Призраки истории
Шрифт:
Может быть, самоотверженные издатели на меня и обидятся, но не сказать я не могу. При всем уважении к их труду. Можно ли сейчас, имеет ли смысл сейчас выпускать, к примеру, Лаврентьевскую летопись без анализа, сделанного Г. М. Прохоровым, Л. Н. Гумилевым, другими учеными! Равно как и остальные летописи. Это ведь чемодан без ручки и без ключей от замков. Как 50 и 200 лет назад. Даже сам текст недоступен. Церковнославянский!
Отсутствие научного комментария просто-напросто означает, что мы в издании летописей остановились где-то в изначальных временах…
Понятно, что частному издательству такая гигантская работа не по силам. А настоящее издание, с переводом на русский язык и с сопутствующим научным аппаратом, под силу только
Примечание 2. Хочешь не хочешь, а среда навязывает свои правила. Поневоле рассуждаешь о том, о чем они рассуждают: о целевом финансировании, о федеральной программе. То есть переходишь на их язык. А значит, становишься хотя бы частично таким же, как они. Вместо простых и ясных слов несешь чиновничий камуфляжный бред. Вместо того чтобы коротко, специально для них, чтобы им понятно было, повторить:
Русские — единственный народ в мире, который не имеет полного собрания своих летописей, изданного на современном русском языке!
Это называется — национальный позор. То есть — позор нации.
Но опять же — для кого позор? Для интеллигенции. Которая не имеет ни власти, ни денег. А для чиновников от науки и государственного аппарата позор — это если тебе дадут служебную «Волгу», а не «Ауди», к примеру. Это да — позор. А всего остального они просто не понимают. И это нам тоже надо уяснить — не понимают.
Это не инопланетяне, а что-то вроде мутантов. Ведь они всерьез обсуждали, как потратить сотни миллионов рублей, которые они же выделили себе в бюджете на встречу третьего тысячелетия.
Вот и докажите мне теперь, что они не мутанты?
Примечание 3. Должен заметить, что существует прямая связь между цензорами-охранителями и ворами-пофигистами. Не случайно же многие современные воры-расхитители в прошлом были ярыми слугами режимов, охранителями устоев и т. д. Напомню, когда российские академики по инициативе первого русского историографа Герарда Миллера в 1734 году обратились к Сенату за разрешением на издание летописей в полном виде, то Сенат переадресовал прошение ученых Синоду, а Синод запретил, постановив, что летописи полны лжи и позорят русский народ. Эту заботу о русском народе рьяно продолжал коммунистический режим до 1991 года. А когда он пал, многие бывшие слуги режима и рьяные охранители мгновенно превратились в воров-пофигистов. С воровством — оно понятно. А пофигисты потому, что все остальное им просто по фигу. Они этого и не скрывают. А бормотание про «целевое финансирование» и прочее — обыкновенное «пудрение мозгов», на их языке. Конечно, можно бы и не опускаться до их языка, сказать — «отговорка», но слово «отговорка» и в сотой доле не передает главное — безмерный наглый цинизм этих людей у власти.
Примечание 4. Но ругая их, подумаем и о себе. Сколько у нас общественных организаций, пекущихся о русском национальном возрождении. Вот уже сколько лет во всех газетах я кричу о том, что у нас нет свода летописей на русском языке, и ни одна из этих организаций даже не откликнулась, не поддержала. Странно, не правда ли?
Глава 24
Петр Первый — оплот азиатчины в России
О мощный властелин судьбы!
Не так ли ты над самой бездной
На высоте уздой железной
Россию поднял на дыбы?
А 140 лет спустя, в 1973 году, уже в другом Питере, городе Петропавловске Северо-Казахстанской области, в редакции областной газеты «Ленинское знамя» мой учитель и старший товарищ, провинциальный философ и мыслитель Леонид Иванов читал мне такие строки: «Хотел Россию вздернуть на дыбы? Но вздернул лишь на дыбу…»
Прошло еще 30 лет. Трехвековой юбилей Санкт-Петербурга. В парке 300-летия города планировалось установить 74 бюста русских великих князей и царей. А в центре композиции — Петр Первый у символического окна в Европу. Проект Зураба Церетели. Но в последний момент губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко отказалась от него.
Как уверяют в Академии художеств, теперь этот проект переносят в Москву, в Екатерининский парк. Один Петр Первый уже высится над Москвой. Опять же работы Церетели. Царь Петр у корабельного штурвала. И рулит Россию, как мы считаем, в Европу.
В общем, символ и средоточие того, как править Россией и куда ее вести.
А ведь то, что мы привычно думаем и говорим о Петре Первом, — факт коллективного помрачения разума. Или шизофрении. В особо тяжких размерах. В масштабах огромной страны. Сначала России, потом Советского Союза, теперь снова России.
Правление Петра длилось 36 лет. Поворотная эпоха в истории.
Оценки деяний Петра уже устоялись. В двух вариантах. Они дискутируются в русском обществе уже три века. Одни говорят, что Петр свернул Россию с исконного русского пути в порочную Европу и тем погубил. Другие — что недовернул, не довел нас до Европы, не вытравил до конца расейское, нутряное и отсталое.
Однако и те, и другие сходятся на одном ключевом слове — Европа. Мол, повернул в Европу. Или — недовернул до Европы. Вот это и вызывает у меня недоумение. А точнее — оторопь. На мой взгляд, мы имеем случай массового исторического самогипноза. Ни о какой Европе речи не было, нет и быть не могло! Даже при первом приближении очевидно, что ни к какой Европе нас Петр не повернул, а совсем наоборот — в Азию он нас завернул, в Азию! А точнее — в азиатчину. Еще точнее — вверг страну в пропасть жутчайшего азиатского деспотизма.
Тянуть Русь в Европу не было никакой необходимости. Русь, русские — были и есть исконно европейская нация.
Хотите пример от противного? Киевская Русь называлась каганатом — Киевский каганат, Русский каганат. Великий Киевский князь назывался каганом. У русских князей Средневековья половецкой крови было не меньше, чем славянской. Наверно, больше трети дворянских родов — оттуда, тюркско-ордынского корня. При таком тесном контакте, да еще как минимум 250-летней зависимости от Золотой Орды, должно быть ощутимое во всех сторонах жизни наследие, отпечаток. А что мы имели и имеем? Ну ничего степного не прижилось в российском быту, в бытотипе. Даже чай с молоком не прижился! Русские перемалывали все тюркско-ордынско-степное, а также балтийское, угро-финское, и все вместе они составляли русскую европейскую нацию и шли путем европейской цивилизации. Без всяких особых усилий — естественным образом! Безусловно, сказался выбор веры — христианской, православной. Но наверняка здесь было и нечто более глубинное, исконное, запрограммированное от природы. Как нынче говорят, национальный менталитет.
И никакого такого особого пути у Руси не было. А был обычный путь европейской страны, пусть и не очень простой.
Ибо что считать европейскостью? Насильственное бритье бород и питье кофия? Передовую технику и придворные манеры? Все это мы перенимали и перенимаем с петровских времен — и все равно почему-то отстаем. Потому что Европа — это прежде всего система общественного, политического устройства. Начиная, к примеру, с английской Великой хартии вольностей (1215 г.), никак не совместимой с нашим крепостным правом.