Приют

Сагирова Елизавета

На написание записки много времени не ушло. После того, как мы задали все интересующие нас вопросы, я вспомнила о просьбе Дэна рассказать про наших женишков. Это странное пожелание по-прежнему ничего кроме недоумения у нас не вызывало, но мы сдержали слово и по возможности подробно описали и моего Голову и Яринкиного Львовича. Без упоминания имён естественно, хотя попади наша записка в посторонние руки, при должном внимании не составило бы труда понять, о ком идёт речь.

К сожалению, передать послание в тот же день, не получилось. Лечащий нас врач решил, что на сегодня мы достаточно времени провели вне палаты,

и на остаток дня прописал постельный режим. Мы действительно чувствовали себя хуже, чем с утра, Явление Яринкиного папаши и Агафья со своими откровениями, вымотали наши и без того ослабленные болезнью организмы, и уже к ужину больше всего на свете нам хотелось спать.

Зато со следующего дня, дела стремительно пошли на поправку. И пусть в больнице нас продержали до конца недели, но лишь для перестраховки, чтобы мы не заразили кого-нибудь ещё. Чувствовали же мы себя прекрасно, и теперь, когда болезнь отпустила, сумели по достоинству оценить преимущества палаты перед дортуаром. Чтобы обсудить что-то не предназначенное для посторонних ушей, больше не нужно было выходить на лестницу или на улицу, по ночам мы могли сколько угодно сидеть на подоконнике, болтая обо всём на свете и не боясь разбудить соседок, а по утрам долго нежиться в постелях, не ожидая рассерженных Агафьиных окриков. Поэтому когда радостная сестра Марья объявила, что с понедельника мы считаемся здоровыми, и можем отправляться в корпус – мы не обрадовались.

Кроме возвращения к привычному образу жизни, нас ждали дополнительные занятия на продлёнке, во время которых мы навёрстывали упущенное во время болезни. После продлёнки тоже нужно было спешить, мне – на спевки в церкви, Яринке – к Варваре Петровне, где она вдохновенно мастерила какой-то новый наряд. И за недостатком свободного времени, мы даже не очень огорчались, что Дэн задерживается с ответом. Задерживается – значит, так надо.

К середине недели моя подруга опять отчудила. Вернулась после очередного онлайн-свидания со своим женихом довольная и умиротворённая, как кошка, объевшаяся сметаны, разве что не облизывалась. Упала на кровать, закинув руки за голову и сыто жмурясь. Задавать ей вопросы в присутствии Зины и Настуси, я не стала, и сделала вид, что не замечаю её загадочного вида. Как и следовало ожидать, долго она сама не выдержала, и, покосившись на наших соседок, небрежно обронила:

– Даш, пойдём в библиотеку? Как раз успеем до ужина.

Я обречённо кивнула, уже догадываясь, что хороших новостей ждать не стоит.

Едва мы вышли на лестницу, как Яринка радостно затанцевала на месте, беззвучно хлопая в ладоши.

– Ну? – поторопила я.

– Я свободна! – объявила она, и торжественно замолчала, сложив руки на груди.

– От чего ты свободна? – такое поведение начало меня раздражать, и я пошла вниз по лестнице, давая подруге понять, что не намерена играть с ней в угадайки.

– Да от Львовича же, – она поспешила за мной, – Прикинь, он сказал, что мы больше не будем общаться.

Я резко остановилась и Яринка налетела на меня.

– Не можете? В смысле – он отказался от тебя? Почему?

– Так спасибо папочке, – захихикала она, – Он же мне посоветовал напроситься на помолвку.

Я взяла подругу за руку и оттащила к подоконнику.

– Рассказывай.

– Ну, я ему сегодня сказала, что мы уже давно общаемся, и хотелось бы увидеться

вживую. Тут он даже обрадовался, ответил, что сам думал об этом и может приехать в приют на днях. А я предложила в выходные, мол, тогда и обвенчаться можно будет сразу, чего два раза ездить? Агафья чуть со стула не упала.

Я невольно прыснула, представив лицо нашей воспитательницы, вынужденной раз за разом выслушивать, как её питомицы позорят приют, демонстрируя отвратительные манеры.

– А жених чего?

– Он давай глазами моргать. Смешно так, как сова – луп, луп. А потом спросил, будто ушам своим не верит – ты хочешь помолвку? Тут ещё Агафья начала мне руками махать и страшные рожи корчить, но я сделала вид, что не замечаю, и рассказала Львовичу про наказ отца. А у него вдруг аж лицо перекосило. Спрашивает, какой такой отец, у тебя в анкете указано, что сирота! Я ему давай объяснять про то, как батя от меня отказался, а теперь кажется, передумал, но женишок и слушать не стал. Сделал морду кирпичом и говорит: "Я не люблю, когда меня вводят в заблуждение и преподносят такие сюрпризы. Если обман начался с первых дней знакомства, то чего ждать дальше? Не вижу смысла в дальнейшем общении". И отключился.

– Ого, – я помотала головой, – Чего так? Я думала, он серьёзно на тебя нацелился.

Яринка недобро усмехнулась.

– Он нацелился. На сироту. Помнишь, что Дэн говорил? Поиграет и выбросит, ни детей, ни наследства, и вступиться некому. А тут у меня вдруг отец нарисовался, уже всё гладко не пройдёт. Спорим, сейчас найдёт другую дурочку?

– А тебя кто за язык тянул с этой помолвкой?

– Ну как это? – Яринка сделала невинные глаза, – Мне батя велел это сделать, разве я могу ослушаться родного отца?

С трудом подавив желание как следует потрясти подругу, я прошипела:

– Это ты Агафье заливай! Думаешь, отцу так нагадила, да?

Яринка радостно закивала.

– Конечно, нагадила. Он губёшки раскатал на богатого зятя, и думал, что знает, как надо действовать. Ну, я сделала, как он сказал, и вот что вышло. Пусть теперь почувствует себя полным идиотом, и больше ко мне не лезет.

Я вскарабкалась на подоконник и прислонилась спиной к стеклу, задумчиво глядя на подругу. Видя, что я не тороплюсь разделять её восторг, Яринка надулась:

– Да ну, на фиг мне этот Львович? Другого найду, если уж так надо. А может уже и не надо? Дэн говорил, что такое общение пойдёт нам на пользу, но я что-то никакой пользы не увидела. Одни проблемы.

Честно говоря, я начинала думать так же. С помощью Головы мне не удалось узнать ничего нового о мире за пределами приюта, как предполагал Дэн. Единственное, что мы до сих пор обсуждали – это его дурацкая дача и способы её улучшения с помощью моего опыта деревенской жизни. Забавно, но всё это время он получал от меня новую информацию, а не наоборот.

Яринка вдруг затуманилась.

– Вот только сейчас мне нужно выпросить у Агафьи один звонок отцу, чтобы рассказать, как меня жених с помолвкой послал, а она теперь наверно не разрешит.

– Почему?

– Ну, она психанула. Налетела на меня, идиоткой обозвала, лекцию прочитала про то, как девушка должна быть скромной и не навязываться мужчине. Спасло только то, что я дуру включила, типа отец велел мне так сделать.

– Теперь наверно надо Дэну рассказать, что ты у нас опять одна.