Притворство

Брилёва Мария

– М-м-м, – протянула я, но не перестала смотреть на парня.

– Что?

– Я надеюсь, они позвонят, а то вдруг они всем так говорят… – предположила я, посмотрев на окно, покрывающееся каплями начинающегося дождя.

– Не веришь? Говоришь по своему опыту? – усмехнулся он.

– Прежде, чем устроиться в клининговую компанию я отправляла массу резюме. Я ходила на собеседования, показывала рекомендации, характеристики, а в ответ получала только «вы нам подходите, мы с вами обязательно свяжемся», а потом тишина. Одни лишь обещания и пустые слова. Я тоже сначала надеялась на чудо, но в итоге работаю горничной.

– Я не ты. Я всегда добиваюсь своего, – весьма грубо заявил он и ядовито улыбнулся.

Я не ожидала такого упрёка. Мне хотелось просто поговорить, а он будто решил задеть меня за живое и у него это получилось.

– Боже, откуда столько высокомерия? – Не веря, покачала я головой и снова отвернулась к окну.

– Это не высокомерие, это правда, – продолжил он, заставив меня вернуть взгляд. – Ты просто плывёшь по течению, не пытаешься что-то изменить в жизни. Всё, что ты делаешь, не приносит пользы, ты обычная прислуга. Твоя цель – собрать чью-то грязь, в то время как сама утопаешь в дерьме.

Всё это прозвучало жестоко, у меня аж желудок скрутило от его словесного поноса. Какая муха его укусила? Что случилось и кто ему промыл мозги? Мы не виделись всего пару часов, но он успел сменить тон и отношение ко мне.

– Ты понимаешь, что своими словами оскорбляешь меня? – уставившись на него, спросила я.

– Я не могу тебя оскорбить или обидеть, потому что всего лишь говорю правду. Я вижу, как ты живёшь и этого достаточно, чтобы понять, что ты застыла и опустила руки, не желая выбираться из этого отстойника, – высокопарно произнёс он.

– Значит, это твои выводы обо мне. Мило.

Ник был прав в одном: я действительно в дерьме, которое он прямо сейчас вылил на меня. Я не могла поверить, что он способен на такую откровенную подлость. Было больно слышать это от человека, которому я беспрестанно помогаю. Миллион раз говорила себе: не иди на поводу у своей слабости и не получишь удар в спину, но я же идиотка, не могу устоять перед возможностью прийти на помощь людям.

– Ты бросила академию, работаешь уборщицей, живёшь в съёмной квартире, которую делишь с незнакомцем, и еле сводишь концы с концами, ах да… Ещё ты помогаешь детям из детского дома, тратя на это свои деньги и время ради непонятного удовольствия и желания показаться благочестивой. У тебя нет перспектив, будущего и даже рвения что-то изменить – это печально, – понесло его, а я уже не могла слушать этот бред, пряча взгляд и глотая подступавшие слёзы.

– Какой глубокомысленный анализ! – вставила я свои пять центов. – Однако всё это говорит человек, который каждую неделю меняет работу, просится приютить себя первую встречную, берёт деньги в долг и понятия не имеет, как пользоваться…всем, – возмущённо выпалила я.

– Нет, у меня есть преимущество.

– Какое?

– Я уверен в себе, – улыбнулся он.

– А я нет? – прищурилась я.

– Конечно, нет. Ты только посмотри на себя. Ты делаешь вид, что ничего не боишься, такая вся смелая и напыщенная, делаешь замечания и хмуришь брови, но на деле всё не так. Ты слабая и не уверенная в себе с кучей комплексов и недостатков. Ты мелкая тощая девчонка с длинными волосами и большими глазами, которые просят о помощи, но ты даже не подозреваешь об этом. Ты открытая книга. И порой ведешь себя и даже выглядишь смешно.

– Я выгляжу смешно? – не веря повторила я.

– Да, – кивнул он.

– Класс! Да, ты прав! Ты сидишь и оскорбляешь меня, а я это просто терплю и почему-то продолжаю слушать. Всё верно. Но знаешь, что, Ник! А не пошёл бы ты на хрен! – выдала я и, как только автобус остановился, выскочила из него несмотря на то, что ехать было ещё четыре остановки.

