Проблеск надежды
Шрифт:
Стиснув зубы, она направилась к телефону, с облегчением увидев, что аппарат уцелел, и позвонила в полицию.
Полицейские прибыли через несколько минут – двое в синей форме. Они только покачали головами, увидев ужасные разрушения.
Один из них, назвавшийся офицером Кесслером, вынул из нагрудного кармана блокнот и начал что-то писать.
– Что-нибудь взято, мэм? Ценные вещи, ювелирные украшения, меха, произведения искусства?
– Нет, в доме не было ничего ценного. Кроме памятных вещей. – Она взглянула на рамку, которую держала в руках. В нее была вставлена ее любимая
– У вас есть подозрения относительно того, кто мог это сделать?
Она встретилась с ним взглядом.
– Да, я подозреваю человека по имени Эдди.
– А фамилия?
– Я не знаю. Это ростовщик, которого знает мой брат.
Офицер перестал писать.
– Вы сказали «ростовщик»?
– Я его никогда не видела, но слышала о нем. – Усталым голосом она поведала о Нике и предыдущем вторжении в свой дом.
– Где проживает ваш брат?
Если у нее и были какие-то сестринские чувства к брату, то теперь от них не осталось и следа. Ей приходилось защищать себя и Зака, а Ник пусть сам выпутывается как хочет. Она назвала его адрес.
Полицейский закрыл блокнот.
– Хорошо. Мы сообщим об этом детективу из полицейского управления. А вы ничего здесь не трогайте, пока не приедет страховой агент. – Он засунул блокнот в карман. – Вам есть где переночевать, мэм? Родители? Друзья?
Она кивнула, поблагодарила их и проводила до двери. На смену страху, который она до этого испытывала, пришли гнев и отчаяние. Она почувствовала, что сейчас разрыдается, попыталась сдержаться, но не смогла.
Перешагнув через разбитую лампу, она подошла к телефону и позвонила Кэт. Изо всех сил стараясь говорить спокойно, Дайана рассказала о том, что случилось.
– Хочешь, чтобы я приехала? – спросила Кэт.
– Нет. Лучше забери Зака из школы и увези к себе.
– Поняла.
– Ничего ему не рассказывай, – предупредила она. – Я сама расскажу. – Потом, заверив подругу, что с ней все в порядке и что она скоро приедет, Дайана повесила трубку.
Закрыв глаза, она медленно соскользнула по стене на пол. Еще никогда в жизни она не чувствовала себя такой одинокой и такой беспомощной. Горькие слезы хлынули из глаз, и она подумала о Кейне, о том, как он встревожился, когда на прошлой неделе она рассказала ему о Нике, и как он сразу же овладел ситуацией. Именно это ей было нужно сейчас – чтобы кто-нибудь овладел ситуацией.
Дрожащей рукой она снова взяла телефонную трубку и набрала номер рабочего телефона Кейна.
Джеки сразу же соединила ее с ним.
– Я сейчас дома. Пожалуйста, приезжай. – Вот все, что она успела сказать, пока не разразилась рыданиями.
Казалось, все страхи покинули ее, стоило появиться Кейну. Крепко обняв ее, он посмотрел вокруг недобрым, суровым взглядом.
– Что, черт возьми, здесь произошло?
– Во всем виновата я сама, – сказала Дайана, понимая, что больше нет смысла скрывать от него правду. – Если бы я заявила о предыдущем взломе...
– Предыдущем взломе? – Он слегка разжал руки,
– В прошлый раз все было по-другому. – Во второй раз за этот день она рассказала о связях Ника с ростовщиком и о том, как брат спрятал пять тысяч долларов у нее в доме.
– Ах, сукин сын, – пробормотал Кейн сквозь зубы. – Он все-таки не воспринял всерьез мое предупреждение.
– Наоборот, я уверена, что он испугался. Ник трусит, когда ему приходится сталкиваться с другими мужчинами. Если он что-нибудь спрятал в моем доме на этот раз, то это наверняка было сделано до вашего разговора.
Кейн окинул взглядом комнату.
– Неужели он настолько глуп, что снова спрятал деньги у тебя в доме, зная, что Эдди будет искать их, прежде всего, здесь?
– Не знаю, Кейн. Я уже давно перестала понимать его поступки.
– Почему ты не рассказала мне о связях Ника с темными личностями вроде Эдди?
Это был не праздный вопрос, и он требовал правдивого ответа.
– Я не была готова раскрыть перед тобой такие подробности своей личной жизни. Есть вещи, о которых слишком трудно говорить.
– Иными словами, ты мне не доверяла.
– Нет. То есть, я хочу сказать, да. Я не могла решиться, я была в замешательстве. Разум говорил мне одно, а сердце подсказывало совсем другое.
Дайана заметила, как потеплел взгляд Кейна, когда он снова привлек ее к себе.
– Ну довольно. Мы поговорим об этом потом, а сейчас у нас есть более неотложные дела. Например, надо связаться с оценщиком из твоей страховой компании и подыскать вам с Заком какое-нибудь безопасное жилье.
– Я уже договорилась с Кэт насчет Зака. – С храброй улыбкой она высвободилась из его рук, и, наклонившись, подняла свою сумочку, брошенную на пол. – Там с ним все время кто-нибудь будет. Кэт или я сможем отвозить его в школу и забирать оттуда. – Она покопалась в бумажнике, отыскивая фамилию и номер телефона представителя страховой компании «Олстейт».
– А ты сама как же?
– У Кэт маловато места. Мне придется снять номер в гостинице.
– Ну уж нет. Ты будешь жить у меня. У меня не очень просторно, но есть две спальни, две ванные комнаты, а охрана в вестибюле дома дежурит круглосуточно.
Дайана была слишком потрясена, чтобы возражать, да и перспектива провести несколько дней, а может быть, даже недель в гостинице не очень ее вдохновляла.
– Согласна. Спасибо, Кейн. – Она, наконец, отыскала визитную карточку страхового агента. – Подожди минутку, я позвоню, а потом мне нужно будет поехать к Кэт и рассказать обо всем Заку.
Кейн кивнул:
– Хорошо, но я тебя туда сам отвезу. С этой минуты я с тебя глаз не спущу.
Рассказать Заку о бессмысленном разрушении их дома оказалось трудной задачей, потому что Зак отреагировал на это весьма эмоционально.
– Кто мог сделать такое? – спрашивал он с покрасневшим от негодования лицом.
Понимая, что он обязательно узнает в школе что-нибудь о Нике, Дайана сама рассказала сыну о нем, пытаясь по возможности не уклоняться от правды, но и не запугивать его без надобности.