Приют любви
Шрифт:
Конечно же, он ее не узнает, поскольку сейчас она полностью одета. Не владея собой, Джонси почувствовала, что покраснела до корней волос при мысли о том, как она выглядела этой ночью.
– Мэт Доулсон, это мисс Тейлор. Она только что поселилась в Ларами. У нее новый пансион на Си-стрит.
– Мы знакомы. – Он слегка дотронулся до широких полей своей шляпы и кивнул. Кончики усов приподнялись в улыбке. – Освещение ночью было скудным, но не настолько, чтобы я не разглядел вас. – Его глаза быстро пробежали по ней. – Приятно снова
Джонси растерялась окончательно. Краем глаза она заметила, что улыбка Дэна сменилась озадаченностью. Да уж – более дружеская обстановка!
Она напустила на себя как можно более величественный вид и, хотя физически это было невозможно, взглянула на Мэта сверху вниз.
– Это ничего не изменит, если вы предпримете другую такую же попытку вторжения, мистер Доусон.
Широкая улыбка осветила его продубленное солнцем лицо, и в уголках глаз появились морщинки. Похоже, улыбка была для него привычным делом, и Джонси удивилась, что его внешний вид казался ей угрожающим.
– Не изменится? – спросил он, приподняв бровь. – Тогда, пожалуй, стоит попытаться, мисс Тейлор. Даже если пистолет заряжен.
Глаза у Джонси расширились, и она застыла с открытым ртом. И вовсе не по причине весьма теплого дня шея у нее налилась жаром. Доусон не оставит попыток смутить ее – наедине или на людях. И ее не волновало, что он, возможно, самый красивый мужчина, какого она встречала. Она недвусмысленно даст ему понять, как обстоит дело.
– Мистер Доусон, – решительно обратилась она. Затем, выделяя каждое слово, продолжила: – Если вы еще когда-нибудь ступите на мой порог, будьте уверены – пистолет окажется заряженным.
С этими словами она развернулась и быстро пошла к двери, звучно стуча каблуками.
– Минуточку, мисс Тейлор, – позвал он.
Повернувшись, она увидела, что Мэт что-то поднял с пола, потом еще два предмета, но она была не в состоянии сосредоточиться и разглядеть, что там такое. Она хотела поскорее уйти отсюда, вернуться в уединение и под защиту стен своего дома.
Он продолжал идти к ней, нагнулся и поднял с пола что-то еще. Протянув руки, сказал:
– Это, наверное ваше.
Плутоватая усмешка играла у него на лице.
Джонси глянула на блестящие шпильки, гребни, маленькую коробочку румян и другие туалетные принадлежности. Потом посмотрела на свой раскрытый ридикюль и поняла, что, должно быть, по ошибке взяла сумочку Руби. Испытывая унижение, Джонси выхватила все это у Мэта из рук, затолкала в ридикюль и круто повернулась к двери.
В то же мгновенье он поспешил к двери и открыл ее для Джонси, но она, торопясь избавиться от него, не заметила узкой ступеньки крыльца и подвернула лодыжку. Безумная боль пронзила ногу, и девушка остановилась, в отчаянии ухватившись за дверную ручку. Сердясь, на себя, она сорвала злость на Мэте Доусоне, который бросился, чтобы поддержать ее.
– Не прикасайтесь
Не испугавшись, по всей видимости, ее угрозы, но несколько растерявшись, он подхватил ее на руки.
– Я отвезу вас домой. – И, повернувшись к Дэну, спросил: – У тебя за домом нет повозки или коляски? Я возьму на время.
– О нет, только не вы! Отпустите меня! – Она с мольбой посмотрела на Дэна. – Не могли бы вы отвезти меня домой?
– Я бы с большим удовольствием. – Дэн беспомощно пожал плечами. – Но мне не на кого оставить магазин.
Как все неудачно, мелькнуло в голове у Джонси. И подумать только, ей чуть было не понравился этот человек!
– Сейчас я подгоню коляску, – сказал Дэн, побежав за дом.
Гневно посмотрев в темные глаза своего спасителя, Джонси плотно сжала губы и с пренебрежением отвернулась в сторону. Руки ее были крепко прижаты к его груди. Секунды складывались в минуты, которые показались Джонси часами. Она знала, что держать ее, должно быть, все тяжелее, хотя он даже не переменил позы, но она отказалась жалеть его, поскольку все случилось исключительно по его вине. И его напряжение не стоит и десятой доли ее страданий.
– Как нога? Перелома нет?
Она уловила нотку озабоченности. Пусть поволнуется, подумала она, и не ответила.
Мэт так и стоял на ступеньках, дверь оставалась открытой, и несколько прохожих оглянулись на них.
– Отпустите меня, – прошипела Джонси. – На нас начинают оглядываться, и ничего удивительного. – Она чувствовала себя глупо из-за смущения. Только этого ей не хватало: чтобы ее увидели с мужчиной, завсегдатаем публичного дома, еще и заигрывающим среди бела дня с девицей из салуна. – Я сказала, отпустите меня.
– Нет.
В старой повозке подъехал Дэн.
– Единственное, что там было. Извините, – грустно сказал он. – Надеюсь, заднее колесо не отвалится по дороге.
– Мы поедем медленно. Спасибо, Дэн. Я скоро верну ее.
Мэт легко поднял Джонси в повозку, словно и не держал ее на руках последние десять минут.
Она ухватилась за сиденье, стараясь защитить болевшую лодыжку, потом уселась. Она закусила губу, чтобы не произнести чуть было не сорвавшиеся с языка слова благодарности Мэту, и смотрела, как он обходит кругом неприглядную повозку. Два шага – и он уже сидит рядом с ней.
Хлестнув поводьями пару лошадей, он крикнул:
– Поехали!
Те в ответ медленно двинулись вперед, склонив головы и слегка покачивая ими в такт шагам.
Джонси молчала. А к чему говорить? Он знает, где она живет. Он глянул на нее разок, но она вздернула нос и отвернулась. Прошло несколько невыносимых минут, и она спросила:
– Мы можем ехать побыстрее?
– Вы же не хотите, чтобы отвалилось колесо? – проворчал он. – Уйдет не меньше часа, чтобы поставить его на место.