела невиданный покой.
– Но больше так не делайте. Мой будущий муж подобного не одобряет, - со всей возможной строгостью.
– А больше и не надо, - ухмыльнулся он.
– Ну что, приступим к основной части нашего урока? Твой контроль даже близко не приблизился к нормальному уровню. Нам предстоит очень долгая и кропотливая работа.
Ну вот, как всегда.
С небес на грешную землю.
Глава 18
Я не люблю свадьбы. Все считают, что девушка обязана приходить щенячий восторг от одного упоминания о данном мероприятии. Я, видать, к ним не отношусь. Я бывала на огромном количестве всевозможных свадеб благодаря бесчисленной родне отчима. И каждый раз для меня был пыткой. В первую очередь из-за многочисленных взглядов и шепотков.
Мало кто из родственников отчима принял меня так же безоговорочно как он. Я бы сказала, что таких меньше одного процента. В основном меня... не одобряли. Это можно было игнорировать большую часть времени. Но временами, на больших праздниках, семья собиралась в полном объеме и начиналась потеха. Галенор - один из самых богатых купцов гильдии. В тройке богатейших людей Архипелага. И до его свадьбы с мамой наследниками были многочисленная родня. Поэтому нашему появлению никто особо не обрадовался. Особенно мне - маленькая оборванка, претендующая на все наследство! Отчим ведь удочерил меня, полностью признав своей дочерью. На тот момент - единственно наследницей. Даже мама получала лишь пожизненное содержание в случае смерти мужа и право на мою опеку. Естественно, меня все сразу невзлюбили. Именно тогда я впервые познакомилась с отравленной едой, так же как и моя мама. Отчим был в ярости. Тогда и проявилась жестокая сторона его в целом добродушной натуре. Семья несколько поредела, покушения прекратились. Проболев полгода после особо удачной попытки, я поняла, что верить никому нельзя. Не все вокруг враги, но их большинство. А близкие,
И только с одним я справиться не могла - злыми языками. Каждый раз, собираясь вместе, семейство начинало испытывать мои нервы. Эпитеты 'замарашка', 'мелка неприятность', 'назойливая таракашка', 'неблагодарная тварь' и мой любимый 'ублюдок', звучали постоянно, заставляя возненавидеть все семейные праздники. Даже появление других наследников их не утихомирило, потому что я была не их крови изначально. Чужачка. Подкидыш. Ублюдок.
Я никогда не жаловалась, стараясь держать это в себе, но мама-то все замечала. Она пыталась меня успокоить, научить нравится, наладить контакт. Пару раз я честно попыталась. Один раз мне даже показалось что получилось, но все обернулось трагично. Поэтому я ненавижу свадьбы с обязательным сбором. Я ненавижу свою свадьбу за то, что мама пригласила всех родственников в порядке вежливости, а они взяли и приперлись. Все. Включая того подонка, моего двоюродного сводного брата. Он был моей первой любовью. Мне казалось, что мы не просто смогли поладить, но и... Это все было ложью от начала и до конца. Он сделал вид, что между нами есть взаимное притяжение, а потом... Они все смеялись надо мной. Его хлопали по плечу и поздравляли с удачным розыгрышем наивной идиотки. Тогда я впервые почувствовала в себе желание убить.
Сегодня оно посетило меня вновь, когда я увидела толпу этих родственников, жадно рассматривающих меня и обсуждающих несчастную Раххель, которой наконец-то удалось избавиться от столь 'некондиционного товара'. Ирвингу активно сочувствовали, тайком просвещая на счет моей никчемности. Меня неискренне поздравляли с удачным замужеством и открыто декларировали свою надежду на то, что муж найдет на меня управу.
– Теперь я понимаю, почему у тебя такой характер, - подкрался ко мне Ирвинг, чудом миновав всех этих пираний.
– Твои родственники еще хуже моих. Настоящий серпентарий с парочкой крокодилов и пираний.
– Ты же говорил, что я добрая, - устало помассировала виски я.
– Добрая, - рассмеялся он.
– Глубоко внутри. А снаружи сплошные колючки и недоверие. И теперь я понимаю почему. Такой толпы моральных уродов в одном месте я еще никогда не видел.
Счастливчик.. С некоторыми из них я сталкивалась как минимум раз в неделю. Думала, что уехав в Университет избавлюсь хотя бы на десяток лет от них, но нет, и тут достали.
– О, Ришка, поздравляю тебя с тем, что кто-то на тебя все же польстился, - вальяжно поприветствовал меня Терриэн.
Голубоглазый двадцатитрехлетний шатен разбил множество сердец. В том числе и мое.
– Эрриха?
– удивился моему молчанию Ирвинг.
– Напитки в другом конце зала, Терриэн, - максимально вежливо послала я родственника.
– Постарайся не напиться как обычно.
Все-таки не сдержалась. Плохо. Очень плохо.
– Все еще обижаешься за невинный розыгрыш?
– мерзко ухмыльнулся он.
– Да брось, это было сто лет назад. Все посмеялись, а ты надулась...
– Не знаю в чем дело, но мне ужасно хочется врезать тебе, - оскалился Ирвинг, задвигая меня себе за спину.
– Милая, он тебе обидел или мне показалось?
И после этих странных, довольно грубых слов, холод отступил. Тот холод, который терзал меня долгие годы так, что я уже даже перестала его замечать. На душе сразу стало так легко и спокойно. Да, мама меня любит, но кроме меня у нее есть муж и другие дети. Отчим тоже меня любит, но у него так же есть другие привязанности, может даже более сильные. А Ирвинг... если он и не любит меня, то я у него единственная. И это именно то, что мне было нужно все это время - хоть для кого-то стать единственной. Центром мира. Купелью.