Проект Каин. Адам
Шрифт:
Когда они наобнимались и, немного смущенные, сели за стол, к Сергею, наконец, вернулся дар речи.
— Слушай, Миха, не представляешь, как я рад тебя видеть!..
— Не представляю? Еще как представляю. Я тут чуть с ума не сбрендил, пока они надо мной тряслись, как наседка над яйцами.
— Кто — они?
— Военные, кто ж еще, — Мишка замолчал и прикоснулся к кончику носа указательным пальцем. — Ты думал, я на пляже отдыхал что ли?
Сергей покачал головой:
— Нет, конечно.
— Знаю, — перебил Мишка. — Если бы они нашли то, что искали, я бы тут и не сидел.
— Ясно, — после паузы сказал Сергей и улыбнулся. — Хорошо, что не нашли. Не знаю, правда, о чем ты.
— И не надо, — Мишка тоже улыбнулся. — Не представляешь, как мне надоели эти бесконечные анализы и проверки. Наверное, литра два крови из меня выкачали, не меньше. Глянь, какие синяки! На улицы менты если бы остановили, так сразу утащили б к себе как заядлого наркомана.
— Ты особо-то не радуйся, здесь тоже этого никто не отменял, — усмехнулся Сергей, глядя, как Михаил закатывает рукава рубашки. — Хоть и не в таком количестве, но…
Неожиданно Мишка привстал и помахал кому-то рукой. Одинцов обернулся и посмотрел через плечо на небольшую группу растерянно осматривающихся людей.
— Эй! Эй, Степаныч, Аня, идите сюда! — Мишка энергично махал рукой, словно пытался остановить такси в час пик. Сергей украдкой улыбнулся: все тот же никогда не унывающий и шумный Свердлов.
— Надеюсь, дружище, ты не против, если за твой богатый стол сядут мои приятели по несчастью? — Мишка с улыбкой посмотрел на Сергея.
Одинцов ничего не успел ответить, как к столику подошли двое: коренастый, лысый мужик, выглядевший так, словно совсем недавно сбросил килограмм двадцать веса, и симпатичная девушка в легком свитере и джинсах, довольно высокая, с хорошей фигурой и лицом, отдалено напоминающим какую-то известную актрису. Даже неровно отросшие почти до плеч волосы придавали ей странный шарм, и, не взирая на заострившееся бледное лицо и темные круги под глазами, она все равно выглядела неплохо. «Даже очень неплохо», — подумал Сергей, с трудом отводя от нее взгляд.
— Серег, познакомься… Это Вячеслав Степаныч, сержант из местных.
Мужчина протянул широкую ладонь и сказал:
— Здорово. Мишка много говорил о тебе. Вячеслав Крохин, сержант… бывший сержант этой проклятой части.
Сергей неловко встал, зацепившись коленом за стол, отчего задребезжала ложка. Рукопожатие у сержанта было под стать облику, Сергею даже показалось, что у него затрещали косточки пальцев.
— Сергей. Очень рад. Присаживайтесь, можете взять перекусить чего-нибудь, пока еще не все растащили.
— Знаю я, как тут кормят, — вздохнул сержант, бросая мрачный взгляд на рядового на раздаче. — Ладно, пойду, возьму чего-нибудь. Аня? Миха?
— Возьми мне тарелку супа, Слав, если не сложно, — ответил Мишка, девушка отрицательно качнула головой.
— Тебе? — сержант посмотрел
— Не, ничего не надо, я уже.
Сержант с мрачной ухмылкой пожал плечами.
— Как скажешь. Хотя, я бы не стал это есть, — он пошел к раздаточной стойке, ловко, не смотря на свой рост, лавируя между столиками с апатично жующими старожилами Санатория.
— О чем это он? Нет, суп, конечно, не ахти какой, но… — Сергей в недоумении посмотрел на свою тарелку и почувствовал, как краска стыда заливает лицо. В тарелке лежала солонка, которую он выронил пять минут назад.
— Ох, да и хрен с ним, — пробормотал он себе под нос и отодвинул суп в сторону. Исподлобья взглянул на хихикающего Мишку, проворчал:
— Завязывай, Миха.
— Ла… ох… ладно, ладно, извини. Это Анна Семенова, познакомься. Не знаю, к сожалению, чем занималась до того, как попала в это славное место.
Аня кивнула Сергею:
— Работала в Москве, в одной крупной компании менеджером среднего звена. Не думаю, что вам так уж важны детали, правда?
Сергей рассмеялся:
— Вы правы. Рад познакомиться. Все мы здесь не по своей воле и еще неизвестно, сколько проторчим пока… пока это все не кончится.
— Хорошо, что хоть ты не добавил «так или иначе» в конце, — проворчал Михаил. — Мне все-таки хотелось убраться отсюда до того, как случится это «иначе», чем бы там оно ни было. От этого слова просто за версту несет неприятностями, если вы понимаете, о чем я. Присаживайся, Ань.
Он пропустил девушку, севшую на стул около стены напротив Сергея. Тот смущенно посмотрел на солонку, плавающую в остывшем супе, чувствуя себя полным идиотом.
— Миха, держи, — Вячеслав Крохин подошел к столу с подносом и стал выставлять тарелки на стол. — Еле-еле отбился от орд голодных пациентов. Надеюсь, оно того стоило.
Михаил с явным удовольствием зачерпнул ложку супа, отправил ее в рот и тут же, сморщившись, чуть не выплюнул все обратно.
— Зря надеялся, — пробормотал он, с трудом проглотив суп. — Теперь я понимаю, Серый, почему ты утопил в своей тарелке солонку. Хотя с твоей стороны это явное свинство — о том, что мы тоже захотим ей воспользоваться, ты, видимо, не подумал.
Сергей засмеялся и с удивлением осознал, что такон не смеялся уже долгое-долгое время. В груди у него разливалось странное, теплое чувство, чувство, о котором он уже забыл за дни, что провел здесь. Он попытался понять — что это, а когда до него дошло, нисколько не удивился.
Это чувство было ощущением покоя.
Закончив обед, они пошли в общую комнату на этаже Сергея. Анна и Мишка устроились на потрепанном красном диване, сержант и Сергей взяли по стулу и сели напротив. Девушка с любопытством оглядывала комнату, потолок в разводах протекшей воды, голые стены бледно-серого цвета.