Профессиональный попаданец
Шрифт:
Ладно, посмотрим.
– Сколько у меня, кстати, сейчас денег на местном счете?
– Около двух с половиной тысяч импов.
Импов? Ах, да. Это же имперскую валюту так называют. Интересно, а как тут деньги выглядят? Забавно, но я ими тут так ни разу и не пользовался. Или по безналу что-то переводил? В браслете-коммуникаторе такая функция была. Надо, кстати, местный счет к нему тоже подключить.
– Каковы месячные расходы на содержание этого дома?
Управляющие замялись:
– Примерно, столько и будет...
– Доходы от работы завода, я
– Но тут были большие траты...
– И, вообще, вы лучше с графом Стептоном сами такие вопросы обсуждайте, - не выдержала Джета, наплевав на осуждающий взгляд напарника: - Мы что? Простые исполнители. Как сказали, так и делаем.
– Так давайте его сюда! Свои интриги за мой счет оплачивать, это чересчур! Хотя нет. Сначала финансовые отчеты несите. Надо же ущерб от вашей деятельности оценить. Бегом! Вон отсюда!
Кажется, я их непроизвольно ментально придавил. Из комнаты их вынесло, но координацию они явно потеряли. Теперь к прочим убыткам еще и стеклянную створку двери менять придется...
– И зачем ты меня звал?
– неожиданно недовольно подала голос Текмесса: - Ты и без моей помощи всех разогнал.
– То есть как зачем?
– удивился я: - А как ты домом управлять будешь, если дела не примешь? С рудниками я как-нибудь сам разберусь, а домом тебе по штату заниматься положено. Жена, все-таки. Так что дальше этого Эрфина стругай уже без меня.
65. Заговорщики
Текмесса так и осталась сидеть на полу посреди кабинета с растерянным видом, а вот у меня настроение продолжило улучшаться. Воистину, сделал другим гадость, сердцу - радость. Особенно когда эти "другие" к тебе на шею норовят залезть и ножки свесить. Хорошее настроение надо было закрепить, так что отправился я на кухню. Если там все хорошо, можно будет что-нибудь вкусненькое перехватить, а если плохо - будет кому шею намылить, остатки негатива сбросить.
Дорогу искал долго. Надо было кого-нибудь в провожатые отловить, но все население усадьбы, заслышав мои шаги очень ловко пряталось. Они-то планировку дома уже выучили, к тому же почти все комнаты - проходные. Понял, что в такой архитектуре слугам не только проще на зов хозяина прибежать, но и сбежать от него. Бронзовые колокольчики, как в русских усадьбах времен крепостничества, мне на глаза нигде не попались, а как вызывать своих домочадцев по комму, я не озаботился узнать. В общем, кухню нашел исключительно по запаху. Довольно аппетитному, кстати.
Но попробовать местную стряпню мне не дали. Из-за вожделенной двери выскочил невысокий господин в белом халате и колпаке и, подхватив меня под руку, решительно потащил от двери прочь. Возмутиться я не успел, так как под колпаком, который он снял, оказалось круглое лицо бывшего главного жандарма графа Дарви.
– Как, и вы здесь?
– удивился я.
– Приходится соблюдать конспирацию. Официально меня тут нет, но я решил, что нам с вами необходимо поговорить. А то без меня, из-за плохой организации, могло возникнуть недопонимание.
– Вы, не спросив моего согласия, втравили меня в какую-то авантюру. Вообще-то,
– Именно, недопонимание, которое, я уверен, мы с вами быстро проясним. Вы все поймете и одобрите, ибо интересы у нас общие. Обстоятельства требовали немедленных действий, а вы, к сожалению, растворились где-то в просторах космоса даже для моей службы наблюдения.
Я молча сделал три глубоких вдоха и высказал, что я об этом думаю, пока только про себя.
– Хорошо, я вас слушаю.
Ситуация, со слов графа Дарви, и впрямь получалась унылая. Рыцари Пяста, монопольно занявшие все пространство вокруг регента, жаждали чинов и поместий. Однако объявленная всеобщая амнистия резко сократила "призовой фонд", ведь амнистированным их собственность приходилось возвращать. Нужно было найти новый источник конфискаций. По имевшейся у графа информации, в настоящее время канцлер Затонский готовил указ, согласно которому все министры прежнего кабинета будут обвинены во всех смертных грехах и сосланы (а не казнены, вот такой регент гуманный!) на дальние планеты. Простыми фермерами. А их имущество будет распределено между новыми фаворитами. Я в ранге министра успел побыть всего ничего, но графство Леолон у меня точно отберут. И действовать надо, пока этого не произошло.
Что делать? Естественно, свергать тирана и его клику.
На мое скептическое замечание, что один мятеж недавно уже был, а регент все-таки власть законная, так как правит при малолетнем сыне Карлоса - императоре Утере, жандарм ответил, что очень скоро это изменится. Его агенты доносят, что для большей убедительности обвинений в адрес бывших министров, Затонский готовит страшную провокацию. От их имени будет устроена попытка покушения на регента, которую доблестные пястцы быстро подавят. Но при этом успеют погибнуть все дети Карлоса, даже девочки. Тогда Олвер станет императором, Завладская срочно разведется с мужем и станет императрицей, а потом уж как-нибудь родит наследника. От кого - неважно, официально будет считаться, что от царственного супруга.
От таких перспектив я невольно скривился. Особенно возмутило даже не изъятие у меня графства, а планируемое циничное убийство детей. Нет, кидаться их спасать я не собирался, понимая бессмысленность этого занятия. То есть выкрасть и защитить хотя бы часть детей я смогу. Но сохранить за ними трон - нет. Это уже авторитетные в империи политики решать будут, за мной никаких сил, кроме меня самого, к сожалению, нет, а чтобы управлять государством, надо не самому сильным быть, а сильный аппарат чиновников иметь. У Дарви со Стептоном такой аппарат, возможно, и есть, но, судя по рассказанному, спасать принцев они не собираются. Понять их можно. Они детоубийство на регента навесят, небось, доказательствами уже запаслись, и стрелку народного возмущения переведут в нужную им сторону. Противно, но что от политиков ждать. Так что спасти, фактически незнакомых мне детей я смогу только для себя, огребая при этом массу проблем. Но не могу же я всех сирот мира усыновить! И не собираюсь этого делать.