Problemas, amigos?
Шрифт:
– Завтра, - согласился Клаус.
– --
Георгий Викторович Северский остановился в доме на окраине города. Вернее, это был не дом, это было здание двух музеев, закрытое на реставрацию. В правом крыле был музей имени одного известного писателя. А вот в левом крыле огромного здания - музей имени одного известного геохимика и минералога.
Само здание музеев не охранялось и не ремонтировалось, так как в этом году, утверждая бюджет, местная дума пропустила строчку в документе. Скандал был грандиозный, но деньги так и не были выделены. Экспонаты, люди и строители ждали будущего года.
Георгий Викторович сидел в кресле, в котором
– --
Ему надо было найти человека. Человек этот не значился ни в одной известной или тайной системе учета и контроля за населением. Такие вот жемчужинки попадались. Старикан со смешной фамилией Хлебоухопечорский жил восемьдесят лет без документов, но при этом не испытывал нужды в деньгах. Дедушка любил гулять по городу, играл в шахматы. Всегда выигрывал. Ему даже подставили одного известного чемпиона мира по шахматам. Дедушка сильно поколебал веру того чемпиона в свои силы. Так вот Хлебоухопечорский отчего-то не попадал в поле зрения разных учитывающих и контролирующих органов. Дедушка явно был не из этих мест. О нем сообщил такой же странный товарищ, который умер в тюрьме. Так вот и у этого товарища не было никаких документов. Не удалось установить кто он и откуда. Но дедушкой заинтересовались. А потом выяснилась очень необычная вещь: каждый из работников Службы, кто видел дедушку в натуре, забывал, что дедушка - неведомая величина. Пришлось вносить коррективы в работу сотрудников Главной Службы. Северский получил три укола неизвестной субстанции и пошел знакомиться с дедушкой Хлебоухопечорским. С дедушкой он познакомился, даже уговорил его пройти в здание Главной Службы. А вот, что случилось в этом самом лифте Северский помнил с пятого на десятое.
– --
Его воспоминания перебил помощник Клаус.
– Все выполнено, босс. Я посмотрел документы блондинки. Вот данные, - Клаус протянул ему бумажку с данными Сыроежкиной Светланы.
Северский удержался от того, чтобы выругаться. Теперь ясно, чего так орала девушка.
– Отлично. Сроки она назвала?
– Сказала три дня, - отчитался Клаус.
– Так там и делать нечего. Хрущеба.
– Потом предложишь им делать ремонт в ..., - Северский прикидывал и прикинул, - здесь. Ясно?
– Ясно, - не моргнув глазом, согласился Клаус.
– Место хорошее, темное...
– Оформи нам документы, как руководству музеев. Тебе этот, мне тот.
– Хорошо, - кивнул Клаус, поражаясь фантазии босса.
– Надо еще документы на реставрацию пробить.
– Сообщи местным. Кто здесь?
Прозвучала фамилия начальника местной Конторы.
– Лучше к заму. Начальник недееспособен в таких вопросах, - решил Северский.
– Ты пока делами займись.
– А вы, босс?
– позволил себе спросить Клаус.
– А я прогуляюсь, - разрешил себе Северский.
Клаус вздрогнул. Когда босс гулял, случались всякие разные события, которые ему - Клаусу - приходилось
– Да, босс, - мгновенно согласился Клаус.
– Я займусь делами.
Северский поднялся с полюбившегося ему кресла, и пошел к выходу из Зала героев произведений одного известного русского классика. Клаус подошел к окну и перекрестил этот город. Все же Клаус не был извергом в отличие от своего начальника.
– --
Светлана успокоилась только после плотного ужина, а потом смогла поведать постояльцам Марины о свалившейся на них удаче. Только вот выслушать ее был в состоянии один лишь Шао, который истово кивал и что-то записывал на бумажке. Светлана решила, что это он по-африкански делает записки и поэтому не проконтролировала Шао. Сам же Шао старался хоть как-то законспектировать те невнятные и непонятные звуки, которые издавала эта милая девушка.
– --
Ночь в городе прошла почти спокойно, если не считать того, что пропал один из местных олигархов. Котельников Владимир Кириллович. Клаус порадовался, что дело обошлось одним олигархом. Северский же лег спать утром с чувством выполненного долга своей Родине.
Снился Северскому старый сон. У каждого из нас есть такие сны, когда мы бежим куда-нибудь, пытаемся найти что-нибудь или ответить на какой-то тот самый важный единственный вопрос. И у Северского был такой сон. В нем он говорил с Красницким. Тот щурился от солнца и задавал вопрос:
– В чем смысл твоей жизни?
Северский всегда четко отвечал:
– Служить Родине.
Затем Красницкий коварно усмехался и задавал тот самый сложный вопрос:
– А если нет Родины, то в чем смысл жизни?
Северский не мог найти ответа. Искал, но не находил. Не было его. Но сон все равно снился.
Пока Северский искал смысл жизни в том случае, если нет Родины, то Клаус узнавал, что же все-таки произошло с местным олигархом Котельниковым Владимиром Кирилловичем.
– --
Когда Северский вышел в ночь, то он и сам не знал, что будет делать. А потом решил положиться на удачу. Северский пошел по улице и ожидал того самого знака от удачи. Она не замедлила проявить себя. Георгий Викторович оказался у местного борделя. Красные фонари и радостные вопли пьяного и голого товарища из окна подтверждали, что это дом для веселых и желающих. Но внимание Георгия Викторовича привлекла машина у самого дома с красными фонарями. Насколько он разбирался, эта машинка стоила свыше 300 тысяч зеленых денюжек. Северский удивился. Обычно владельцы таких машин не ездят в такие дома. Они предпочитают покупать девушек совсем другого класса. Несоответствия всегда привлекают наше внимание и дразнят любопытство. Георгий Викторович решил, что это тот самый знак. Он перешел улицу и постучал. Дверь открыла фигуристая полуголая девица.
– Что желаете?
– девица алчно рассматривала красавчика, зашедшего на огонек.
– Развлечься, - хищно улыбнулся Северский. Девица вздрогнула. Еще один извращенец, а выглядит так привлекательно. Северский же собирался развлекаться совсем по другому. Девица его не заинтересовала. Сегодня он был на службе. А служба она не терпит соперниц, даже таких фигуристых.
Через десять минут Северский уже был на втором этаже. Пьяный мужик прекратил орать - выпал из окна и пытался доползти до крыльца, но терял ориентировку. Зато стала орать пьяная девица, которая своим ультразвуком пыталась направить ползающего мужика на правильный путь к крыльцу.