Проект «Пламя»
Шрифт:
Удалось разыскать девку, которая была с Башкой в ту ночь. Оказалось, что после «ласк» недоумка она пришла в себя только утром и теперь, в результате ночлега на сырой земле, лежала в больнице с воспалением легких. Она, конечно, ничего не видела и ничего не помнила, но это не огорчило бравых сыщиков. Показаний Башки и могильщика и доказательств в виде найденных трупов выше головы хватало, чтобы вязать всю компанию.
Захват банды планировался на сегодняшний вечер, а днем Витек, то есть Виктор Самохвалов, отправился провести рекогносцировку на местности — иными словами, пошустрить по поселку и посмотреть,
— Ну, что там? — спросил его Тимофеич, занятый чисткой пистолета.
— Там все в порядке, — буркнул Витек, усевшись за свой стол.
— Что в порядке? — не понял его напарник.
— А где — там? — глядя на него непонимающе глазами, спросил Витек.
Тимофеич отложил пистолет, поднялся из-за стола и подошел вплотную к коллеге.
— Слушай, а ты, случаем, не заблудился? Может, тебя там в бар занесло? — спросил он, принюхиваясь.
Нет, спиртным вроде не пахло. Наркотики тоже исключались, потому что Витек серьезно занимался спортом и трепетно относился к своему здоровью. Но все-таки что-то с ним было не так.
— Ты где был?
— Где я был? Где я был… — Было видно, что Витек мучительно пытается найти ответ на этот вопрос, но у него ничего не выходит.
— Ты ходил в поселок, должен был поспрашивать там о хозяевах коттеджа, — напомнил ему майор.
— А-а, хозяева… — Взгляд Витька стал чуть более осмысленным. — Хозяева… так нормальные же люди! Что ты к ним прицепился?
— С тобой все в порядке? — прямо спросил Тимофеич.
— Конечно! А что со мной может случиться?
— Так не гони пургу, а рассказывай, что видел! — разозлился майор. — Забыл, что ли, что сегодня операция?
— Какая еще операция? — тоже разозлился Витек, и разговор пошел на повышенных тонах. — Какого черта тебе нужно от нормальных людей?
Тимофеич посмотрел на напарника долгим пристальным взглядом. Нет, не может быть, чтобы Витек продался. Одно дело — подоить обратившихся за помощью коммерсантов, это уж сам бог велел, и никто из сотрудников отдела не упускал такого случая. Но чтобы взять деньги у бандитов и убийц? Нет, исключено. И все-таки, что с ним случилось?
Разбираться с напарником, который был явно не в себе, не было времени, а брать его в таком состоянии на захват майор не мог, поэтому он приказал:
— Сейчас иди домой и хорошенько отоспись, а завтра поговорим.
Витек отправился восвояси, а майор, решив не забивать себе голову перед сложным и опасным делом, пошел к собровцам, чтобы уточнить все детали предстоящего захвата.
В подвал, где на бетонном полу сидел прикованный наручниками к железной скобе Карл Вайсман, Клим спустился вместе с Олегом. Навещать пленника по одному они все же опасались, хотя он не сделал ни одной попытки нанести ментальный удар. Выглядел Карл бледно. Забившись в угол, он тихо постанывал, баюкая перевязанную не очень чистым полотенцем левую руку, на которой осталось всего два пальца — большой и указательный.
Клим отстегнул наручники, рывком поставил заложника на ноги и подтолкнул к лестнице. Наверху его подвели к компьютеру, специально купленному и подключенному к Интернету хозяином дома, который раньше не испытывал в нем никакой нужды.
— Включай, смотри свою почту.
Бандиты с первого дня заставили пленника сноситься со своим начальством, чтобы через него выставить свои требования. Он набирал текст на португальском языке, которого они, естественно, не знали. Олег, единственный из пятерых, кое-как мог еще разобрать написанное по-английски, а остальные знали только русский и «феню». Пользуясь этим, Вайсман детально описал свое незавидное положение. Но, видимо, в Испании ничего не поняли, потому что положение его не изменилось и каждый день он терял по пальцу.
Карл вошел в Сеть и быстро, так, чтобы мучители не смогли запомнить последовательность знаков, набрал пароль. На его имя пришло одно письмо, в котором говорилось, что руководство прилагает все усилия для его освобождения, и ни слова о том, что это за усилия. Так же как и о выкупе.
— Ну, что там? — нетерпеливо спросил старый Пантелей.
— Пишут, что деньги будут, — Карлу не оставалось ничего другого, как врать, чтобы сохранить жизнь. Ведь как только эти изверги поймут, что не получат ни копейки, его жизнь потеряет для них всякую ценность.
— Когда?
— Я не знаю, — залепетал Вайсман. — Не так легко собрать такую сумму!
— А говорил, миллиарды контролируешь, — ухмыльнулся Клим и достал огромные ножницы, которыми перекусывают стальные болты.
— Не надо! — завизжал Карл, пряча руки за спину. — Я ведь сказал: деньги будут!
Но бандит, не обращая внимания на его вопли, ловко щелкнул ножницами, и указательный палец заложника, упакованный в полиэтиленовый пакет, занял место в морозильной камере.
Вайсмана снова отвели в подвал. В дом вошел Стас, достал из холодильника банку пива и жадно присосался к ней.
— Ну и жара! — сказал он, опорожнив посуду. — Тут по поселку мент слонялся, нами интересовался.
— И что?
— Больше не придет.
— Уверен?
— На сто процентов. А что немец? Когда деньги будут?
— Говорит, что скоро, — ответил Олег. — Но что-то мне это не нравится, слишком долго. Завтра заставлю его написать по-русски, и отвечают пусть тоже по-русски. Если он такая шишка, как говорит, то там найдут человека, чтобы по-нашему понимал. А если вместо денег пришлют еще одного делового — будем кончать обоих.
Окружили дом с наступлением темноты. По сигналу командира черные силуэты ловко перемахнули через кирпичный забор, а майор Обрубков и несколько собровцев остались снаружи, чтобы в случае чего перехватить беглецов. Прошло достаточно много времени, но из-за забора не доносилось ни звука. Командир пощелкал по микрофону, укрепленному у него под подбородком, чтобы напомнить о себе, но ответом ему было полное молчание. Поняв, что за забором творится что-то неладное, он взмахнул рукой, и, вышибив калитку, остальные собровцы ворвались во двор. Не желая оставаться в одиночестве, Тимофеич последовал за ними и увидел, как все они свалились как подкошенные. Что произошло, майор не понял, но сказался чеченский опыт, и сориентировался он сразу. Схватив выпавший из рук одного из собровцев автомат, он перекатился под прикрытие гаража и изготовился к стрельбе.