Приют Деда Мороза

Барох Лара

— Нет, этого достаточно. — Хищно оглядев кучу веток, успокоила конюха.

Затем мы подняли ветви в хозяйскую мыльню и разложили их толстым ковром на полу и лавках. Готово!

— Госпожа хозяйка! Не желаете ли посетить баню? — С улыбкой пригласила ее в мыльню.

Глава 27

Сама разделась до нижней сорочки и пошла плескать водой на камни. Нет, хорошо у меня получилось! Помещение тут же наполнилось горячим влажным паром и пот ручьями побежал по телу.

—

Прошу госпожа хозяйка, смелее. Хождение по еловым веткам очень полезно. — Подбадривала госпожу.

— Жарко то как! Но запах мне нравится. — Она присела на лавку и огляделась. А я поддала еще жару и попросила ее лечь на живот.

Ну… приступим. Вспоминая как муж меня парил, пыталась повторить то же самое. Вначале, не касаясь вениками тела, разгоняла жар над ним. Потом начала легонько похлопывать тело, начиная со ступней, и медленно продвигаясь к макушке.

Хозяйка кряхтела и просила то проветрить, или лучше покинуть эту пытошную, на время. Но я приговаривала что парение — очень полезно для организма. Кожа — самый большой орган человека и она сейчас усиленно обновляется, выбрасывая все вредное и ненужное наружу. А аромат ели — он вообще обладает целебной силой, потому что эфирные масла проникая с дыханием омолаживают и приносят здоровье всему организму.

И вот, когда тело хозяйки достаточно покраснело и прогрелось. Я окатила ее прохладной водой из ведра. С ног до головы.

— Ой! Ух! Ах! — Только и подпрыгивала она на месте. Потом попросила еще ведро и блаженно улыбнулась.

— Сейчас хорошо бы Вам немного передохнуть. Травок попить… — Следующим этапом я завернула госпожу хозяйку в чистую тряпку и пригласила в покои — немного отдохнуть.

— Готовы обтираться снегом? — Лукаво подмигнула ей, и увидев, как расширились ее глаза, невольно рассмеялась.

Но после следующей порции горячего веника все же осуществила задуманное. Сначала слегка посыпала хозяйку смесью подтаявшего снега и воды, а потом и вовсе натерла ими.

И это продолжалось до вечера. Хозяйка успела отдохнуть и полежать в своих покоях, но потом просилась обратно. Мы перекусили, и пока она отдыхала, я выпустила накопившуюся воду и добавила дров в камин.

— Все! Больше не могу! — Еле дошла до кровати хозяйка и легла поверх шелковых подушек. — Я поняла, за что в твоем мире так любят баню.

Эти слова были для меня лучшей наградой. Я наскоро помылась сама, освободила слив и начала сжигать лапник в камине. Не обратно же его нести.

Затем вернулась к хозяйке, спросила не нужно ли ей чего. Она в ответ лишь покачала головой. От ужина отказалась, и спать в этот день мы легли совсем рано.

На утро хозяйка неожиданно для меня вернулась к теме, что обсуждали не так давно.

— Скажи, для чего в твоем мире помогают старикам и детям? Это же огромные деньги, а прибыли — никакой!

— Не все меряется деньгами, госпожа хозяйка. У нас вообще принято заниматься благотворительностью. У каждого обеспеченного человека есть на попечении детский

дом или дом престарелых. Состоятельные люди охотно отзываются, чтобы закупить необходимое, но дорогостоящее оборудование для клиник. Это все не приносит прибыли. Но спасает жизни других. Я не знаю как это объяснить… но это правильно. Жить ради себя? Это как находиться в замкнутой комнате. Люди ведь не такие? Почему то мы не живем по одиночке, а собираемся вместе. Может потому что так легче выжить? Противостоять невзгодам?

— У нас иначе. Знать поддерживает отношения между собой, но не селятся рядом. Разве что в городах, или вокруг королевского дворца. А про помощь — такого и подавно нет. Мы отдаем в казну положенные налоги и на этом все. Правда, я слышала, что в некоторых монастырях принимают детей-сирот, но только для того, чтобы вырастить из них храмовников. У крестьян жизнь не легкая, едят скудно, и лишний рот для всех обуза. А чтобы просто так выкидывать деньги… Нет, я про такое не слышала. Расскажи мне подробнее, как устроен детский дом, в котором ты росла? — После паузы поинтересовалась она.

После чего припоминая все подробности, начиная с самых малых лет, я рассказывала ей о своем детстве. Об устройстве помещений и распорядке дня. В общем обо всем.

— А еще я уверена, что если Вы воспитаете и обучите самостоятельности детей, то лучших работников для себя в будущем сложно будет отыскать. Они никогда не украдут у Вас, не обманут и не предадут. Они станут Вашим щитом и опорой. — Закончила я свой рассказ, пытаясь склонить хозяйку в сторону правильного решения.

— Не знаю… Я сомневалась в правдивости твоих слов в отношении бани. Но она оказалась много лучше, чем ты рассказывала. Возможно и с детским домом также получится… А если нет? Выкинуть детей на мороз как щенят? Это ведь еще хуже… Лучше уж тогда вообще не браться за дело?

Я лишь кивнула, в знак одобрения ее рассуждений. Это, действительно, будет много хуже.

Затем мы вернулись к моему обучению, в этот раз я училась выводить буквы остро отточенным пером, по рыхлой бумаге. Что само по себе представляло огромную сложность — бумага норовила прорваться, и на ней оставались безобразные кляксы. А еще, сколько бы я не пыталась держать перо осторожнее, все равно перепачкала пальцы и ладони обеих рук в местных чернилах.

При этом время от времени хозяйка возвращалась к разговору о детях.

— Это же потребуется штат слуг, для их воспитания и обучения?

— Вы совершенно правы! — Поддакивала я ей. — И не на один год. Причем, хорошо бы выяснить к чему склоняются детские умы. Может кто-то способен только шить обувь, а другой будет искать ответы на вопросы, изучать новое и делать открытия. Если первый сможет прокормить себя и семью в будущем самостоятельно, то второй будет постоянно гоним и без денег. Но именно он своими трудами оставит память о себе и вас в вечности.

Хозяйка ничего не произнесла в ответ, и вернулась к написанию следующей буквы.