Проделки купидона
Шрифт:
— Он умер за год до моего возвращения в Англию.
Тем временем они вошли в столовую. Лонстон задумчиво обошел вокруг стола, касаясь спинки каждого стула.
— Его унесла холера. Все мое имущество тогда погибло, его сожгли. — Лицо его стало отчужденным и холодным. — Я никогда в жизни не испытывал такого страха.
Александра вдруг ощутила себя очень жалкой и незначительной.
— Неудивительно, что вы презираете нас, — сказала она. Слезы выступили у нее на глазах. — Я однажды болела ветрянкой, так думала, что расчешусь
Лонстон быстро взял ее за руку.
— Ну вот, я заставил вас плакать. Я не хотел вас огорчить или упрекнуть за благополучную жизнь в Англии. Когда у меня будут дочери, не захочу же я подвергнуть их опасности заразиться чумой! Я был несправедлив к вам, Аликс, и приношу вам свои извинения.
— А я вам свои, Лонстон. Я тоже была не права. Миссис Морстоу сказала мне, что вы наняли целую армию прислуги, чтобы исполнить мое глупое желание. Я очень сожалею, что доставила вам столько беспокойства.
Он улыбнулся.
— Насколько я помню, вы не просили меня давать бал. Мы держали пари, и вы выиграли.
Александра слегка вздернула подбородок.
— Насколько я помню, мы оба выиграли.
Виконт рассмеялся.
— Что правда, то правда.
— Ах! — вскрикнула Александра, прикасаясь пальцами к губам. Запах роз распространился по комнате. На губах она чувствовала вкус розового масла. Странное возбуждение охватило ее, голова закружилась.
— Опять? — прошептала она.
— Что случилось? — спросил виконт.
Александра видела его словно сквозь золотистую дымку. Она поморгала, пытаясь избавиться от наваждения. Сердце у нее вдруг сильно забилось. Странное тепло обволакивало ее, в груди полыхнул огонь. Она шагнула к Лонстону, обвила руками его шею и все в том же тумане почувствовала, как его губы коснулись ее губ.
Он целовал ее пылко, страстно. Наслаждение, любовь, желание омывали ее горячими волнами. Лонстон что-то шептал, но она не слышала ни слова, кроме своего имени: «Аликс, Аликс…» И пошатнулась, теряя сознание.
Лонстон подхватил ее прежде, чем она успела упасть.
— Что за черт… — пробормотал он. Неужели эта внезапная вспышка страсти убила ее?
Прижавшись губами к ее шее, он ощутил четкие ровные удары пульса. Лонстон на руках отнес девушку в комнату экономки. Миссис Морстоу звонком вызвала горничную, но просила его не спускать Александру с рук.
— Сядьте в кресло у камина, — сказала она. — Ее здесь негде положить. Она вылитый ангел, — добавила миссис Морстоу, вглядываясь в лицо Александры. — Как это случилось?
Лонстону не хотелось вдаваться в объяснения.
— Она поцеловала меня, — признался он наконец.
— Ах, вот оно что! — Миссис Морстоу понимающе кивнула без малейшего удивления или замешательства. — Все эти ужасные корсеты, — объяснила она. — Не хочу касаться такого деликатного предмета, милорд, но в мое время обмороки служили приемом, употребляемым для определенной цели. Впрочем, в этих
Но в этот момент Александра начала приходить в себя. Она не знала, ни где она, ни что с ней. Она затерялась где-то в любимых местах своего детства, откуда ей стоило большого труда вернуться в настоящее.
— Я была на берегу моря, — прошептала она, — собирала ракушки.
— Мы здесь, Аликс, — шепнул в ответ мужской голос. — Вам уже лучше?
Она узнала голос Лонстона, почувствовала прохладное прикосновение его руки, гладившей ее руку.
— Немного чаю, — прошептала она.
— Сию минуту, — отозвалась экономка и выбежала из комнаты, так и не дождавшись горничной.
Александра все еще парила где-то между дивным днем своего детства и настоящим. Она взглянула на Лонстона. Солнце все еще стояло у нее в глазах, прохладная вода плескалась у ног.
— Я люблю тебя, — прошептала она. — Здесь повсюду розы.
Глядя на девушку, Лонстон не понимал, что творится с ней, что происходит с ним самим. Он знал, что она не осознает полностью, где находится, что говорит, не сознает даже, что лежит у него на коленях. И все же ее близость и неожиданная нежность поразили его в самое сердце. Сияющее лицо Александры, ее робкое признание в любви кинжалом пронзили его грудь, обнажив сердце. Он увидел будущее — будущее, в котором они могли быть вместе. В их любви забылось бы все — смерть его родителей, одинокое детство, все его тяжелое прошлое. Он с трудом мог удержаться от нового порыва страсти, подобного тому, что овладел им несколько минут назад.
Но этого нельзя было допустить. Александра все еще была не вполне в сознании, и Лонстон опасался, что его неистовые поцелуи снова вызовут у нее дурноту.
Он вспомнил, каким было лицо Александры перед тем, как она его поцеловала. Оно словно осветилось изнутри, излучая саму любовь, и когда девушка шагнула к нему, он мог сделать только одно — принять ее в свои объятия и поцеловать.
Страсть полностью завладела им, его поцелуй был настойчив и пылок, и ему показалось, что Александра отвечает ему с тем же пылом. Он теснее привлек ее к себе — и вдруг почувствовал, что девушка теряет сознание.
Наблюдая сейчас, как вздрагивают ее ресницы, как устремляется на него полусонный взгляд, Лонстон представил себе, что было бы, если бы он женился на такой женщине.
Вскоре сознание Александры прояснилось, хотя она еще плохо понимала, где находится.
Вернулась экономка, и с ее помощью виконт усадил Александру в кресло. С каждой секундой память возвращалась к ней. Она отпила несколько глотков горячего сладкого чая, и щеки у нее порозовели. Взгляд ее был устремлен на гравюру, висевшую у камина. Лонстон не мог себе представить, о чем она думает. Морщинка между ее бровей становилась все глубже.