Программист

Фрумкин Сергей Аркадьевич

«Значит, ты ХОЧЕШЬ попасть домой?» – выделила основной смысл Зара.

Стас очнулся от воспоминаний.

«Да нет, конечно!» – испугался он. – «За домом родителей следят в первую очередь! И сам попадусь и маму с папой подставлю! Нет, разумеется, нет!»

«Если ты НЕ хочешь домой, если НЕ можешь справиться с внутренним сопротивлением, когда думаешь, что сразу же поедешь к родителям, значит, тебе туда и не нужно.» – терпеливо объяснила девушка. – «Место, в которое тебе нужно, находится там, куда

ты попадешь без труда. Или, по крайней мере, думаешь, что попадешь… Давай иначе: забудем о месте. Чего ты больше всего хочешь, когда вернешься в Москву?»

«Не знаю… Сообщить родным о себе. Родным и друзьям.»

«Уже лучше. Так и сделаем?»

«Но… каким образом? Если мы войдем в Сеть, то выдадим, где находимся…» – У Стаса появилась надежда: – «Возможно, ты знаешь, как обойти систему регистрации?»

«Я никогда и ничего не «обхожу»!» – вздохнула Зара. – «Ты боишься общаться с близкими по Сети, но хочешь сообщить им о себе; мысленный контакт тебя не устраивает – иначе, ты бы связался с ними давным-давно, еще с острова… Значит, пойдем и сообщим сами!»

«И ты советуешь…»

Зара покачала головой.

«Стас, я не советую! Ты либо хочешь, либо не хочешь! Ты знаешь, как получить желаемое, чтобы мысли о том, как это будет, не вызывали у тебя отторжения? Так и делай! Тогда и ты получишь удовлетворение, и желаемое придет к тебе без помех и усилий!»

Стас прислушался к своим эмоциям. Давно забытый детский восторг подталкивал его довериться Заре, а здравый смысл рисовал, каким идиотом он будет выглядеть, когда поскачет прямиком в мышеловку к ждущему там бесплатному сыру.

«Значит, переждать в лесу ты не хочешь?» – еще раз уточнил молодой человек.

«Это ТЫ не хочешь!» – поправила Зара. – «Если будешь делать так, как нужно, вместо того, чтобы делать так, как просит душа, я зря взялась тебе помогать! Я не знаю, как бороться с препятствиями, я не умею «бороться»! Пойми: выбрав прятаться, ты будешь прятаться до конца жизни – Сеть отключится, но враги не исчезнут. Через месяц или через год это будешь все тот же ты – тот самый, который сейчас решает всего бояться. Выбирай сейчас: прозябать с оглядкой или жить в полный рост?»

«А ты уверена, что взялась «помогать» мне?» – раздраженный то ли ее бесконечными нравоучениями, то ли тем, что требовалось изменить собственному представлению о норме, усомнился Стас. – «Ты ведь не помогаешь, а учишь, когда и о чем мне думать!»

«Правильно!» – подтвердила мулатка. – «Если я научу тебя думать, я действительно помогу тебе. А если сделаю все сама, то ничего не сделаю. Я ведь не собираюсь искать для тебя твой путь к счастью. Я хочу помочь, а не взвалить на себя обузу!»

Стас поморщился:

«Научишь думать? Но когда мне задуматься, если я только и делаю, что выполняю твои указания?»

«Хочешь,

чтобы я реже вмешивалась?»

«Вот именно!»

«Хорошо!» – Зара заулыбалась: – «Тогда – в лес?»

«Нет, не в лес» – Стас вздохнул, признавая, что по-своему уже не поступит.– «Поедем к тому, кому я доверяю. К Вике!»

«Как скажешь.» – Зара кивнула. – «К Вике, так к Вике.»

Еще через несколько минут оба вдруг ощутили приступ тошноты, словно «самолет» провалился в «глубокую воздушную яму».

«Идем на посадку?» – осознал Стас.

«Да.» – согласилась Зара.

Посадка прошла очень быстро – судя по всему, тарелки не приземлялись, а падали, замирая в последний момент где-то у самой-самой земли. Через десять минут после посадки оба беглеца знали, что Хасан уехал: им обоим стало спокойнее.

Зара тут же нашла, как выбраться наружу: спустила поднятую за собой отцом лифтовую шахту-трубу и вызвала лифт.

Снаружи им открылось ярко освещенное пространство аэродрома, ограниченное высоким бетонным забором. Небо над головой было темным, а за забором хозяйничала ночь…

Людей вокруг не было. Возможно, где-то на вышках по периметру ограждений и дежурили часовые, но они охраняли территорию от проникновения внутрь, а не наружу, а экипаж тарелки и вовсе никак не давал знать о своем существовании – во всяком случае, до сих пор на безбилетных пассажиров Хасана никто не обратил внимания.

– Ты уверена, что это Москва? – все еще не особо доверяя методам Зары, спросил Стас.

Мулатка оглядывалась, возможно, задаваясь тем же вопросом…

– Пойдем! – позвала Зара, указывая на стоящие в стороне вертолеты.

Для Стаса это стало еще одним испытанием. Он никогда не летал на вертолете и не слишком обрадовался бы перспективе сесть в этот ненадежный, на его взгляд, летательный аппарат, будь у штурвала даже самый опытный из пилотов. Но, в данном случае, пилотов не было вовсе!

– Почему вертолет? – понимая, что Зара не просто подошла посмотреть на машину, а всерьез собирается в нее забраться, засомневался Стас.

– Не знаю. – Мулатка открывала дверь вертолета с такой уверенностью, словно собиралась сесть в свой маленький автомобильчик, брошенный в ангаре на острове. – Просто вот он!

Стас буквально остолбенел от простодушия своей напарницы.

– Если ты видишь что-то, то думаешь, что оно создано специально для тебя? – в ошеломлении от того, с какой легкостью Зара рискует своей и его жизнью, простонал программист.

– Но… Так оно и есть. – Девушка недоуменно подняла брови. – Моими глазами. Все в мире для меня, раз я, именно я, это вижу, это чувствую и могу использовать. Какая мне разница, как к этому же предмету относятся остальные? Их видение, принадлежит им, а не мне!