Призыв
Шрифт:
А как люди могли поверить, будто подобному человеку открыта Истина, – это было вообще за пределами его понимания.
Рич поймал взгляд Кори и показал ей, что хочет пройтись и оглядеться, но она только отвела взгляд. Она его видела, Рич был уверен, хотя и не хотела признавать этого. Он пошел через толпу к киоскам на краю игровой площадки, подумав, что стоило захватить блокнот, но потом решил, что всю нужную фактическую информацию о пикнике сможет получить у Кори. Позже он сходит к машине, возьмет фотоаппарат и сделает несколько снимков собравшихся людей. Может быть, это будет ребенок, который ест большой кусок арбуза. Или собака, играющая с тарелкой-фрисби.
У стенки первого киоска – там играли в кольца – стоял стол, покрытый красной бумагой. На конце стола висел знак с единственным напечатанным на нем словом «Лотерея» и ценой – 5 долларов. Рич обошел очередь у киоска, подошел туда, где сидели продавцы лотерейных билетов, и посмотрел на один из билетов.
Оказалось, что призом этой благотворительной лотереи был автомобиль «Шевроле», пожертвованный дилером Уитом Стассоном.
И, конечно, новенький белый «Шевроле Трейлблейзер», стоял на улице за столами, полускрытый киоском, где бросали кольца.
Рич нахмурился. Был ли спонсор ревностным прихожанином или нет, но такой солидный приз очень необычен, особенно для этого городка, где обычными лотерейными призами были купоны видеопроката, в лучшем случае мини-духовки с тостерами. А это был приз так приз… Уит в начале этого года срезал расходы на газетную рекламу, и Рич знал из первых рук, что дела у его автосалона идут не очень.
Как Уит мог себе это позволить? И почему он так поступил, хотя и не имел для этого возможности? Уит вовсе не был образцом религиозного энтузиазма.
«На что будут использованы эти деньги?» – задумался Рич.
Судя по его прежним действиям, Уиллер не собирался жертвовать их бедным или поддерживать нуждающиеся семьи.
Женщина, сидевшая за столом, посмотрела на него и расплылась в заученной улыбке.
– Хотите купить шанс, чтобы выиграть новый «блейзер»? Это всего пять долларов.
Рич покачал отрицательно головой и отошел от стола, сказав «не сегодня».
Вот кого Уиллер ему напоминал: мошенника.
– Для чего собирают деньги? – спросил Рич у Кори, когда они шли обратно к машине.
Позади в парке собирались объявить имя победителя лотереи.
– Церковь только что купила дополнительные строительные материалы в Долине, – сказала она. – Пастор Уиллер спешит достроить церковь Живого Христа.
Замечательно, подумал Рич, еще один памятник тщеславию этого сомнительного проповедника.
Что последует за этим? Молитвенная башня? Телевизионная башня? Телешоу? Но вслух Рич ничего не сказал.
Они втроем шли к машине молча.
«Брэндинг Айрон» – единственный настоящий бар в Рио-Верди – находился на самой окраине заброшенного восточного района городка. Это было неприметное здание на шоссе, ведущем в Каса-Гранде, и его отделяли от заправки «Шелл» – последнего строения, находившегося в черте города, – добрые полмили пустыни. Здание было кирпичным, с единственным маленьким окошком рядом с постоянно открытой дверью, через которую светили красные и синие неоновые огни рекламы пива. По обеим сторонам здания располагались коновязи, у которых летними уикендами стояла целая армия мотоциклов, днем сверкавших хромом в лучах пустынного солнца, а ночью поблескивавших в свете луны.
Сегодня перед баром мотоциклов не было – стояло только несколько разбитых пикапов и «Бьюик» Брэда Вудса.
Роберт остановился рядом с автомобилем коронера и вышел из машины, зевая. Он устал. Провел большую часть утра, разговаривая по телефону, и почти весь день был на ногах. Он планировал
Он не хотел встречаться с Вудсом, но был вынужден.
Роберт подошел к бару и шагнул в сумрак. Он услышал голос коронера до того, как его глаза адаптировались к полумраку, и направился в дальний угол бара, ощупью пробираясь между столами.
Перед Вудсом стояли три пустых стакана, а еще один, полный, был у него в руке. Он не поднял головы, когда подошел Роберт, но подвинулся, похлопав рядом с собой по скамье.
– Присаживайтесь.
– Все прямо как во второсортном фильме. – Роберт обошел стол и сел. – В чем дело-то?
– В вампирах.
– Что за дерьмо?
– Я серьезно.
– Насчет вампиров?
– Вы меня знаете, Роберт. Я не суеверен. Но и не туп. Я в достаточной степени непредвзятый человек, чтобы отказаться от своих теорий, если они не работают, и изменить свои взгляды, если доказательства опровергают их. – Вудс изрядно глотнул из своего стакана. – И я заблуждался.
– Да бросьте, вы просто пьяны.
– Я пьян, но думаю так вовсе не потому, что слишком много выпил. Мне пришлось столько выпить, потому что я так думаю… Вампиры существуют, друг мой. И один из них – здесь. Или не один. Кто знает? – Вудс прикончил свой стакан и заказал еще один.
Роберт похолодел, но старался говорить спокойно и рационально.
– Почему вы так решили?
– Я об этом уже давно думаю. После вскрытия Мануэля. Вы знаете, что это я предложил его кремировать. И я уверен, вы знаете почему.
Роберт ничего не сказал, и ему вдруг тоже захотелось выпить.
– Мне сегодня днем позвонил Эд Дюрем. Он, как вам известно, вскрывал животных. Его они, похоже, так не напугали, как меня напугал Мануэль – может быть, потому, что это были животные, а не люди, – но, когда он позвонил сегодня, его голос звучал необычно, и было очевидно, что он боится. Он просил меня немедленно приехать, так как у него серьезная проблема. Я понял, что случилось что-то серьезное, и поспешил туда. Когда я вошел в ветеринарную клинику, там было тихо. Тихо!.. Вы знаете такие места. Обычно там так шумно, что самого себя трудно услышать: мяуканье, лай, блеяние без конца… Но в этот раз всего этого не было, и, должен вам признаться, меня била дрожь.
Я вышел из клиники и увидел его – Эд был похож на привидение. Он ничего мне не сказал, только открыл дверь, ведущую на задний двор, и я пошел туда вслед за ним. Животные были мертвы, абсолютно все. Обескровлены. Как те, из оврага. Я видел их, лежавших в клетках – собаки и кошки, хомячки и пушистые кролики, а через окно я увидел лежавших на земле лошадей. Я никогда не видел ничего подобного. В какой-то момент я подумал, вдруг это какой-то неизвестный вирус или разработанное правительством биологическое оружие, которое случайно попало в атмосферу и было разнесено ветром, а я не заметил этого, когда вскрывал Мануэля, поскольку не догадывался об этом? Но потом я посмотрел на полосатого кота в ближайшей ко мне клетке, у которого шея была обрита, так как его, очевидно, готовили к операции, и увидел на его шее раны – и понял, что это вампир. Я знал это. Было только непонятно, как вампир сумел открыть каждую клетку, вытащить из них животных, укусить их, а потом снова положить их в клетки и запереть.