Прогнившая до сердцевины
Шрифт:
Это напомнило мне о бандитах. Я снова прислушался к переговорам в тактической сети.
– У нас прорвавшиеся, – сообщала один из сержантов, зачищавшая сердцевину под слабый треск лазерного огня. – Поднимаются в сектор 6-17.
Моё подсознательное понимание трёхмерных пространств сработало мгновенно, нарисовав перед глазами внутренности станции, что я видел на гололите во время инструктажа. Бандиты двигались в нашу сторону, и если бы не Барлоу, решивший сунуться поглубже, беглецов перехватили бы Лустиг и Грифен – в зависимости от того, в каком направлении те будут двигаться. Но теперь нам придётся
– Каин на связи, – вклинился я, – движемся на перехват. Доложите их численность и вооружение.
Если командир отделения и удивилась, то была слишком профессиональна, чтобы это показать.
– По нашим оценкам – четверо с дробовиками и стабберами. Один выглядит безоружным, но наверняка у него есть пистолет или нечто в этом роде.
– Мы справимся, – ответил я и бросил взгляд на удивлённого Барлоу. Я с запозданием вспомнил, что у него нет доступа к нашей тактической сети, и он слышал лишь мои слова. – Нас ждёт некоторое сопротивление. Устроим им горячий приём впереди.
Надо отдать Барлоу должное, он быстро соображал, и вместо того, чтобы спорить или расспрашивать, мгновенно и толково начал раздавать приказы. Через несколько минут пути коридор расширился – как я и предполагал, здесь была какая-то техническая зона, где несколько труб с разных сторон подсоединялись к загадочным жужжащим и щёлкающим механизмам, а на сквозняке из потолочной вентиляции покачивались покрытые молитвами полосы пергамента, прикреплённые к оборудованию воском. Мы с Юргеном засели за самым прочным механизмом, рядом с туннелем, ведущим туда, где остался отряд Лустига – я никогда не возражал иметь чёткий путь отступления, хотя в этот раз он нам вряд ли понадобится. В конце концов, мы превосходили приближающихся бандитов числом вдвое и были лучше вооружены. Юрген поднял лазган и прицелился в сторону перекрёстка, откуда вскоре должна была появиться наша добыча.
Дозорные также заняли позиции за укрытиями, какие сумели найти, и всячески выражая уверенность, принялись ждать врага. У меня был не очень хороший обзор, но он и не требовался – нашим не слишком желанным спутникам должно фатально не повезти, чтобы они не смогли перебить бандитов в первые же секунды. Барлоу вытащил болт-пистолет и посмотрел на нас, сполна выражая острое предвкушение. Я же взял в одну руку лазпистолет, а большой палец другой положил на руну цепного меча – больше для вида, не веря, что мне придётся пустить его в ход.
– Цельтесь как следует, – приказал Барлоу; сержант дозорных в ответ мрачно кивнул, хотя, когда у вас есть полудюжина дробовиков и узкий туннель, точность не слишком важна. Шквал картечи пронесётся по нему и сметёт любых бандитов не хуже заложенной на их пути фраг-мины.
Я сосредоточился, отсёк сопутствующие шумы, вроде гула машинерии, шорохов, с которыми двигались эти нервные увальни, подстёгнутого адреналином стука моего сердца, и положился
– Огонь! – рявкнул командующий дозорных, и грохот полудюжины дробовиков вкупе с рёвом миниатюрного болтера Барлоу заложил мне уши.
Один удар сердца спустя из туннеля вылетел ответный шквал картечи и ударил в дозорных. Они рухнули наземь, как один – убитые или тяжело раненые; укрытия их не спасли. Сержант отвоевался – ему снесло полголовы, а Гонзалис потрясённо баюкала левой рукой то, что осталось от правой.
Из туннеля выбежало трое – они стреляли на бегу, явно намереваясь добить выживших.
– О, нет, так не пойдёт, – Юрген выпустил длинную очередь лазразрядов и подстрелил двух негодяев, а я прикончил третьего выстрелом в голову. За миг перед тем, как его голова рассыпалась в пепел, я заметил на лбу бандита явно вырезанный прямо на плоти сигил и содрогнулся. Кажется, я всё-таки был прав.
– Контакт. Штафирки выбыли. Нам нужны медики, – я бросил взгляд на подстреленных Юргеном бандитов, понимая, что подтверждаются мои худшие страхи. Убитые были покрыты знаками Тёмных богов. Но почему тогда они бежали от обнаруживших их гвардейцев, а не сражались, как обычно делают культисты? – Троих нейтрализовали.
– Мы идём, – откликнулся Лустиг. – А как же четвёртый?
Это был хороший вопрос. У меня начало покалывать ладони. Это отребье не могло так легко вывести из строя полдюжины дозорных одним залпом. Если только…
Из туннеля появилась фигура, всем своим видом излучавшая уверенность и высокомерие. Внешне в этом человеке не было ничего примечательного – мужчина средних лет, одет как мастеровой, но жёсткие, горящие лихорадочным огнём глаза говорили о здравомыслии, которое давно осталось в прошлом. Он улыбнулся, но в его улыбке не было ни капли юмора.
– О, конечно. Если хочешь, чтобы что-то было сделано, сделай это сам.
Я выстрелил, решив не дать ему возможности договорить, но лазразряд, не достигнув врага, внезапно полетел в меня – лишь отточенные за множество лет перестрелок рефлексы позволили уклониться.
– Кровь Кровавому богу! – проревел Барлоу, появляясь из скопления труб; его болт-пистолет смотрел в мою сторону. Ловушка! Я выстрелил дважды, целясь ему в грудь, и предатель упал, выпустив оружие из дернувшейся руки.
– Юрген, сюда! – я на ходу вытащил цепной меч и бросился к псайкеру. Если я не могу застрелить его, то должен справиться в старой доброй рукопашной схватке.
Чудовище снова улыбнулось – теперь на его лице читался намёк на искреннее веселье.
– Вот будет больно.
– Только не мне, – заверил я, взмахивая мечом и целясь тварь в горло. Но когда движущиеся зубы приблизились к незащищённой плоти, я почувствовал, что выпад замедляется сам собой. Клинок просто завис в воздухе, вгрызаясь в пустоту, а я без толку напрягал мускулы, пытаясь приблизить оружие к цели.
– Я рядом, сэр, – раздался голос Юргена, частично перекрывшийся треском лазерного разряда.