Выбежав на улицу, я не сразу поняла, что дождь поливает, как душ под напором, потому что всё моё внимание было приковано к Паркеру, который остался внутри автобуса. Я пошла

по тротуару, наступая на лужи, чувствуя, как промокают ноги, но это было неважно. Я видела, как парень хмуро глядит на меня из окна отъезжающего баса и всё, что смогла выдать в тот момент – это средний палец в адрес Паркера. Парень уехал, а я осталась под грозовым небом с отвратительным чувством досады и обиды, будто меня обмазали дерьмом, а напоследок вытерли грязнющие ноги.

Немного прогулявшись под проливным дождём и слегка уняв эмоции и слёзы, я добралась до дома. Насквозь промокнув, я дрожала от холода, но тот гнев, что переполнял моё нутро помогал не чувствовать ничего. Когда я вошла в квартиру, Паркер уже был там и готовил обед. Хоть в чём-то от него польза.

Видя, что я вся мокрая и мои зубы стучат от переохлаждения, сосед заботливо предложил полотенце, но я демонстративно прошла мимо парня и закрылась в ванной. После его слов мне вообще не хотелось общаться с ним, а вот соседу видимо стало стыдно. Ну и поделом, пусть следит за языком.

 Горячий душ сделал своё дело. Я расслабилась, согрелась и размякла, снова расплакавшись. Понятия не имею почему однажды я решила, что Паркер не такой уж плохой и даже может быть сносным. Как человек, прячущий оружие в пледе может быть хорошим? А ведь в последнее время я думала, что он относится ко мне, как к равной, но оказалось, он смеётся надо мной и считает никчёмной. А я ему столько раз шла навстречу. Дура!

Когда я вышла из ванной, Паркер сразу сообщил, что ужин готов и можно идти есть, но я не стала реагировать, хотя пахло вкусно. Сдержав свой голод и слюни, потёкшие от невероятного аромата, я сделала себе сэндвич и закрылась в комнате. Прикончив свой бутерброд, я упала на кровать, укутавшись в одеяло, и задремала. Очнувшись от хлопка дверью, стало ясно, что Ник ушёл куда-то. Можно было выбираться из своей берлоги и спокойно выпить чаю. Посмотрев на пасту карбонара, стоявшую на плите, я сдержалась и не стала трогать её из принципа, хотя желудок урчал и просил чего-то большего, чем сэндвич.

Разбив яйцо и уставившись на то, как оно жарится, я задумалась о сегодняшних словах Паркера. Он считает меня тощей, слабой, неуверенной в себе, да ещё и неудачницей с горой комплексов. Паркер думает, что я ни к чему не стремлюсь и ничего не хочу от жизни. Что ж он прав. Я давно сдалась и перестала бороться и мечтать. Просто раньше никто не осмеливался сказать мне такое в лицо, а у Ника духу хватило. Но я и так всё знаю о себе, к чему было так больно рубить правду матку, ведь горечь от неудач и так гложет изнутри каждую минуту. Все попытки что-то изменить или достичь чего-то проваливались, отбрасывая меня обратно в открытый океан безнадёги и разочарования. Чем больше падаешь, тем становишься сильней? Не в моём случае. Я так и не научилась быть сильной и смотреть своим страхам в лицо. К сожалению, у меня не было возможности обрести уверенность в себе. Всю жизнь отец вбивал мне в голову, что я ничтожество и моё присутствие в мире большая ошибка. Он ежедневно уничтожал мою самооценку, издеваясь надо мной, оскорбляя и унижая. Когда тебя регулярно избивают и орут из-за любой мелочи, вряд ли вырастишь смелым и решительным, знающим себе цену человеком.

Из размышлений меня вырвал стук в дверь. Я никого не ждала, а у Ника был ключ, так что я с опаской открыла дверь и удивилась. Передо мной стояла милая девушка. Я её знаю. Она наша соседка с четвёртого этажа.

– Привет. А Ник дома?

– Нет.

– Можно мне войти? Я забыла свою заколку, хочу её забрать.

Я засомневалась, но не стала ей отказывать. Уступив путь нашей соседке, я проследила, как она смело прошла в ванную, а через секунду вернулась со своей заколкой в виде стрекозы. Как это я не заметила чужую вещь на полке в ванне?