Проблеск надежды

Хегган Кристина

Она вдруг подумала о его жене, поразившись тому, что какая-то женщина добровольно рассталась с таким мужчиной.

Дайана поразилась ходу своих мыслей. Ей было не свойственно так упорно сосредоточиваться на каком-либо мужчине. Тем более размышлять о его прошлых любовных привязанностях.

Машина остановилась позади ресторана перед служебным входом.

– Спасибо, – сказала Дайана, повернувшись к нему. – За то, что подвезли и за разговор. Это на какое-то время отвлекло меня от моих проблем.

На него повеяло ее запахом – смеси жасмина и полевых

цветов.

– Означает ли это, что вы больше не опасаетесь меня?

Она закусила губу, чтобы подавить улыбку.

– Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, потому что это может изобличить меня.

Ее ласковый тихий смех проник ему в душу. Кейну вдруг захотелось не отпускать ее. Разве только если она пообещает увидеться с ним снова. Подчиняясь импульсу, он вдруг спросил:

– Что вы делаете в День благодарения?

Вопрос, по-видимому, застал ее врасплох.

– Мы с Заком проведем этот день тихо, по-домашнему. Почему вы спрашиваете?

– Только вдвоем?

– Мы обычно ужинаем с Кэт и Митчем. Но на сей раз это будет пятая годовщина со дня их свадьбы, и они решили побаловать себя и поехать кататься на лыжах в Стимбоут-Спрингс.

– День благодарения нельзя проводить в одиночестве. Почему бы вам с Заком не поехать в Соному, чтобы провести этот день со мной и моей тетушкой? Она будет в восторге, – добавил он, заметив, что Дайана собирается отказаться. – Если бы она узнала, что вы в этот день останетесь одни, она бы пригласила вас сама.

– Но я ей чужая, а в День благодарения вместе собираются члены семьи...

– И друзья. И соседи... Люди, которые нам дороги. – Кейн ухмыльнулся. – Обещаю вам, что, проведя десять минут в компании тетушки Бекки, вы будете чувствовать себя членом семьи. Она именно так действует на окружающих.

– Не знаю. Я должна посоветоваться с Заком.

– В это время года там очень красиво, Заку понравится. И Леди обрадуется: ей будет с кем поиграть.

– Кто это – Леди?

– Рыжая охотничья собака тетушки. Она обожает ребятишек. Иногда, по-моему, ей кажется, что она сама из их компании.

Дайана почувствовала, что сдается. Что плохого в том, если она проведет один день с ним и его тетушкой? И сделает вид, что у нее День благодарения, как и у всех остальных людей, спокойный и беззаботный.

– Соглашайтесь, Дайана.

Перед его улыбкой невозможно было устоять. Она улыбнулась в ответ.

– Хорошо. Вы меня уговорили.

– Прекрасно. Я заеду за вами в девять часов утра в четверг. Вас это устроит?

– Вполне.

Она заметила какую-то перемену в его глазах, увидела, как его взгляд переместился на ее губы, задержался там на мгновение, потом снова поднялся к глазам. Этот взгляд взволновал ее, как прикосновение. Отвернувшись, она открыла дверцу.

– Значит, увидимся в четверг.

Кейн глубоко вздохнул, наблюдая, как она исчезает за дверью служебного входа. Нервы у него были напряжены до предела. Ему безумно хотелось прикоснуться к ней, обнять, поцеловать. Никогда еще ни она женщина не возбуждала

его с такой силой. Даже Джемми.

Бросив последний взгляд на дверь, за которой скрылась Дайана, он задним ходом выехал на дорогу.

Глава 15

Поместье Сандерсов, расположенное рядом с деревушкой Глен-Эллен, представляло собой восемь сотен акров виноградников, приобретенных дедом Кейна еще в начале нынешнего столетия, когда округ Сонома был всего лишь заросшим зеленью пространством, где фермеры предпочитали выращивать сливы, а не заниматься виноградарством.

Главный дом усадьбы был построен по типу традиционных фермерских домов из калифорнийского мамонтового дерева и виден на многие мили. Главный вход вел в очень просторное жилое помещение, объединявшее столовую и гостиную. Между комнатами не было перегородок – они представляли собой оно помещение, которому балки необработанной древесины придавали очарование деревенского жилья.

В центре комнаты находилась широкая лестница из того же мамонтового дерева, которая вела на чердак, что создавало впечатление еще большего пространства. По всему помещению небольшими группами располагалась мебель раннего американского периода.

Тетушка Бекки оказалась именно такой дружелюбной и простой женщиной, какой описал ее Кейн, а вовсе не старой леди, какой вообразила ее себе Дайана. Чувствовалась в ней этакая основательность, что еще более подчеркивалось мужским стилем одежды, которую она носила. Но в глубине души это была нежная и мягкая женщина. Это было особенно заметно, когда она разговаривала с Кейном или говорила о нем.

Зак, которому предложили чувствовать себя как дома, сразу же освоился и немедленно подружился с Леди, доброй рыжей охотничьей собакой, которую Бекки вырастила со щенячьего возраста.

– Обед будет в три часа, – сказала Бекки Дайане и Заку, закончив с ними короткую экскурсию по дому. – Так что вам хватит времени в свое удовольствие побродить по поместью. Загляните в винодельню и вообще делайте все, что захочется.

Зак предпочел поиграть с Леди, а Кейн предложил Дайане показать винодельню.

– Практически на всех восьми сотнях акров выращивается виноград трех сортов – «шардонне», «мерлот» и «каберне», – объяснил он, когда они объезжали поместье на «лендровере» Бекки. – В поместье Сандерсов производятся только эти три сорта вин.

Дайана искоса взглянула на него, усмехнувшись.

– А хорошие ли это вина?

– Хорошие? Неужели вы никогда не пробовали вина Сандерсов?

– Мне знакомо это имя, но нет, – она покачала головой, – я никогда их не пробовала.

– В таком случае вам следует попробовать. – Кейн улыбнулся, быстро взглянул на нее и снова перевел взгляд на дорогу. – Я вам гарантирую, что к моменту вашего отъезда вам захочется добавить еще одно название к карте вин в вашем ресторане.

– Ах вот, значит, для чего вы меня сюда привезли? – шутливо воскликнула она. – Чтобы заставить закупать у вас вина!