Прогулка
Шрифт:
Ладонь его была на уровне моих глаз. На предплечье вздувались вены, а запястье украшал рисунок. Я не могу вспомнить лица этого парня. Но этот рисунок останется в моей памяти навсегда. Проклятый кельтский крест! Что с каждым движением точно оживал на фоне белой кожи. В конце он ускорился, но я уже не ощущала боли. Лишь чувствуя трение сосков о его ладони,
– Бля, Жека, прикинь, она, и правда целкою была! – услышала я. Голос его, все еще сдавленный, звучал взволнованно и удивленно.
– Да ладно! Ты гонишь! – пробасил в ответ бугай.
– Не, реально! Вон даже кровь осталась.
– Ну, сссука! – злобно выдавил он, – Я ж тебе сам ее уступил!
– Ничего, ща наверстаем, – прозвучало совсем рядом.
Глава 3
Спрятав лицо в ладонях, я замерла. Мне стало безразлично, что будет дальше. Я покорно сделала шаг, и, повинуясь давлению широкой ладони, нагнулась.
– Фу, сука, да ты тут все спермой залил! – прозвучал как в тумане голос бугая. – Салфетки дай! Гандон, бля!
После моей бесчувственной промежности коснулась шершавая ткань салфетки. Тщательно подготовив себе «почву», бугай обтер руки, и я услышала лязганье ремня. «Ну вот, теперь и он меня отымет», – подумала я равнодушно и закрыла глаза. Больно не было. Монотонные, какие-то механические движения сменялись короткими перерывами, во время которых бугай, точно удивляясь, что перед ним живая плоть, а не резиновая кукла, принимался ощупывать мое тело, шарить руками между ягодиц, сжимать огромными лапищами мои груди. А после снова, будто просыпаясь, начинал долбить меня сзади.
Звонкие шлепки от касания наших тел походили на звук мокрого полотенца, которым в детстве меня наказывали за провинности. Я с удивлением обнаружила, что чувствую скольжение его члена внутри себя. И это могло бы стать приятным,
Я покачивалась в такт его размеренным толчкам, ожидая, когда он кончит. Однако, вместо того, чтобы ускориться и последовать примеру своего предшественника, бугай извлек наружу член.
– Уже еб*лась в задницу? – проговорил он. Его палец очертил колечко ануса. Я инстинктивно сжалась.
– Я знаю, целки любят брать в рот и давать в попку, – он с наигранной нежностью погладил мои ягодицы и тут же звонко шлепнул.
– Да ладно? – нагнувшись, прошептал он, – Тогда я буду первым!
Он смачно плюнул на руку и, проведя влажной ладонью между моих ягодиц, скользнул пальцем в меленькую, неопробованную дырочку. И я поняла, что самое жуткое еще впереди!
– Прошу вас, только не туда! – очнулась я.
Он не дал мне даже выпрямиться. Удерживая меня рукой в удобной ему позе, он продолжал вводить палец внутрь узкого отверстия.
– Расслабься лучше, не то больно будет! – посоветовал он. Рука его, тяжелая, точно штанга, согнула меня пополам. В таком положении мои прелести были напоказ! Я пыталась выпрямиться, за что получила хлесткий удар по левой ягодице.
– Сказал, сука, расслабься!
Его палец уже свободно ходил внутри меня, имитируя движения пениса. Еще один болезненный шлепок и место пальца занял уже предельно твердый, налитый кровью мужской орган. Резким толчком он проник в тщательно смазанное устье, распирая мою плоть изнутри. Я громко взвыла от боли.
– Ты че, серьезно ей в жопу засадил? – услышала я, и вторая пара кроссовок показалась в поле зрения.
Вместо ответа бугай промычал нечто нечленораздельное. Орган его между тем продолжал движение вперед. Мне же казалось, что мое тело пронзают раскаленной кочергой. Эта боль была другой, и мне подумалось некстати: «как теперь ходить в туалет». Я почему-то была уверена, что он порвет меня, как тряпичную куклу.
Конец ознакомительного фрагмента.