Проба пера
Шрифт:
Вячеслав Аркадьевич загнал машину на стоянку, и они всей компанией проследовали в бар. Вадим и Боксер заняли столик у дверей, а Кон и Вячеслав Аркадьевич прошли в глубину зала, где дожидался Манила — неприметный человек с внешностью скорее инженера, нежели бандита.
— Спасибо, Лева, — кивнул Манила. — Иди отдыхай пока. Здравствуй, Кроха, — он указал на кресло напротив. — Присаживайся.
— Здравствуй, Манила, — Вячеслав Аркадьевич шумно присел, огляделся. — Я тут еще не был. Хорошее местечко.
— Не жалуюсь, — согласился тот. — Трасса центровая, цены божеские. Народ доволен, лаве идет. Выпьешь
Вячеслав Аркадьевич покачал головой.
— Зачем звал?
— Базар реальный, Кроха. Слышал, наверное, в городе беспредел творится. Отморозки какие-то серьезных людей мочат.
— Звонили про это. Но моя бригада тут не при делах.
Манила вздохнул, покрутил в пальцах бокал с соком.
— Многие думают по-другому, Кроха. Базар пошел, будто это твои бойцы авторитетов заделали. Вчера собирались большие люди, чисто терли вопрос. Постановили предъяву тебе выкатывать.
— Они за базар ответят, эти люди?
— Кроха, — Манила пожевал губами, отпил из бокала. — Тут такое дело. Звонят, факты у братвы на тебя имеются реальные. Будто кого-то из твоих пацанов позавчера в Москве срисовали. И как раз у «Серебчиков», — он посмотрел на собеседника прямо и очень серьезно. — Божа — мужчина осторожный был. Никого к себе близко не подпустил бы. Разве что человек в уровень на чистый базар с ним вышел. Дальше — прикидывай. Не первый день шарик топчешь.
— Ты что это, Манила, решил первым предъяву мне кинуть? — прищурился Вячеслав Аркадьевич.
— Да ладно, Кроха. Ты тут обидки не кидай. Сам знаешь, я тебя уважаю и никогда в твою сторону рылом не целился. Предупредить хочу по-людски, чтобы готов был. Братве осталось только одобрение большого сходняка получить. Так что, Кроха, сдается мне, мочилово выкатывается на горизонте реальное.
— А твой-то интерес какой, что ты мне базар этот козлиный сливаешь?
— Интерес? — Манила усмехнулся. — А мой интерес, Кроха, такой, что лично я не верю, будто авторитетов ты завалил. Чисто по жизни резона тебе нет войну в одиночку со всеми структурами разом затевать. Да и не беспредельная бригада у вас. Не было никогда про тебя и про пацанов твоих такого звона. Так что держать ты, по жизни, ничего не обязан. Но если ваших объявят, мне тоже придется ствол в руки брать. Структуру твою перемочат, куски поделят. Потом «махновцы» эти отмороженные Хевру завалят, а братва «стрелки» уже на нас кинет, потому как кидать больше не на кого будет. У меня же, сам знаешь, стволов вдвое меньше, чем у твоей структуры. Конкретно ответить будет нечем. Значит, нас положат следом за тобой. А дальше мне уже без интереса. Или другой вариант: «махновцы» завалят меня, а братва — Хевру. Но мне-то, один болт, в яму ложиться придется. Не хочу я, Кроха.
Манила допил сок, отставил стакан. Секунду спустя у столика материализовался официант, и пустой стакан волшебным образом сменился полным.
— И что ты предлагаешь? — Вячеслав Аркадьевич пытался просчитать возможные варианты развития ситуации, но по всему выходило, что либо ему придется зарываться на время войны, либо…
— Я тут подумал, что, если нашим структурам объединиться против волков этих? На время, само собой. Расклад реально совсем другой получится. Может быть, кто-то из них и отступится, а остальные не станут кидаться. Обратятся за конкретной поддержкой к большим
Собственно, нечто подобное Вячеслав Аркадьевич и предполагал. Стоять вдвоем против кодлы оно, конечно, проще и надежнее. К тому же если Манила не прибьется к нему, то прибьется к врагам. Не захочет — заставят. Так и так придется воевать. И насчет Седого, — смотрящего по городу, «судьи», — Манила тоже был прав. Седой — мужчина правильный. Не станет объяву одобрять, не рассмотрев дело до мелочей и не выслушав все стороны.
— А если не смогу достойно?
— Тогда мне по-любому вилы вылезают, — вздохнул Манила. — Так какое будет твое слово, брат?
Вячеслав Аркадьевич кивнул, поднялся, протянул руку для пожатия.
— Договорились. Спасибо, что насчет предъявы предупредил. Я у тебя в долгу теперь.
— О чем базар, Кроха? — Манила усмехнулся. — Одно дело делаем.
Вячеслав Аркадьевич направился к дверям, на ходу доставая из кармана мобильник. Набрал номер. Трубку сняли почти мгновенно.
— Да? — голос Гостя звучал очень собранно и сосредоточенно. — Алло?
— Это я, — сказал Вячеслав Аркадьевич.
— Кто «я»? — в трубке повисла небольшая пауза, видимо, Гость рылся в памяти. — Вячеслав Аркадьевич? — наконец спросил он.
— Правильно. У меня для тебя информация есть.
— Слушаю вас.
— Хорошо, что слушаешь. Запара реальная у нас случилась. Братва со дня на день собирается мне предъявы выкатывать насчет мочилова этого. — Проходя мимо столика, за которым сидели Боксер и Вадим, Мал осделал приглашающий жест. — Пару-тройку дней я протяну как-нибудь, но потом придется ответ держать. Не перед этими волками, конечно, а перед сходняком авторитетным. Понимаешь, к чему я?
— Вячеслав Аркадьевич, я делаю все, что могу, — ответил Гость спокойно. Он не воспринял звонок как наезд со стороны работодателя.
— Этого мало, — ответил тот. — Мне нужно, чтобы ты работал быстрее.
Гость хмыкнул.
— Вячеслав Аркадьевич, мы с вами разговаривали только вчера утром. Вы что, хотите, чтобы я достал вам этих людей за сутки?
— Это было бы неплохо, но сутки уже прошли.
— За это время я нашел стукача.
— У тебя три дня, — безапелляционно заявил Вячеслав Аркадьевич. — Потом можешь считать, что нашего разговора не было.
Он закрыл мобильный и сунул в карман. Мал о– старший никогда не поддавался панике, но сейчас понимал: в его распоряжении слишком мало времени.
Они вышли на стоянку, забрались в «БМВ». Иномарка резко, истерично завизжав резиной, взяла с места и полетела к городу.
— Куда ехать, Кроха? — спросил сидящий за рулем Боксер.
— В офис.
Мал о– старший крутил ситуацию так и эдак, стараясь предусмотреть все варианты. Сейчас у него в руках были две ниточки — Гость и неведомая пока Стрекоза. Обе они могли вывести на реального киллера, а уж получить имя заказчика — вопрос времени и техники. Но нужно предусмотреть и самый худший вариант.