Проклятая благодать

Коул Тилли

— Пошли.

Я подошел к окну.

Уже собираясь уходить, я услышал шум, исходящий от Джосайи, лежащего на кровати напротив. Когда я оглянулся, он смотрел на нас потерянными черными глазами. За все месяцы, что я навещал Дева, я не видел, чтобы к нему пришел хоть один человек. Ублюдок был совсем один.

— Вик, — сказал я, повинуясь импульсу. — Возьми Дева.

— Что?

—

Сделай это, — приказал я.

Вик взял Дева и вылез в окно, а я пересек комнату и освободил Джосайю от пут. Я вылез в окно, оставив его открытым, чтобы парень мог убежать. Мы побежали через территорию к спрятанному грузовику. Под покровом темноты мы довезли его до хижины и разместили в комнате. Он был без сознания, слишком одурманенный наркотиками, чтобы общаться. Я сел рядом с ним, держа его за руку. Но чем дольше я смотрел на Дева, тем больше думал о пареньке Джосайе, которого мы оставили позади.

— Думаешь, он нормально выбрался? — спросил я Вика, сидевшего рядом со мной.

— Кто?

— Джосайя. Парень, которого я развязал.

Вик пожал плечами.

— Понятия не имею. — Он указал на Дева. — Так какого хрена нам теперь делать?

— Мы должны очистить его от препаратов.

Мы наблюдали за ним всю ночь, но он почти не двигался. Затем, когда ночь превратилась в новый день, я позвонил проспекту и сказал ему, чтобы он пришел присмотреть за Девом, пока меня не будет.

Когда появился проспект, я вошел в гостиную и увидел Вика, сидящего за кухонным столом. Он поднял бровь и покачал головой.

— Мы собираемся найти этого гребаного Джосайю, не так ли?

— Надо его проверить. Если он такой же, как Дев, хрен знает, в каком состоянии он будет один. Я не могу с чистой совестью просто бросить его, черт возьми. Что-то в его черных глазах подсказало мне, что этот ублюдок взывает о помощи, но не имеет ни малейшего шанса попросить ее… Его гребаные покрытые шрамами руки, то, как он просто смотрит в никуда. Не думаю, что у него есть кто-то, кому на него не насрать. И я, например, не могу отпустить это дерьмо.

Вскоре мы нашли его в переулке рядом с больницей, он вспарывал себе руки клинком. Молодой ублюдок уставился на нас, когда мы приблизились, губы растянулись над его зубами, когда он зарычал. Я поднял руки, наблюдая, как его расфокусированные глаза пытаются — но безуспешно — задержаться на мне.

— Меня зовут АК. Я здесь, чтобы помочь. Надо убраться к чертовой матери отсюда. Они найдут тебя, если ты не пойдешь с нами, и ты больше не выйдешь.

Потребовалось чертовски

много времени, чтобы заставить его пошевелиться — парня явно нельзя было трогать, если судить по его волнению, когда я пытался. Но когда остатки наркотиков в его организме затянули его во тьму, вырубив к чертовой матери, мы взяли его и отвезли в хижину.

Вик отнес Джосайю в комнату для гостей, положил его на кровать. А я вернулся к Деву и сел рядом с ним, молясь, чтобы, когда он придет в себя, он стал братом, которого я знал.

И мы снова стали бы Ксавом и Девом…

— Но он не пришел в себя? — спросила Фиби.

Я покачал головой.

— Стало еще хуже. Джосайя — Флейм, пришел в себя. Он был трахнутый на голову, но с ним можно было говорить. И я не знаю, была ли это благодарность или что-то еще, но он слушал меня. Вик отвел его к Палачам, и он стал проспектом. Но Дев…

Я замолчал и посмотрел на него у подножья кровати. Моя грудь сжалась.

— Он не мог перестать жить фантазиями. Он разговаривал со мной, ел. Но я находил его снаружи посреди ночи, ожидающим возвращения ублюдков, которые его пытали.

— AK. — Фиби положила руку мне на лоб. — Ты весь горишь.

Я взял ее запястье и поднес его ко рту. Я поцеловал ее ладонь и воспользовался биением пульса, чтобы успокоить свое сердце.

— АК? — спросила она. — Ты меня беспокоишь.

— Меня вызвали к Палачам. Началась война с Диаблос, и през, старик Стикса, нуждался во мне. Он послал проспекта присмотреть за моим братом. У меня не было выбора, кроме как уйти. Я был снайпером Палачей. Я был АК. Мне нужно было уйти.

— Что случилось? — Я уловил дрожь страха в ее голосе.

— Он освободился. — Я закрыл глаза. — И сбежал…

— Что-нибудь слышно от Берда? — спросил Вик, говоря о проспекте, который наблюдал за моим братом.

— Нет. — Я крепче сжал руль. — Он пропустил сегодняшний созвон.

Флейм поерзал на заднем сиденье, сжимая в руках ножи. Теперь он никогда не отходил от меня. Меня или Вика. Чувак был полностью трахнут на голову, но теперь он тоже был моим братом. Трахнутый или нет.

Я въехал на подъездную дорожку и увидел, что грузовик исчез. Лед наполнил мои вены, и странное чувство поползло по спине.

— Где грузовик Берда?

Я выпрыгнул из машины. Вик и Флейм шли прямо за мной. Я поднял руку, медленно приближаясь к открытой входной двери.

И увидел кровь.

— Бл*дь, — выплюнул Вик.

Изрубленное тело Берда безжизненно лежало на полу. Я наклонился и пощупал кровь — она была еще теплой. Мое сердце пустилось вскачь.