Продавец крови
Шрифт:
— Отпустил я его, — Феликс словно прочел мои мысли и открыл заднюю дверцу, приглашая в салон. — Ты с нами или как?
Эмиль сел за руль, я подумала и тоже села вперед. Ехать с его братом на заднем сиденье что-то не хотелось.
В солнечном свете дорога к ангару оказалась страшнее, чем ночью.
Вся в рытвинах и ухабах, она петляла, резко уходила под уклон, или наоборот в горку. Об днище шуршала сухая трава. Как я вчера здесь на «мерседесе» проехала?
Наконец, показались кирпичные руины —
— Притормози, — сказала я. — Какой у тебя план? Что ты собираешься делать?
— Предложу деньги, — Эмиль даже не подумал сбросить скорость.
— Живцову? — я прищурилась. — Ты хочешь его нанять? Он не возьмет, даже не думай!
— Все берут деньги, Яна.
— Давай я зайду одна, — предложила я. — Попробую с ними договориться.
Эмиль молчал. Наверное, если бы я сказала «сама справлюсь», через минуту меня бы высадили из машины.
— Одна ты не пойдешь.
— Точно, — отозвался с заднего сиденья Феликс. — Мало ли, о чем она там с ними договорится.
— Феликс пойдет с тобой. Если охотник не захочет идти, приволочет его силой.
Гениальный план.
— Тогда ты и я, — предложила я. — Брать Феликса неразумно, они же на него охотятся. Представляешь, что подумает Живцов, если мы заявимся вместе? Нас перестреляют.
Я понимала, он не пойдет в авангарде. Он не трус, но и рисковать не станет — для этого есть Феликс, или я. Те, кого не жалко.
— А может правда?.. — вкрадчиво начал Феликс.
— Ты предлагаешь идти мне туда с ней, — с каждым словом тон Эмиля становился выше, пока он не заорал, — и решать твои проблемы?!
Феликс что-то неразборчиво пробормотал в ответ.
Дорога снова пошла в гору — довольно крутую, и Эмиль добавил газа, срывая злость. Джип резво влетел на холм и перед нами открылся вид на поле и ангар вдалеке.
Дорогу наискосок перегораживал грузовик — старый и зеленый, с прогнившими бортами.
— Эмиль! — крикнула я, но бампер уже вминало в мощное колесо.
От удара меня бросило на ремень, дыхание перехватило. Я почувствовала, как об мое кресло ударился Феликс. Сзади тоже есть ремни, но он считал себя слишком крутым, чтобы пристегнуться. В тишине стало слышно, как потрескивает покореженный металл.
— Придурок, — сдавленно прошептал Феликс. — Что ты за руль полез с такой реакцией?
Эмиль смотрел на препятствие, как на личного врага. А еще говорил, что это я плохо вожу.
— Феликс, проверь, кто внутри. Идите вдвоем, — добавил он. — Прикроешь его.
Я не стала спорить, хотя наружу не хотелось. Ладно, что может случиться? Никто не знает, что мы приедем… Одно смущало: почему из грузовика до сих пор никто не появился?
— Пошли, — Феликс поправил очки и открыл дверь.
Ощущая себя комком нервов, я вылезла следом и поежилась
Я заняла позицию перед джипом и огляделась. До ангара рукой подать — метров четыреста, но ни души вокруг. Мы были одни на узкой дороге. Невыносимо воняло прошлогодней полынью, в изобилии росшей на обочине.
— Какого черта? — громко сказал Феликс.
Он спрыгнул на землю, подняв пыль, и быстро пошел обратно.
— В машине никого нет!
В движениях чувствовалось раздражение. Он склонился рядом с окном Эмиля и повторил: «В машине пусто». Эмиль опустил стекло, они негромко заговорили, но я не слышала о чем.
Нервная дрожь прошла, стало жарко. Утреннее солнце шпарило вовсю. Я развязала пояс и расстегнула плащ. Стало немного легче. По полю прошелся ветерок, зашелестел сухой полынью и горький запах стал острее. Затрепетал белый лоскуток, привязанный к зеркалу грузовика.
Я нахмурилась: это еще что? Если водитель хотел привлечь внимание к сломанной машине, логичнее выставить аварийный знак.
Лоскут не был похож на тряпки, которые обычно валяются в машине, наоборот: чистый клочок ткани, оторванный от простыни или чего-то вроде. Привязан крепко, на хороший узел, длинный хвост полоскался на ветру.
Мне это о чем-то смутно напомнило, но тут позади раздался хлопок, и я обернулась.
Лобовое стекло джипа покрылось белыми трещинами, в эпицентре его вогнуло и там появилась дыра. Сквозь белую дымку, я увидела, как дернулся Эмиль. Феликс стремительно пригнулся и скрылся за машиной.
По нам стреляли.
Феликс среагировал быстрее.
— Ложись! — он обогнул машину, влетел в меня, и я упала на капот.
Плащ задрался и поясницу обжег холодный металл, головой я не успела удариться — он подставил ладонь. Он держал меня крепко, обхватив обеими руками.
Феликс как-то странно кашлянул — кажется, попали. От него пахло кожей и очень слабо — духами Алены. В лицо лезла кожаная куртка, молния царапала щеку. Под его обмякшим телом я сползла по крылу, и мы рухнули на землю.
Только теперь я поняла, почему он так плотно меня обхватил — руки смягчили удар. На лицо капнула кровь изо рта. Легкое пробито.
Я лежала на спине, придавленная его весом. В груди Феликса клокотало прерывистое дыхание, словно он пытался вдохнуть, но ему что-то мешало. Руки конвульсивно сжались — туго и болезненно.
Я не двигалась и почти не дышала. Эти крепкие объятия один в один напоминали захват вампира при нападении — ему осталось отвести мне голову и прокусить вену.
Смертельное ранение! Что толку, что он поймал мою пулю, если сейчас вцепится в горло?