Програмерзость
Шрифт:
Однако кое-кто прибежал, но с другой целью. Эта женщина была очень тоненькой, очень ловкой и чрезвычайно решительной. Но за время, которое ей потребовалось на то, чтобы распахнуть дверь, быстро окинуть взглядом комнату и обнаружить Катлу, Хаяки с Карденасом успели переключить внимание с окна на нее. Когда ворвавшаяся подняла пистолет, а Форхорсес попыталась выкрикнуть предупреждение, оба мужчины одновременно выстрелили. Когда пыль рассеялась, от матары очень мало что осталось — как, если уж на то пошло, и от двери.
— На ремонт, вероятно, вычтут из нашего жалованья. — Хаяки кивнул на дымящиеся обломки, бывшие некогда входом в комнату.
— Полицейская
А в туннеле бурлили странные образы, когда девочка играла на ящике, как на электрической скрипке. Особенно беспокоило множество стремительно появляющихся и исчезающих трехмерных призраков. Они, похоже, не тревожили серьезную двенадцатилетнюю девочку, которая продолжала что-то тихо шептать в голком. То, как она крутила его двумя пальчиками, позволяя парить над губами, граничило с извращением.
— Анхель!
Обернувшись на крик Хаяки, Карденас вновь навел пистолет на разрушенный дверной проем. Глаза появившегося в проеме человека с пистолетом вылезли из орбит. Ноги его пытались найти точку опоры, оскальзываясь среди обломков и останков несостоявшейся убийцы.
— Господи, поосторожней, ребята!
Оба федерала опустили оружие. Новоприбывший был одним из своих. Он тяжело дышал, и взгляд его перескакивал с работающей за ящиком девочки на испуганную сотрудницу службы помощи и на вооруженных готовых к стрельбе коллег.
— Мы надежно обеспечили три азимута на периметре, с четвертым, переходящим под контроль. — Раскрасневшийся от притока адреналина, этот молодой парень ухитрялся выглядеть одновременно и напуганным, и измотанным, и возбужденным. Такое бывает с людьми, когда в тебя стреляют, Карденасу это было хорошо известно. — Лейтенант Мак-Карди говорит, что если вы хотите перебраться в холл, там уже безопасно.
Держась в стороне от окна, Карденас медленно поднялся на ноги.
— У нас здесь все в порядке. Передай Митчу.
Молодой федерал энергично кивнул.
— Если будут какие-то изменения, я дам вам знать.
— Как им удалось проникнуть в охраняемую зону? — Хаяки тоже встал. И тоже избегал стоять перед окном.
Вестник покачал головой.
— Это выясняют. Митч просит не беспокоиться. Брешь найдут и заткнут. — И с этими словами он снова исчез в коридоре.
Внимание Карденаса привлек треск, раздавшийся в глухо бурлящем туннеле. Когда он посмотрел подольше, бушующие образы растаяли, а в туннеле наступило затемнение. Катла Моккеркин положила голком на стол. Возможно, ее последние слова достигли звукоуловителя, — а возможно, и нет. Справа на полу возникло некое движение. Карденас мельком увидел, как уносятся прочь чуждые человеку конструкции из керамики, металлизированного стекла и композита. Приблизив голову к полу и повернув ее вбок, он попытался заглянуть под кровать. Там было темно, и он не увидел норы. Но бопсы исчезли, так же бесшумно и незаметно, как и появились.
— Прощай… папа, — услышал он последние слова Катлы Моккеркин. Прозрачные глаза посмотрели на него, когда он поднялся на ноги. — Я устала, мистер Карденас.
— Знаю, Катла, — сочувственно ответил
Она кивнула и смахнула с лица волосы.
— Исчезло. Все исчезло. Я стерла всю систему, от Южного Техаса до Санхуаны, по всей Полосе. От Мэна до Мадагаскара. Там все исчезло. Все, что создал мой отец. Я перерезала все нити.
— Молодец, — вот и все, что додумался сказать Карденас.
Маячивший рядом с ним массивный Хаяки не побоялся высказать собственное мнение.
— У местных филиалов будут резервные копии.
— Для местных нужд. Любой расширенный ящик, хоть законный, хоть противозаконный, все равно, что дракон. Отрубишь ему голову, а прочие его части все равно могут причинить тебе немало неприятностей. Но только если они способны сотрудничать друг с другом. Главное было гарантировать безопасность Катлы. Сосредоточившаяся на Катле грамма была высокоцентрализованной. При стертом ядре согласованности больше нет. Нечто подобное, носящее личный характер, не будет поддерживаться на местном уровне. Такого не позволил бы себе даже такой леперо, как Моккеркин. — Он встретился взглядом с озабоченной Форхорсес. — Теперь, когда эта опасность стерта в порошок, мы можем, ничем не рискуя, нацелиться на уцелевшие изолированные сегменты скверного бизнеса Мока. Катла расскажет, как и где их найти.
Хаяки многозначительно кивнул.
— А как насчет других, которые тоже гонялись за ней? Не-моковских элементов? — Он показал за окно. — На них-то ведь ликвидация команды захватить или убить девочку не повлияет.
— Да, — признал Карденас, — но они хотели заполучить ее в свои руки с целью добыть сведения о внутренних механизмах бизнеса их конкурента. И когда этот бизнес начнет разваливаться, либо от истощения, отсутствия руководства из центра, либо из-за того, что СФП будет энергично арестовывать народ, они живо потеряют интерес. Подробное знание Катлой дел рушащегося предприятия быстро утратит всякую ценность. Что же касается воображаемого квантового средства похищать разные виды ценного кранча, то скоро пойдет гулять слух, что это не более чем дурацкая несбыточная мечта. — Он откинул голову назад, обратив взгляд к потолку. В комнату вторгся глухой механический гул.
— Эвакуационный вертипроп подлетает, — заметил он. — Им потребовалось довольно много времени. — Сунув пистолет в кобуру, он оглянулся на девочку. Форхорсес стояла рядом с ней, по-матерински успокаивающе шепча ей что-то. Катла кивала в ответ. Инспектор слегка толкнул напарника локтем в бок. Хаяки уловил намек друга, и двое федералов безмолвно покинули комнату, предоставив сотруднице службы помощи и дальше утешать эмоционально опустошенную двенадцатилетнюю девочку. Как бы ни был Карденас озабочен состоянием девочки, он достаточно долго жил на свете, чтобы знать: бывают времена, когда, невзирая на личную заинтересованность, лучше предоставить делать свое дело кому-то другому, чем лезть в него самому.
Кроме того, он изнывал от жажды и проголодался, и безотносительно к текущему положению дел снаружи, ему очень настоятельно требовалось отлить.
Он только что вышел из душа, когда приятный женский голос кодо-синапса уведомил, что к нему пришли. Вытирая затылок прихваченным из ванной банным полотенцем, он прошел к всегда включенному туннелю, прилипшему в одном углу кабинета и солиситарил идентификацию. Усиленный для улавливания звуков во всей комнате, голком прямиком передал его запрос скрытой молли.