Прогулка
Шрифт:
За спиной хохотнул второй, и сильнее сжал мои руки. Бугай приблизился, загородив свет от лампы. Я уперлась взглядом в его грудь, пытаясь разобрать надпись на футболке. Рисунок изображал человечка, беспомощно подвешенного на веревке. Наподобие героя компьютерного ребуса. Рядом в квадратиках были прописаны буквы, одной не хватало.
Я понимала, что так, или иначе, они меня изнасилуют. И мое сопротивление лишь все усугубит. Тем, кто сопротивляется, ломают кости… Едва ли я могла противостоять даже одному из них! А потому в тот самый миг смирилась с неизбежным. Решив, что смогу пережить,
– Пожалуйста, – сказала я упавшим голосом, – только… не бейте.
– Ну что ты! – впервые подал голос тот, что держал мои руки. Тембр у него был мягкий и низкий. И мне подумалось, что подобный голос хорошо звучал бы под гитару, – Что ты! – повторил он, – Мы тебя не бить, мы тебя любить будем!
Окончание фразы прозвучало глухо. Слова потонули в моих волосах. Я закрыла глаза, ощущая кожей прикосновение горячих ладоней к своему животу. Распахнув полы куртки, уверенными движениями мужчина задрал вверх тонкий трикотаж моей футболки, обнажив простенький хлопковый бюстгальтер.
– Будешь послушной девочкой? – хрипло шепнул он, не отрывая рук от моего тела. Я всхлипнула и коротко кивнула. Одна его ладонь обхватила скрытую под бельем грудь, сильно сжала, – Дашь нам поиграться с тобой? – продолжил он.
Я распахнула глаза, втянула носом воздух и решительно выдала последний аргумент, призванный хоть как-то смягчить мою участь.
– Я еще… я пока ни разу! Я…, – слова отчего-то путались, и я никак не могла произнести главное.
– Целка что ли? – недоверчиво уточнил бугай.
– Да! – почти прокричала я.
– Ой, да ладно! – с издевкой в голосе произнес худой, – Все они целки, а как до дела дойдет…
– Правда! – перебила я. Но оба парня в ответ лишь рассмеялись.
Ослабив хватку на запястьях, худой обхватил рукой мою талию, прижал к себе. И я, чувствуя его возбуждение, обреченно закрыла глаза. Между тем бугай ловко справился с застежкой, развел в стороны створки бюстгальтера и восторженно присвистнул.
– Вот так подарочек! – воскликнул он, отступив на шаг.
– Да уж, хороша киса! – проговорил мне в самое ухо второй. Сильная ладонь его тотчас переместилась с талии вверх. Пальцы сжали и отпустили маленький холмик груди, оттянули сосок.
– Ох*еть! – бугай по-хозяйски стиснул мои груди. Руки его скользнули вниз и уперлись в пояс джинсов. – Посмотрим, что у нас тут…
Я плотно сдвинула бедра вместе, мешая его ладони протиснуться между ног. Тогда он присел на корточки и одним грубым движением стянул к коленям мои джинсы вместе с трусиками. Затем парень выпрямился во весь рост, пальцы сжались на моей шее.
– Кому ты заливаешь, сука? Целки п*зду не бреют! – прорычал он мне в лицо.
– Да пох*й! Давай уже к делу! – раздраженно фыркнул второй, – У меня, бля, яйца щас треснут!
Бугай хмыкнул. И вдруг, громко и четко произнес куда-то в сторону.
– Эй, кабан! – прокричал он, больно выкручивая пальцами мой сосок, – Будешь?
– Да! – отозвался из темноты кто-то невидимый, – Позже!
– Давай ты, Малой, только по бырому, – бросил бугай и отошел к стене.
Получив добро, человек сзади секунду помедлил,
– Да хули ты их натягиваешь, ща все равно сниму, – швырнув меня, оскалился он.
Я больно ударилась о деревянный край доски и присела на корточки, потирая ушибленное плечо. Малой, как звал его «напарник», не спешил, он наблюдал за мной.
– Ну, ну, – присев рядом, он бережно погладил мое плечо, затем настойчиво, но мягко заставил встать, – не бойся меня, я тебя нежненько…
Он стянул с меня куртку. Кофточка сползла подмышки, а чашки бюстгальтера беспомощно болтались по бокам.
– Ммм, сладенькая, – с этими словами он прижал мою спину к себе, руки жадно ощупывали тело. Я зажмурилась, когда ладонь его скользнула ниже спины, отодвигая резинку трусиков. Одним рывком он снял их, открывая взору белоснежные ягодицы. Удерживая за бедра, он заставил меня наклониться. И, прежде чем я успела сжать колени, просунул между ними свою ногу.
До боли в суставах я стиснула деревянную опору, ощущая шероховатость старых досок, чувствуя, как чужие руки гладят промежность. Его палец скользнул в ложбинку между ягодиц, нащупал заветную дырочку и, чуть надавив, проник внутрь. Он быстро вынул палец, очертил бугорок клитора, затем убрал руки. В моем сознании мелькнула смутная надежда: «неужели передумал?». Я стояла в этой позе, не смея шелохнуться и посмотреть назад. Между тем за спиной послышалась возня, спустя мгновение моей ноги коснулся твердый член. Я вздрогнула и наконец, пришла в себя.
– Не надо, пожалуйста, прошу вас! Нет! – заскулила я, вновь приседая на корточки.
В одночасье мои волосы, собранные в хвост на затылке оказались намотаны на кулак.
– Не порти мне кайф, киса, – прохрипел он, – мое терпение не бесконечно.
Через силу я встала, все еще не веря в происходящее, надеясь, что вот-вот случится то, что меня спасет. Тем не менее, в движениях мужчины, порывистых и уверенных не было ни капли сомнения. Влажные пальцы скользнули между ног, прокладывая дорогу. «Сопротивляться? Кричать?», – последний раз подумала я, прежде чем вместо пальцев ко входу приникла головка члена. Крепко ухватив мои бедра, одним решительным движением он насадил меня на возбужденный орган. Влажный от слюны и смазки член раздвинул нежное отверстие, утопая в глубине нетронутой плоти.
Увлеченный процессом, он даже не почувствовал преграду, одним толчком проткнув ее насквозь и войдя сразу во всю длину. Лишь только после он замер, застонал, тяжело оперся руками по обе стороны от меня.
Закусив костяшки пальцев, я беззвучно плакала, ощущая, как низ живота сводит судорогой. Желая, чтобы только он не двигался больше! Но член внутри меня ожил. С каждым новым толчком он проникал все глубже. Каждый раз, когда он почти вытаскивал, я надеялась, что это все. Но после, чуть помедлив, он снова вгонял до основания. Казалось, этому не будет конца!