Проект "Вайнах"

Стрельцов Иван Захарович

— Что случилось? — с порога спросил Волин.

— Час семь минут тому назад сенсорные датчики на дальних подступах засекли движение. Еще через сорок минут пост радиолокационной разведки подтвердил движение небольшой группы по охранному периметру базы, — доложил Козинец.

— Может, разведчики выходят? — задумчиво произнес комбат, глядя на карту.

— Может, разведчики, — согласился Ким. — Только чеченские, это десять минут назад доложил пост визуального наблюдения. Двадцать человек с легким стрелковым оружием.

— Странно,

чего это они прутся сюда? Было бы удобнее занять высоту вот здесь, — палец подполковника уперся в карту с обозначением высоты. — Тогда можно было бы попытаться накрыть нас из тяжелого вооружения.

— У них нет тяжелого вооружения, — вставил замполит Тарасов.

— Вот это и странно. — Волин провел ногтем по карте, маршрут диверсионной группы пересекал стратегическое шоссе, и дальше ее путь лежал к границе Дагестана.

— Женя, поднимай „пожарников“, — обратился комбат к Киму. Тот бросился к выходу.

„Пожарниками“ в батальоне называлась дежурная разведгруппа. Днем они спали, потому как днем и без них было кому оборонять расположение батальона. Ночью они тоже дремали, но в полном боевом снаряжении, готовые к любому „пожарному“ случаю. В эту группу входили контрактники, самые опытные и натасканные бойцы.

— Игорь Саныч, зачем вам „пожарники“? — не удержался от вопроса начштаба.

— Если они и дальше будут так двигаться, то через полчаса перейдут трассу и вот здесь спустятся в овражек. Хорошее место для засады, — ответил подполковник, застегивая на себе бушлат и надевая ремень с подсумками.

— Надеюсь, вы, Игорь Александрович, не собираетесь возглавить засаду? — проявил заботу о вышестоящем начальстве зам по воспитательной части.

— менно это и собираюсь сделать. — Волин достал из пирамиды „АКМ“ со сложенным прикладом, вставил магазин и залихватски передернул затвор.

— Группа идет налегке, возможно, это отвлекающий маневр. А основные силы где-то с другой стороны выходят, — попытался образумить комбата начштаба.

— Вот и хорошо, Олег Андреевич, вы возглавите возможное отражение основных сил, я же немного растрясу жирок, а то скоро буду похож на хомяка. — Повесив автомат на плечо, подполковник вышел из бункера.

Перед штабом выстроился дежурный взвод во главе с командиром, лейтенантом Орловым, и начальником разведки.

— Значит, так, действуем тремя группами, — без предисловия начал объяснять боевую задачу Волин. — Я с отделением Франчука закрываю выход из оврага, ты, Женя, с пулеметчиками закрываешь им дорогу назад, Орлов со снайперами прикрывает оба направления. Мы начинаем, остальные вступают в „игру“ по мере необходимости. Вопросы есть? Нет? Все, бегом марш.

* * *

Для Игоря Волина личное участие в боевой операции было важнее, чем кропотливая многочасовая работа над картами и планами в подготовке операций. Долгие годы боевой подготовки сделали его „Терминатором“, безотказной машиной для войны, таким он оставался и теперь, командуя

батальоном…

Шурша под ногами, осыпался гравий, за спиной Волина бесшумно двигалось отделение старшины Александра Франчука — семеро бойцов, вооруженных автоматами с подствольными гранатометами.

— Рассеяться и затаиться, — негромко скомандовал подполковник, когда группа спустилась на дно оврага. Сам двинулся вперед.

Увидев небольшой выступ, Волин опустился перед ним на колено. Ощупав складки горной породы, нашел небольшую трещину. Расстегнув подсумок, извлек две осколочные гранаты „Ф-1“. Конечно, для такой засады лучше бы подошли мины направленного действия, но время поджимало.

Уложив „лимонки“ так, чтобы основная мощь взрывной волны была устремлена навстречу чеченцам, а остаток поглотила скала, Игорь установил растяжку и бесшумно отполз на безопасное расстояние, взяв на прицел автомата проход.

Время тянулось бесконечно долго, в душе шевельнулась предательская мыслишка: „А не прошли ли чехи мимо?“. Но эту мысль Волин отмел: если б разведчики обошли овраг, они обязательно наткнулись бы на заслон Кима или снайперов Орлова. Тогда были бы слышны звуки боя, а так лишь гнетущая тишина. Чтоб как-то себя отвлечь, Игорь представил себе, что происходит в расположении батальона. Конечно же, начштаба Козинец поднял личный состав. Мужик он неглупый, батальон поднял без шума. Волин как наяву видел бойцов в полной боевой экипировке, бегущих по ходам сообщений, лишь тяжело звенит железо, соприкасаясь друг с другом. Пулеметчики занимают места согласно боевому расписанию, танкисты бесшумно закрывают крышки люков, артиллеристы открывают замки орудий. Все, батальон готов к бою.

Над обрывом промелькнула неясная тень, вдалеке зашуршал гравий. „Идут“, — догадался Игорь, вжимая приклад автомата в плечо, указательный палец лег на спусковой крючок.

Диверсанты оказались настоящими профессионалами, двигались почти бесшумно, лишь мелькали тени на участках, освещенных месяцем. Как ни ждал Волин взрыва растяжки, он прогремел неожиданно. Не очень громкий на открытой местности, в сдавленном пространстве оврага взрыв больно шибанул по ушам. И тут же раздался вой раненого, он послужил бойцам Франчука командой к действию. „Пожарники“, дугой рассеявшиеся на выступах оврага, одновременно ухнули из подствольников. Хлопки реактивных гранат прозвучали, как лопанье воздушных шаров, вой тут же оборвался.

Несколько минут Волин ждал ответных действий чеченцев, но со стороны противника не было слышно даже стонов.

— Франчук, ракету, — крикнул подполковник, рискуя навлечь на себя огонь какого-нибудь недобитка.

С шипением в небо устремилась осветительная ракета, и тут же дно оврага залило ядовитым белым светом. Несколько секунд горела ракета, затем погасла, но этого хватило, чтобы разглядеть обезображенные трупы, разбросанные среди осколков скальных пород, и никаких признаков жизни.