Пробуждение
Шрифт:
— Привет! — Она махнула рукой, приветствуя слегка потрясенную Джейн, и ее платиновые волосы засверкали ярким солнечным блеском.
— Привет, — отозвалась Джейн.
— Я — Маргарет, но все зовут меня Могги. А вы, должно быть, Джейн?
Похоже, новости в этих краях разносятся со скоростью света, подумала Джейн, отвечая на рукопожатие красавицы.
— Может быть, пройдете в дом? — неуверенно предложила она.
— Непременно. Я добираюсь до Золотого Берега, ну и решила по дороге заглянуть сюда: поздороваться, а заодно и выпросить завтрак. — Могги
Джейн тоже улыбнулась.
— Обо мне вы, по-видимому, имеете какое-то представление, но я совершенно не знаю, кто вы.
— О. я самый страшный ночной кошмар Харви, — невнятно пояснила красавица и тут же снова рассмеялась. — Шучу, шучу…
Джейн растерялась, не зная, что думать обо всем этом, но из затруднительного положения ее спасло появление хозяина дома.
Маргарет приветствовала его радостными объятиями и поцеловала воздух сначала рядом с правой щекой, потом с левой. Она заявила, что не видела Харви целую вечность, посетовала, что он опять не был на вечеринке в Крик Кул и, по-видимому, превратился в настоящего отшельника, но теперь, громогласно провозгласила Маргарет, слава Богу, у нее есть надежда, что все изменится, раз в доме опять появилась женщина.
— Заткнись, Могги, — мягко попросил Харви.
— Ни за что! — решительно заявила она. — Более того, я не уеду отсюда, пока ты не пообещаешь мне, что в следующую субботу почтишь мой дом своим присутствием. И даже произнесешь десятиминутный спич, омыв меня потоком поздравлений, похвал, восторгов и так далее, и тому подобное.
— В честь чего? — На невозмутимом лице Харви промелькнуло удивление.
Маргарет с укоризной взглянула на него и тяжело вздохнула.
— Ты что, не знаешь? Не может быть! Это известно каждому.
— Возможно, но, пожалуйста, не томи меня. Я умираю с голоду.
Из дальнейшего разговора Джейн поняла, что Маргарет известная кинодокументалистка и один из ее фильмов получил престижную премию, однако, к величайшему сожалению, она не могла присутствовать на процедуре вручения, ведь как раз в это время…
Всех подробностей Джейн не уловила, потому что следила за выразительной мимикой красивого лица Маргарет, рассматривала пышную, видимо не подчиняющуюся никакой щетке копну золотистых волос, наблюдала за своеобразной жестикуляцией беспокойных рук.
— И когда же ты об этом узнала? — услышала Джейн вопрос Харви.
Маргарет взглянула на часы.
— Два часа назад.
— И ты уверена, что об этом уже знает каждый?
— Ну ладно, ладно. — Маргарет звонко рассмеялась. — Может быть, и не каждый.
Харви тепло поздравил ее, сказал, что она вполне заслужила эту награду. К его поздравлениям присоединилась и Джейн.
За завтраком — стол накрыли все на той же террасе — Джейн узнала, что муж Маргарет владелец крупного ранчо, расположенного чуть выше, к северу. Когда заговорили о предстоящей вечеринке, Маргарет сказала, что Джейн тоже будет желанной гостьей, и поинтересовалась, долго ли она собирается пробыть в их краях.
Джейн рассказала ей о книге,
— О! — воскликнула Маргарет. — Судьба идет вам навстречу. Похоже, у меня есть на примете именно то, что вам нужно: небольшой домик с садиком, полностью меблированный. Это дом моих друзей. Их пригласили читать курс лекций в Кембридже, и они как раз ищут человека, на которого можно оставить дом. Лучшей кандидатуры, чем вы, им не найти. А места там — просто чудесные!
— Когда они уезжают? — спросила Джейн.
— На следующей неделе. Завтра я им позвоню. Скажу, пусть свяжутся прямо с вами. Так проще всего.
— Спасибо, — поблагодарила Джейн, понимая, что должна чувствовать себя совершенно счастливой.
Но счастливой она себя не чувствовала.
Не нужен ей чудесный маленький домик с садиком.
Два дня спустя Джейн снова думала о том, что должна бы чувствовать себя совершенно счастливой, потому что именно такой дом она и искала. Светлый, с удобной мебелью и с милым садиком. Была там и терраса, будто специально приспособленная для работы.
— Очень приятное местечко, — рассказывала она вечером Харви. — Я смогу переехать туда уже на следующей неделе.
— Что ж, вот все и устроилось.
— Действительно очень здорово, — отозвалась Джейн. Но лучше бы осталось как есть, пронеслось у нее в голове. Джейн обвела взглядом гостиную и спросила: — Кто обставлял ваш дом?
Харви пожал плечами.
— Таким он был всегда. С годами тут почти ничего не меняется.
— Значит, его обставляла ваша мать?
— Наверное. Когда она приехала в эту страну, о дизайнерах, я думаю, еще не имели понятия. По крайней мере, здесь.
— Очень красивый и очень уютный дом. Мне нравятся эти большие подушки и яркие ковры. Должно быть, ваша мама была замечательной женщиной и обладала хорошим вкусом.
Харви нахмурился, и Джейн озадаченно умолкла. Она опять сказала что-то не то?
В эту ночь Джейн не спалось. Она прислушивалась к звукам, доносившимся из-за окна, и думала о том, что это ее последние дни в этом доме. И еще о том, что, вероятно, уже никогда не увидит Харви. Казалось, ему совершенно все равно, уезжает она или нет.
Я не люблю его, убеждала себя Джейн. Этого просто не может быть. Я не так-то легко влюбляюсь. Среди моих друзей много мужчин, но — ничего серьезного. Серьезные отношения всегда требуют уйму сил и времени. И к тому же не всегда счастливо кончаются. Хотя, надо признаться, любовь — чувство бодрящее и возбуждающее. Но сейчас я ничуть не влюблена. Просто — легкое пьянящее ощущение, лунный свет — лукавый обманщик, чары которого исчезают с первыми рассветными лучами.
Джейн уткнулась в подушку и застонала. Всякий раз, когда Харви входил в комнату, когда их взгляды встречались, ее пульс начинал учащенно биться, а тело замирало в томительном ожидании. Сила собственных эмоций пугала и одновременно возбуждала Джейн.