Продавец вина
Шрифт:
– Так вот как теперь это называется, - хмыкнул Петри, расправляясь с мидиями.
В конце концов, у человеческого облика и тела есть свои преимущества. Потому ими надо пользоваться, пока есть возможность.
– Это всегда так называлось, о невежественный дух гор, - хмыкнул Аксайн, отодвигая стул и усаживаясь рядом.
– У меня для вас две новости. Одна хорошая, другая - ух ты, не может быть! С какой начать?
Умай-та
– С хорошей, - напряжённо сказала Умай-та.
– И желательно без театральных пауз, а то я тебя съем вместо этого салата с кальмарами.
– Фи, дорогая, как ты вульгарна, - поморщился он.
– Так вот слушай. В крови Инны имеется искра жизни. Потому, если они поладят, урожаи будут всегда богатыми, а дело ладится.
– Что за искра жизни?
– поинтересовался Петри.
Умай-та молчала, но по тёмным глазам было видно, что если Аксайн попробует не ответить, то быть беде.
– Это дар городов-миллиоников, я сам только недавно научился его чувствовать. Если у тебя она есть, то выносливость развита до невероятнейших высот. Как она появляется - не спрашивайте. Тут разве что господин Стольный может ответить. Я пока ещё не разобрался.
– А какая вторая?
– подозрительно спросила Умай-та, скомкав салфетку изящными пальцами.
– Втора-а-ая...
– театрально протянул Аксайн.
Богиня, кажется, чуть не зарычала. Тот сделал вид, что раздумывает, но тут же получил тычок локтем в бок от Петри.
– Видишь, женщина нервничает, - невозмутимо сказал последний, думая, как утащить рапана с тарелки Умай-та, а то свои как-то очень быстро закончились.
– А когда она нервничает, способна на страшное.
– Тогда я пойду, - попытался увильнуть Аксайн, но потом всё же передумал, когда их собеседница сжала нож.
– Ладно-ладно, не буянь. А то я подумаю, что ты тоже с ними в родстве.
– С кем?
– прошипела Умай-та, сузив глаза.
– Видите ли, мои дорогие, - невозмутимо начал Аксайн, посидев рядом с девушками и невзначай коснувшись обоих, я выяснил очень интересную вещь. Во-первых, они очень дальние родственницы. Только сами об этом не догадываются. Во-вторых... обе прямые потомки горгон. Поэтому...
Повисла тишина.
Петри и Умай-та перетянулись, не находя слов. Только мягкий ветерок присел на плечо горного духа и зашептал, что на вершине уже все соскучились и пора возвращаться. А шкодный дух ветростанции пугает туристов.
– Всё сложно, - уронил Петри.
– Ещё как, - мрачно подтвердила Умай-та.
– Но где наша не пропадала?
– хмыкнул Аксайн.
Действительно. Не первый век. А значит... всё хорошо. И так и будет, потому иначе быть просто не может.
Больше книг Вы можете скачать на сайте — Knigochei.net
Глоссарий
Ай-Петри - одна из самых известных гор в Крыму, переводится с греческого, как Святой Пётр. Дух Петри, живущий на ней, является авторским фантдопом.
Аксайн - имя бога Черного моря, отсыпка к скифскому названию «axsaina», что значит - тёмно-синий, тёмный. Позже он представляется, как Ниль, что переводится с татарского как «чёрный».
Бельведер - переводится с итальянского, как «прекрасный вид». В данном случае намек на частое использование этого слова в разного рода экскурсиях в данном местности.
Бог Азова - хозяин Азовского моря, который является одним из главных героев романа «Осколки моря и богов», любовник Яны, Слышащей Землю.
Дионис - греческий бог виноделия, виноградарства, природных сил и религиозного экстаза.
Пан - козлоногий и рогатый бог дикой природы, пастушества и скотоводства. По одой из версий вечный спутник Диониса.
Стольный - верховный хозяин любой страны, который контролирует Следящих за регионами, обладает самой большой силой, контролирует территории людей и всех остальных рас. Упоминался в «Осколках моря и богов» и «Практике на Лысой горе».
Умай-та - измененная тюркская богиня Умай. Версий множество, по одной из них она выполняет функции хозяйки вод.
Учан-су - самый высокий водопад в Крыму.
Чурчхела - восточное лакомство из орехов, нанизанных на нить, приготовленных в загущенном виноградном, персиковом, абрикосовом соке.