Призрак из прошлого
Шрифт:
Кот утвердительно мурлыкнул, встал, потянулся и побежал к одному из пяти входов внутрь руин. Школьный садовник еще накануне заколотил все пять толстыми досками, но кот просочился в щель, оставшуюся в самом низу.
«Если уж кот размером почти с леопарда туда пролез, так и я пролезу!» - решила Оливия и, опустившись на колени, протиснулась под досками, по-кошачьи прогнувшись спиной. Оказавшись внутри коридора, она встала, отряхнулась и поспешила за котом, полыхавшим в темноте, как факел.
Коридор, точнее, туннель,
Попетляв по руинам, кот и девочка выбрались за крепостную стену, на откос, поросший деревьями. Не давая Оливии отдышаться и оглядеться, кот помчался по склону на прогалину. Там, посреди прогалины, сидя на черном горбатом валуне, уже ждали оранжевый и желтый коты, и глаза их в лунном свете горели зеленым золотом.
Скользя и хватаясь за деревья, Оливия спустилась по откосу и подбежала к валуну. Кошачья троица сверкала так, словно кто-то развел прямо на камне костер. Оливия опустила глаза и увидела, что носки ее черных туфель в сиянии Огнецов стали золотыми, а через мгновение заметила, что между краем валуна и землей чернеет щель. Значит, валун закрывает какую-то яму! А вдруг это и есть подземелье? Оливия бухнулась на колени и, почти прижимаясь губами к траве, позвала:
– Генри! Генри! Ты тут?
Ей ответил слабый дрожащий голос:
– Привет. Вроде я, хотя уже не уверен.
– Зато я уверена!
– облегченно выдохнула Оливия.
– Генри, ты нашелся! Они тебя голодом морили, да? Ах я, балда, не дотумкала принести тебе поесть!
– Зелда с Манфредом запихивали мне сюда ломти хлеба и бутылки с водой.
В темноте ямы что-то зашебаршилось, и на Оливию глянули два измученных глаза.
– Оливия, как я рад тебя видеть!
– прошелестел Генри.
– Я тоже рада тебя видеть, только не рада, что ты сидишь в этой яме. Как они тебя подловили?
– Меня заманил альбинос.
– А, Билли Гриф!
– Оливия уничижительно фыркнула.
– Вот уж не думала, что он до этого докатится.
– А потом Манфред притащил меня сюда, и с ним была девочка по имени, кажется, Зелда. Они заклеили мне рот пластырем. Я потом его оторвал, но больно было - жуть!
Оливия сочувственно охнула.
– Знаешь, я видел своего кузена, Зики, - продолжал Генри.
– Он такой старый стал, страшный, и все еще меня ненавидит, представляешь? Он-то и велел Манфреду меня сюда запихнуть. А эта Зелда только глянула на валун, и тот отодвинулся! А потом она его так же и задвинула, и мне никак не выбраться. Уж я пытался-пытался, все без толку, валун ни на волос не стронешь.
– Я попробую, - вызвалась Оливия.
Она налегла на валун всем весом, но Генри был прав. Еще несколько минут у нее ушло на бесплодные
– Извини, не получилось, придется попробовать как-нибудь иначе, - огорченно пропыхтела она, колупая ногтем край ямы.
– Подкоп тут тоже не сделаешь, яма-то камнем выложена. Я передам Чарли, где ты, и мы что-нибудь придумаем, честное слово.
– В воскресенье они собираются меня куда-то перевести, - в отчаянии предупредил Генри, - а куда, не знаю. Наверно, я больше ни с кем из вас не увижусь…
– В субботу мы тебя вытащим!
– твердо пообещала Оливия.
– Дядя Патон поможет. Продержишься до субботы? Ты там мерзнешь?
– Сначала мерз, а потом коты пришли и меня согрели. С ними гораздо легче, они теплые и светятся. И к тому же меня еще утешает дерево.
– Какое дерево?
– Оно растет где-то совсем рядом. Когда мне совсем плохо, то доносится шелест листьев - почти как песенка, от этого на душе спокойнее.
Девочка заинтересованно огляделась. Все деревья, окружавшие поляну, были по-зимнему голыми. Но озиралась она не зря, потому что издалека заметила две фигуры в клетчатых халатах, спускавшиеся с откоса. Коты грозно заурчали и огненными молниями метнулись под ноги Бет и Зелде. Те споткнулись и, бранясь, покатились по земле, но проскочить мимо них к туннелю Оливия не успела. Зелда вскочила и вцепилась ей в руку, так что пришлось со всей силы двинуть ее кулаком в живот. Однако это не помогло и хватку противник не ослабил.
– Помогите!
– позвала Оливия, хотя вокруг не было ни души, кроме котов, которые наскакивали на яростно отбивавшуюся Бет и вовсю действовали когтями и зубами. Но мускулистая Бет скинула их и тоже набросилась на Оливию.
– Попалась!
– торжествующе крикнула она.
– Доигралась, Карусел, - злорадно объявила Зелда.
– Сейчас вот привяжем тебя к дереву, а потом из лесу выйдет страшный хищный зверь, и к утру от тебя косточек и тех не останется.
– Вы за это поплатитесь!
– заверещала Оливия.
– Моя мама от вас косточек не оставит, вот что!
– Твоя мама узнает обо всем слишком поздно, - заверила ее Бет.
– Нечего совать нос на улицу по ночам.
Повизгивая от смеха, Зелда вытащила из кармана халата моток веревки и уже принялась скручивать Оливии руки за спиной, когда луну внезапно закрыло огромное черное облако. Но луной оно не ограничилось, а почему-то стало стремительно снижаться прямо на поляну, и Оливия поняла, что это никакое не облако, а громадная птица.
От распростертых крыльев по поляне пролетел мощный порыв ветра. Зелда с Бет замерли в ужасе, как суслики, потом хором ойкнули и, дергая ногами, взвились в воздух: птица подхватила их когтями за шиворот.