Проект Деметра
Шрифт:
– Что хочешь сказать?
Много что хочу, да промолчу, – глянула на него и уставилась на экран "нотика".
Реакция Радия ей не нравилась – бледнеть стал, все медленнее и неохотнее по сенсору пальцами стучать, и как-то сникал.
Повернулся к товарищам и сложил руки меж ног, сжался, словно живот у него скрутило.
– Ну?!
– Не томи! – рыкнул Самхат.
– Крындец, – протянул. Шах усмехнулся – новость! – и достал туб с зубочистками. Покосился на девушку, такую же спокойную, как он сам:
– Подозревала?
– На старте. Как и ты.
– Угу.
– Вы
– Коод!! – рявкнул Самара.
– Нет кода!! – заорал в ответ мужчина и стих. Потер лицо ладонями и обвел взглядом смертника собравшихся. – Мы не влипли, мы – попали. Приехали. Приплыли. Амба. Каюк.
– Истерить завязывай и давай расклад, – процедил Самара.
– Расклад простой, командир, – развел руками улыбнувшись с издевкой. – Плести венки и готовить эпитафии.
– Стоп. С этого места подробнее, пожалуйста.
– Нет никакого кода. Эти двое – приемник и передатчик. Тупо и на пальцах – функция одного робота – создавать поле для приема, поле для передачи, или переправки, функция второго. Но поле они создают живыми!
– А оживить? – протянул Самхат.
– Давай я тебя убью и спрошу у Самары – сможет он тебя оживить или нет.
– То есть, поле уничтожено, – прищурился лейтенант.
– Да.
– Когда их убили? – спросил Шах.
– Одного – девушку, три часа семь минут назад, второго – два сорок назад. Могу предположить умозрительно, что девушка – приемник грубо, успела принять нас и была благополучно вырублена, а передатчик кого-то или что-то передал уже после ее смерти и тоже сдох.
– Подожди. Система переправ однотипна. Должно быть место – зона для порта, должен быть код для налаживания переправы.
– Должен, но нет. Эти двое и создавали зону для переправы, один – туда, другая – сюда. Без всяких кодов. Их нет, нет переправы.
– Мы в заднице, – выдохнул Самхат.
– В полной, – кивнул Шах.
– Нет, господа, друзья, товарищи, "порадую" вас – все хуже. Мы – трупы.
С минуту длилось гробовое молчание. Каждый переваривал услышанное и явно не понимал к чему такие выводы и на основе чего. Не вязалось.
– Поясни.
– Матрица роботов отметила странную, то ли вирус, то ли бактерию в воздухе. Она составная часть атмосферы.
– На ручных коммуникаторах опасность не выявлена.
– Они не занимаются детальным анализом, функции не те. А у роботов – кстати, штуки высший класс! – автоматом идет анализ всего окружающего – от воздуха до особенности ландшафта. Детально. Раскладывают до молекул.
– Лирика. Патогенез этой фигни? – прищурил глаз Шах.
– Не выявлен. Скорей всего заражение идет автоматически при вздохе. Короче, какая-то хрянь в этом воздухе отрицательно влияет на человеческий организм. Через семьдесят два часа, максимум через девяносто, человек начинает болеть: в семидесяти случаях из ста – труп через трое суток.
– Клиника?
– У десяти прибывших…- развернулся к монитору и перевел. – Из десяти: у троих отмечена дисфункция вентиляции легких, у семи дискоординация, слабые головные боли. У одного головокружение,
– То есть: ели- пили, шли, спали и, бац? – выгнул бровь Самара.
– Именно – бац.
– Перекинь мне данные по этому чуду природы с диагностикой заболевших и полной историей протекания болезни, – попросил Шах.
Эра побледнела. У нее сложилось то, что ее, фактически мертвую, подняли в "Генезисе" и отправили с билетом в одну сторону.
– Им не нужна была Тихорецкая, – сказала тихо. – Им нужны были мы, заслать нас сюда.
– Хочешь сказать, что мы подопытные кролики? – спросил Самхат, явно не веря. Девушка уставилась на него:
– Как тебя к этому делу прикрутили?
– А тебя?
– Я была живым трупом. Если б отключили от аппаратуры, через пару дней схоронили.
Мужчины притихли и по глазам Эра поняла – все прошли через биокамеру в "Генезисе".
– И кто с чем вляпался? – усмехнулась невесело.
– Психика, – признался Родион.
– Перелом позвоночника, – выдавил Самара.
– Слепота, перелом позвоночника, – глухо сказал Самхат.
– Онко, – улыбнулся, чему-то Шах. – Значит, смертнички собрались в свой смертный поход? Ай, да "Генезис". Только хотелось бы знать, за какой кусок какого пирога они на нас деньги время и силы потратили?
– Какая теперь разница?
– Ай, не скажи.
– Шах прав, – бросил Самара. – Если будем знать…
– Умрем знающими…
– … получим шанс.
– На что? – посмотрела на него Эра. – Нам не выбраться без передатчика. И на все про все меньше семидесяти часов.
Мужчины помолчали и Самара постановил:
– Радий – сматывай свою технику. Самхат – собери зонды. Перебираемся в лес, находим укромное место, чтобы на открытой местности дебаты не устраивать. Осядем и обсудим, решим, что делать дальше.
– Давно пора, – проворчал Самхат.
– Ну, да, кто-то же свернул шеи биороботам. Значит, не любят здесь пришлых,? согласился Шах.
Группа начала сборы и отход в лес.
Глава 4
Они расположились среди мшистой прогалины в зарослях каких-то кустов.
Местность была чудная – необжитая, с дикими зарослями. Если б не пришлось снимать с крестов двух роботов и видеть их раны, можно было бы верить, что в этом мире только пятеро залетных и обитает.
Однако что бы пейзаж не навевал, правила и опыт диктовали свое. Самхат раскидал зонды и только тогда Самара объявил привал. Сел под дерево и через коммуникатор сделал запрос карты местности. Родион вновь развернул свой нотик и принялся сканировать местность, пытаясь засечь фон передатчика или приемника, любые позывные в эфире. Шах вовсе развалился на мхе, уперся затылком в корень дерева и начал покусывая карандаш что-то вычислять или рисовать в записной книжке, то и дело сверяясь с полученными на свой коммуникатор данными. Самхат видно усиленно мучил серое вещество мозга – хмуро смотрел перед собой, а Эрика наблюдала за товарищами и пыталась понять, что же не так.