Привет, Джули!
Шрифт:
Он с минуту изучал яйцо, потом улыбнулся и ответил:
— Надо маме показать.
И вот мы втроем наблюдаем за бьющимся сердцем Бонни, и даже мама вынуждена была признать, что это удивительно.
Первым стал проклевываться Клайд. И, конечно же, это началось именно тогда, когда мне нужно было уходить в школу. Показался его крошечный клювик, и пока я ждала, затаив дыхание, он затих.
Потом клювик появился снова только для того, чтобы опять надолго исчезнуть. Ну как я могла уйти в школу и бросить его? А
Папа пытался убедить меня, что это может продлиться целый день, и мне и после уроков будет на что посмотреть, но я отказывалась наотрез. О-о, нет- нет-нет! Я хочу видеть, как Эбби, Бонни, Клайд, Декстер, Юнис и Флоренс придут в этот мир. Я хотела увидеть рождение каждого.
— Я не могу это пропустить! — заявила я папе. — Ни секунды!
— Так возьми их с собой в школу, — предложила мама. — Миссис Брубек не будет против. В конце концов, это была ее идея.
Иногда здорово иметь здравомыслящую маму. Я просто подготовлю все к научной ярмарке пораньше, вот как я поступлю! Я собрала все свои графики, таблицы и плакаты и поехала с мамой в школу.
Миссис Брубек была совсем не против. Она была так занята, помогая другим детям с их проектами, что я весь день просто наблюдала за тем, как вылупляются мои цыплята.
Первыми выбрались Клайд и Бонни. Сначала я разочаровалась, потому что они просто лежали на бумаге — мокрые, обессиленные и уродливые. Но когда вылупились Эбби и Декстер, Бонни и Клайд поднялись и задвигались.
Последние двое все никак не вылуплялись, но миссис Брубек посоветовала не трогать их, и совет оказался отличным, потому что они вылупились как раз во время ярмарки. Пришла вся моя семья, и хотя Мэтта и Майка хватило всего на две минуты, мама с папой остались у моего стенда до конца. Мама даже подняла Бонни на ладони и погладила ее.
Когда ярмарка закончилась и я начала собираться домой, мама вдруг спросила:
— Теперь ты вернешь их миссис Брубек?
— Верну миссис Брубек что? — не поняла я.
— Птенцов, Джули. Ты не собираешься растить их?
Честно говоря, я еще об этом не задумывалась.
Я целиком сосредоточилась на их рождении. Но мама была права — вот они. Шесть очаровательных пушистеньких крохотных курочек, и у каждой были свое имя и свой характер.
— Я... я не знаю, — пробормотала я. — Я спрошу у миссис Брубек.
Я пошла к учительнице, молясь, чтобы она не попросила вернуть цыплят ее подруге. В конце концов, они вылупились только благодаря мне. Я дала им имена. Эти цыплятки мои!
К моему огромному облегчению и к маминому ужасу, миссис Брубек сказала, что они мои по праву. Все мои.
— Удачи, — сказала она и ушла помогать Хайди разбирать ее стенд, посвященный теореме Бернулли.
Мама не произнесла ни слова всю дорогу до дома, и я поняла, что
— Пожалуйста, мам, — прошептала я, когда мы подъехали к дому, — пожалуйста!
Мама закрыла лицо руками.
— Где мы будем их держать, Джули? Где?
— На заднем дворе? — Я не знала, что еще предложить.
— А как же Чэмп?
— Они подружатся, мама. Я прослежу. Обещаю.
Папа мягко сказал:
— Они довольно самостоятельные, Трина.
Но тут мальчишки воскликнули:
— Чэмп записает их до смерти, мам, — и покатилось: — Да-а! Но ты и не заметишь, они ведь уже желтые!
— Ух-ты! «Уже желтые» — классное название. Это сработает! Нет, подожди, люди могут подумать, что это мы о себе!
— Да, точно — забудь об этом!
— Ага, пусть он просто убьет цыпочек.
После этих слов мои братья заговорщически посмотрели друг на друга, и все началось по новой.
— Убить цыпочек! Вот оно! Ты понял?
— В смысле мы — убийцы цыпочек? Или мы убиваем цыпочек?
К ним повернулся папа:
— Выходите. Оба, выходите. Ищите себе название где-нибудь в другом месте.
Когда мальчишки выбрались и в машине остались мы втроем, тишину нарушал только писк цыплят. Наконец мама тяжело вздохнула и сказала:
— Ведь содержать их недорого?
Папа покачал головой:
— Они едят насекомых, Трина. Корма им нужно совсем немного. Они обойдутся совсем дешево.
— Насекомых? Правда? А каких?
— Червей, слизней... может, пауков, если смогут поймать. Думаю, улиток они тоже едят.
— Серьезно? — мама улыбнулась. — Ну, в таком случае...
— О, спасибо, мам. Спасибо!
Вот так у нас появились куры. Только никто из нас не подумал о том, что в поисках червей они уничтожат весь газон. Через полгода на заднем дворе у нас не осталось ни травинки.
А еще мы не подумали о том, что из-за корма для кур у нас появятся мыши, а вслед за мышами появятся и коты. Одичавшие коты. Чэмп быстренько прогонял их со двора, но они все равно бродили вдоль забора, поджидая удобного момента, чтобы проскользнуть обратно и ухватить добычу.
Но потом мои братья начали ловить мышей. Я ни о чем не подозревала до тех пор, пока не услышала, как мама заорала в их комнате. Как оказалось, они вырастили боа констриктора.
Мама так разозлилась, что я серьезно испугалась, как бы она не выгнала всех нас вместе с нашей живностью. Но вскоре я сделала удивительное открытие — курицы несутся! Я обнаружила красивые, блестящие кремово-белые яйца! Сначала я нашла одно под Бонни, потом под Клайдом, которого сразу же переименовала в Клодетт, а затем еще одно под Флоренс. Яйца!
Я тут же побежала показать их маме. Но увидев их, мама вздохнула и упала в кресло.
— Нет, — простонала она, — больше никаких кур!