Приз
Шрифт:
Того что его могут сместить «крысы» и Череп станет новым диктатором Антон Николаевич похоже опасался не так сильно. «Крыс» для этого слишком мало и потом против «крыс» в случае смещения Ремезова взбунтуются все вооруженные «хомяки» (кстати может именно поэтому не разоружались не достаточно лояльные к диктатуре силы).
Таким образом, Ремезов установил достаточно сбалансированную систему сдержек и противовесов по принципу «разделяй и властвуй». Что ж, ему можно было только поаплодировать.
11
Два автобуса с рабочими и охранниками быстро гнали по
«Такое впечатление, что они считают смерть неизбежной и уже смирились с этим, – с презрением подумал Эрик о своих спутниках. – Скот на убой. Такие точно не восстанут против диктатуры, кишка тонка, так что Ремезову нечего бояться. Он сможет без особых проблем держаться у власти хоть до конца своих дней. И ведь будет держаться. Власть не может не понравиться ему ибо власть сладка, слишком много привилегий она дает, и это развращает… Впрочем, о чем это я?»
Но мысли продолжили свой бег на заданную тему.
Впрочем, о том чтобы устраивать революцию и смещать Ремезова Махов даже думать не стал. Во-первых, сейчас действительно не то время чтобы начинать политические дрязги, это будет только на руку сахарианцам. Во-вторых, а на фиг конкретно ему все это нужно? И в-третьих, любой народ, в данном случае колония, заслуживает именно то руководство, которое оно имеет, тем более что Ремезов, по крайней мере на данный момент, вполне вменяемый правитель. Вот когда начнет выкаблучивать, вот тогда и нужно будет думать о его смене.
«Лишь бы не установилась монархия с передачей власти по наследству, и тем более до рабовладельческого строя не дошло», – подумал Эрик.
В какой-то момент Эрик все же пожалел что подменил собой этого мужичка. Очень сильно захотелось вернуться назад, но ведь не требовать же повернуть обратно?! Хотя большинство, да что там большинство – все только поддержали бы его желание. Попала нога в колесо, точнее сам сунул ее туда, теперь пищи, но беги.
«Это все «заяц» внутри меня, затрепыхался сволочь», – подумал Эрик.
Автобусы тем временем неожиданно остановились.
– На выход!
Приближалась фаза абсолютной тьмы и люди весьма неохотно стали покидать салон автобуса в котором они чувствовали себя хоть как-то защищенными. Но это лишь иллюзия защищенности. Напади на них сейчас сахарианцы, этот автобус станет для них братской могилой или вернее сказать крематорием.
Эрик вышел одним из первых и почувствовал жуткую ломоту во всем теле, дошло аж до хруста в суставах и позвоночнике. Что неудивительно, ведь в пути, почти без движения (в кресле много не подвигаешься) они провели без малого шесть часов. Многие тут же захотели в туалет.
Как оказалось автобус остановился у края каньона и судя по стоящему поблизости и уже раскручивающего лопасти вертолету им предстояло перебраться на другую сторону.
Так и оказалось. Людей начали сажать в вертолет до предела его грузоподъемности. Эрик и здесь пошел первым и как доброволец выбрал себе место рядом с пилотом.
– Я раньше думал, что
– До нападения гоблинов так и было, – кивнул пилот. – Но после того как они сожгли десятки наших машин, принято решение что в вертушках должен находиться пилот на случай очередного нападения, чтобы можно было как-то увернуться.
– Понятно. А ты вообще видел их?
Пилот сухо поплевался через левое плечо, постучал по потолку и ответил:
– К счастью не довелось и не хочу, потому как мне кажется это было бы последним что я увидел в своей жизни.
Эрик усмехнулся. Пилот оказывается большой шутник… а может и нет если он учился пилотировать уже на Сахаре, а до этого вертолет в живую даже не видел. Тогда его мастерства не хватит чтобы спастись от дельтапланеристов.
Салон наконец до отказа заполнился рабочими и пилот не без труда оторвал отяжелевшую машину от земли.
Во время недолгого перелета Эрик, пилот и прочие пассажиры внимательно вглядывались в поднимающиеся и клубящиеся испарения. Вдруг в белесом тумане что-то мелькнуло темное, кто-то из пассажиров истерично закричал, пилот нервно дернул штурвал и вертолет опасно накренило.
– Заткнитесь! – закричал Махов. – Это просто грифон!
Пилот грязно ругаясь, выровнял вертушку и пошел на посадку.
На другой стороне как и ожидалось их уже ждали автобусы, переправленные на ту сторону в разобранном виде. Но сначала пришлось поработать грузчиками, загружая вертолет готовящегося к обратному рейсу за новой партией рабочих, мешками с добытыми минералами, чтобы вертолет не гонял порожняком.
Так повторилось несколько раз, пока весь груз не был переправлен на ту сторону, а с той стороны сюда не перевезли всех рабочих и охранников.
В итоге обратно автобусы на которых приехали рабочие и охранники поехали с грузом добытых полезных ископаемых, а на освободившихся от груза транспорте к месту работы поехали рабочие.
12
К карьеру прибыли когда опустилась настоящая тьма. Сменяемая партия сбежала так быстро, что Эрик даже не успел ни с кем переговорить, чтобы узнать последние новости и все такое прочее. Рабочие загрузили в автобусы результаты своего труда, запрыгнули сами и только их и видели. То же самое с охраной. Разве что командиры все же обменялись несколькими фразами. Все они хотели как можно быстрее попасть обратно домой, под защиту стен своих модулей и даже минутка на общение виделась им не заслуживающей оправдания задержкой.
Поскольку в полной темноте работать просто глупо, да и устали все после долгого переезда, то не осталось ничего другого как выбрать себе опустевшую палатку и попытаться уснуть. Силы потребуются завтра и очень много.
Но сон не шел. Все-таки спать, по сути под открытым небом на чужой планете, что важнее враждебной планете, не только и не столько опасной флорой и фауной, сколько разумом, это действительно то еще испытание. Не для слабонервных это как минимум.
Вот и сосед по палатке трясется, вошкается. То и дело встает и вглядывается во тьму через небольшое окошко.