Прогулки по Аду
Шрифт:
— О! Насекомое! — заорал я. — Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! Куда подевался?
В темноте было плохо видно, но по бурной жестикуляции сколопендры мы с куклой все же поняли, что у бедняги случился понос после кузнечиков.
— Всегда говорил, что много жареного есть вредно. Замок-то снимешь, сил хватит? — спросил я. Пендрик исчез в дырке.
Через минуту створки подались, и мы выбрались из заточения.
— Пойду с тобой, — сказал я кукле, вешая замок
Сколопендра махнула ножкой, что лучше полежит в тачке. Ему закрытая дверь не помеха.
— Через охрану не пойдем, здесь есть щель между гаражами, я там хожу, — сказала кукла.
«Хорошо, что похудел», — подумал я, пролезая по щели, словно по родовым путям.
— Там дальше решетка, — оглянулась кукла, — но один прут вынимается. Поставишь за собой на место.
— Это ты вынула? — спросил я.
— Нет, — ответила кукла. — Мужики сами, чтобы в обход не ходить. Здесь магазин рядом.
— Как же они пролезают? — удивился я.
— Выпить захочешь, пролезешь, — резонно ответила кукла.
Далеко от гаражей мы не отошли. Сразу за круглосуточным магазинчиком кукла завернула во двор жилого дома, подошла к ближайшему фонарному столбу и открыла металлический люк.
— Обычно я здесь не заряжаюсь, — объяснила мне кукла. — Чтобы рядом с домом не следить. Но сегодня уж ладно. Не хочу тебя тащить далеко.
Я подошел поближе. Кукла ногтем сорвала изоляцию с кабеля.
«Однако», — подумал я.
Сунула руку куда-то в глубину, сладко зажмурилась и сказала:
— Двести восемьдесят, перекос фаз, хорошо, могло быть вообще двести двадцать.
Фонарь над нашими головами погас. Я оглянулся: вся улица погрузилась во мрак. Свет в редких горящих окнах начал мигать. В столбе искрило.
— А почему свет в доме мигает? — спросил я.
— А черт его знает, — пожала плечами кукла. — Так иногда бывает. Не всегда, — добавила она. — Наверное, зависит от разводки. Не хрена ночью со светом сидеть, спать надо. Три часа уже, — подвела она резюме.
— Сколько тебе надо времени? — спросил я.
— В экспресс-режиме — полчаса, можно за пятнадцать минут, но тогда во всем районе понадобится менять кабели.
Из столба уже явно пахло горелой изоляцией, и шел легкий дымок.
Из магазинчика напротив тоже с темными окнами вышли мужчина и женщина. Они с недоумением смотрели на выключенные фонари и обменивались матерными репликами по поводу освещения, сроках отключения и потекших холодильниках.
— Слушай, — спросил я куклу, — а у тебя же вроде зарядка была? Как же ты без нее?
— Зарядка — это когда 220 или если можно потихоньку всю ночь
Внутри столба что-то громко щелкнуло, и вылетел сноп искр.
— Все, сгорел, — сказала кукла. — Девяносто два процента. Нормально, пошли.
Вернувшись в гараж, мы обнаружили воображение. Оно сидело на капоте «бэхи» в позе лотоса.
— Я вот все думаю, — сказало оно, открыв глаза, — как нам добраться до Наследника.
— Ну, — спроси я, — чего-нибудь придумало?
— Где он живет, ты знаешь? — не ответив, спросило воображение.
— Когда я уходил, жил в Кремле, в жилых помещениях Большого Кремлевского дворца. У мальчишки всегда были имперские замашки. Впрочем, Толстяки тогда жили там же. Но это было больше тридцати лет назад. А где теперь, не знаю.
— А как ты уходил, помнишь?
— Да, — ответил я. — Через секретное метро, через ветку к ближней даче Сталина. Помню, перед этим пришлось сменить охрану и зачистить всех, кто делал мне документы.
— Какая ты сука! — восхитилось воображение.
— А то, — я скромно опустил глаза.
— А официально где резиденция, что в интернете пишут? — воображение посмотрело на куклу. Та пожала плечами,
— Официально все засекречено. Вроде как он постоянно меняет свое логово. Предположений в сети масса. Но так как Дворец для публики по-прежнему закрыт, то можно подумать, что все так там и живут.
— А в самом дворце расположение комнат, охраны, ты что-нибудь помнишь? — спросило воображение.
— Довольно смутно. Много лет прошло. И потом, даже если и живут, то внутри все могло сильно поменяться.
— А если через Гимнаста? — спросила кукла.
— Ты думаешь, что он захочет убить Наследника, все потерять и снова начать ходить по проволоке, натянутой над площадью?
— Убить, может, и захочет, а вот потерять, скорее всего, нет, — согласилась кукла.
— Я думаю, Обезьяна-Тубиус нам сможет помочь. Наверняка ему надоело сидеть в клетке.
— Ты найдешь дорогу к нему? — спросило воображение.
Я открыл дверь «бэхи», заглянул и спросил лежавшую на заднем сиденье сколопендру:
— К Тубиусу проводишь?
Пендрик кивнул.
— Как живот? — запоздало поинтересовался я.
Пендрик махнул ножкой, что, мол, ничего, проходит.
— Тебе бы маску какую-нибудь придумать, и тачку поменять было бы неплохо, — сказала кукла.
— Ну, с тачкой не проблема, возьмем твой «жигуль». А маску можно в магазине карнавальных принадлежностей поискать. И все, господа, — я залез в машину. — До утра. Я хочу поспать. Вали, Пендрик.