Призрак из прошлого
Шрифт:
В эту ночь сон долго не шел к Чарли: то ему мерещилось, что он падает с отвесной скалы, то - что тонет в бурной реке. Наутро Чарли был настолько погружен в собственные думы, что едва не отправился завтракать в пижаме, и, не останови его Фиделио, вышел бы конфуз.
– Чарли, ау!
– Друг тряхнул его за плечо.
– В таком виде разгуливать по уставу не полагается.
– А? Ой!
– спохватился Чарли.
– Голова ну совсем не варит. То есть варит, но я думаю только про Генри. Что с ним станется, если мы его не спасем?
–
– подбодрил друга Фиделио, но особой уверенности в его голосе Чарли не услышал.
Однако к середине дня произошло событие, которое резко изменило их настроение. Явившись в столовую на ленч, мальчики с удивлением обнаружили, что на раздаче стоит кухарка.
Когда подошла очередь Чарли, кухарка, накладывая ему макароны, заговорщицким полушепотом сообщила:
– Мистер Комшарр просил кое-что тебе передать. Будь в «Зоокафе» в субботу в два часа дня, понял?
– А зачем?
– Чарли замешкался.
– Шевелись же, Чарли!
– заскулил у него за спиной Билли Гриф.
– Думаешь, только ты голодный?
Фиделио, который стоял в очереди между ним и Чарли, попятился и с размаху наступил альбиносу на ногу. Тот жалобно айкнул. Фиделио рассыпался в громких извинениях, и, воспользовавшись этим, кухарка успела прошептать:
– Мистер Комшарр тебе все объяснит на месте. Он нашел выход.
– И звонко добавила: - Вот твоя порция, как ты и просил, макароны без горошка.
– Ура!
– воскликнул Фиделио, подсаживаясь к Чарли.
– Никакого мяса! Наконец-то и о вегетарианцах позаботились!
– Потом понизил голос и добавил: - Я все слышал. Выше нос, Чарли. В субботу все решится.
На следующий день, а это была пятница, Чарли с Фиделио улучили минутку и передали новости Танкреду с Лизандром. Габриэль уже был в курсе, и, его усилиями, Эмма с Оливией тоже. В конце концов, Генри нашли именно девочки, поэтому скрывать от них дальнейшие планы было бы, мягко говоря, нехорошо.
– В «Зоокафе» надо обязательно прийти с каким-нибудь животным или птицей, - предупредил подружек Габриэль.
– Можно с рептилией. Хотите, я вам по хомячку одолжу? У меня их хоть завались.
– Спасибо, но у меня есть вполне подходящие кролики, - вежливо отказалась Оливия.
Эмма, решив не обижать Габриэля, согласилась на хомячка.
Вечером Чарли тщательно завернул картинку со Скорпио в пижаму и спрятал на самое дно сумки, под стопку одежды. Единственным, кто наблюдал за его сборами домой, был Билли - остальные уже разошлись.
– Зачем ты забираешь картинку домой?
– как будто невзначай поинтересовался альбинос.
– Моя картинка, что хочу, то и делаю, - резко ответил Чарли. Раньше он жалел Билли, который каждые выходные оставался в пустой академии один-одинешенек, но теперь, когда он почти наверняка знал, что бедный сиротка получает неплохое вознаграждение за свои шпионские услуги, жалость как-то улетучилась. А Билли и впрямь роскошествовал: у него завелись новые ботинки на меху, фонарик; по ночам
– Ну все, я пошел, - сказал Чарли, застегивая молнию на сумке.
– Приятных тебе выходных, Билли.
– Зато тебе приятных выходных не видать как своих ушей, - мстительно отозвался Билли.
О чем это он? Но Чарли было некогда обдумывать вредные подначки Билли: он поспешил в холл, где его, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, поджидал Фиделио.
– Все уже разъехались, - сказал он.
В пятницу вечером доктор Блур и Манфред всегда торчали в холле, пока последний ученик не покидал стены академии. Чарли и Фиделио уже направились к дверям, и тут директор преградил им дорогу.
– Предъяви содержимое сумки, - велел он Чарли.
– Моей, сэр?
– переспросил Чарли, обрадовавшись, что сдал волшебную палочку на хранение Лизандру.
– Да, да, твоей сумки. Вынимай все вещи.
– Что, прямо здесь, сэр?
– Да, и побыстрее, не задерживай нас.
– Сэр, - вмешался Фиделио, - он на автобус опоздает.
– Это уже не твоя забота, Дореми, - отрезал директор.
– Иди своей дорогой.
Но Фиделио не шелохнулся.
– Я подожду Чарли, - твердо сказал он. Чарли расстегнул сумку и вывернул ее прямо на каменный пол, так что получилась куча из одежды, обуви и книжек. Манфред присел на корточки и принялся перетряхивать и чуть ли не обнюхивать каждую вещь, даже в кроссовках и то пошарил. Когда очередь дошла до пижамы, картинка, конечно, выпала, и стекло уцелело лишь чудом.
– Только это.
– Манфред передал Скорпио доктору Блуру.
– А-а, прекрасное полотно, - без всякого восторга изрек директор.
– Поищи хорошенько, Манфред, посмотри в самой сумке.
Манфред обыскал и сумку, прощупал подкладку, вывернул все карманы и даже проверил, нет ли двойного дна.
– Сэр, пожалуйста, автобус уедет!
– взмолился Фиделио, хотя глаза у него сердито сверкали.
– Тебя здесь никто не задерживает, Дореми, - бросил Манфред.
– Ничего нет, отец, - отрапортовал он и швырнул сумку Чарли.
– Забирай, Бон, и выметайтесь отсюда оба.
Мальчики еле-еле успели вскочить в автобус, но, пока он катил по городским улицам, Чарли ерзал на сиденье, терзаясь мрачными мыслями насчет дяди. А вдруг тот еще в больнице? А если тетки учинили с ним еще какую-нибудь пакость? С них станется яду в компот подмешать! А дядя выглядел совсем скверно, когда Чарли его навещал, - бледный, обессиленный. Он же не успеет поправиться к завтрашнему дню. Или все-таки успеет?
От перекрестка к своему дому Чарли уже бежал, и на каждом шагу сердце у него падало. Вот сейчас он придет домой, и на него обрушатся какие-нибудь очередные жуткие новости! Когда дверь открыла мама, Чарли решил, что его худшие опасения сбываются: она никогда не приходила с работы так рано.