Притворщик
Шрифт:
Андрей Степанович меня тогда действительно здорово выручил. Сам он ту историю воспринял очень болезненно. Грек был его любимцем и первым кандидатом на повышение. Самое интересное то, что Кащей у Терехина ни в каком кадровом резерве не состоял... Разбирался в людях адмирал, по крайней мере, тогда...
Впервые после той красивой швейцарской истории мы встретились с ним на несколько дней раньше показательного выступления, которое произошло у Даши. Уже тогда у меня возникли насчет нее некоторые подозрения. Вернее будет сказать, что они возникли с самого начала.
Заработала лежащая на столе рация.
– Первый, это шестнадцатый, они приехали.
Я подошел к окну и осторожно выглянул наружу. Во двор въехал микроавтобус с затемненными стеклами и номерными знаками синего цвета. Остановился у входа. Из раскрывшихся дверей высыпались бойцы в черных комбинезонах и масках, и какой-то тип в милицейской форме, и начали бодрю подниматься по ступенькам, ведущим к входу.
– Вот и славненько, – Юра вдруг взял, да и перекрестился, – всем на исходные! С богом.
Мы сорвались с мест и двинулись. Юра вышел из зала последним, подбрасывая в руке апельсин.
Глава 38
Вылезли из микроавтобуса и спокойненько, на виду у всего народа, потопали к входу. Впереди всей честной компании бодро вышагивал человек в форме капитана милиции. Если внимательно присмотреться, в нем можно было усмотреть некоторое сходство с человеком, полтора часа назад мирно попивавшим кофе в холле цокольного этажа. За прошедшее с того момента время он успел не только сменить летний костюмчик на форму доблестной российской милиции, но и украсить свою физиономию аккуратными седоватыми усами, точь-в-точь, как у спикера Государственной думы. Уверен, что среди работников УВД севера столицы можно без особого труда разыскать похожего внешне усатого переростка-капитана.
Все вышло приблизительно так, как мы и предполагали. Никто не стал лезть по стенам, спускаться с крыши, пытаться просочиться через запасной вход, подвал или канализацию. А зачем? Достаточно надеть шапку-невидимку в виде формы, и путь открыт к успехам. Когда, спрашивается, в нашем отечестве хоть кто-нибудь обращал внимание на милиционера, особенно, если он в маске? Наоборот, все стыдливо прячут глазки и старательно спешат по своим делам. Спросят потом у той же охраны: «Кто был?» – «Менты были». – «Сколько?» – «Ну, не очень много».
– «Что-нибудь запомнил?» – «Запомнил, все были в масках, а один – без». И вся картина. Рисуй после этого словесные портреты, снимай отпечатки пальцев и обуви, а самое главное – объявляй план «Перехват». Толку будет ничуть не больше, чем от принудительного автострахования.
Пройдя через металлодетектор, «капитан» цепко ухватил за лацкан фасонистого пиджака охранника у входа.
– Капитан Новичков, отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотиков САО, – и мазнул по глазам удостоверением.
– Слушаю вас.
– Слушайте внимательно. Мои люди проходят на второй этаж, в помещение номер 209, задерживают подозреваемого и возвращаются. Я остаюсь здесь, вы
– По инструкции я должен доложить о вас начальнику охраны, – испуганно пролепетал тот.
– Повторяю еще раз для умственно отсталых. Ты стоишь здесь и не дергаешься. В противном случае, ты лежишь здесь же лицом вниз, и тебе очень больно. Теперь ясно? – и обращаясь, к остальным, скомандовал: – Работайте!
– А-а-апчхи!
Все обернулись на звук. Сидящий за столиком в холле бритый налысо здоровяк чихнул снова, на этот раз немного потише, виновато улыбнулся и, достав из кармана носовой платок размером с банное полотенце, трубно высморкался.
Семеро в масках рванулись вверх по лестнице. Никто и не подумал воспользоваться лифтом, и это правильно, не в Америке живем. У нас в России лифты постоянно ломаются и застревают между этажами. Торчи потом, как последний дурак в маске с прорезями и жди, когда найдут хоть одного более-менее трезвого монтера. А злодей тем временем, устав ждать ареста, уйдет куда-нибудь, потому что рабочий день закончится.
Трое молодых менеджеров, ведущих переговоры за соседним от Котова столиком, незаметно переглянулись с ним, и пошли следом.
– Все-таки я должен доложить, – опять заныл охранник.
– Послушай, ты, – начал закипать «капитан» и тут ощутил прикосновение чего-то твердого к спине в районе правой почки.
– Это не то, что ты подумал, противный, – произнес ему на ухо насморочный голос, – так что, особо не возбуждайся.
Обняв левой рукой собеседника за плечи, Саня с удовольствием чихнул ему прямо в ухо и заорал на весь холл.
– Валерчик, сколько лет, в натуре! Бля буду, надо выпить за встречу, только поссать сходим! – и увлек обалдевшего от такого галантерейного обхождения усача в сторону офиса, украшенного поясным изображением господина в сюртуке и шляпе, а также буковкой «М» – для непонятливых.
Оставив двоих сторожить площадку между первым и вторым этажами, оставшиеся пятеро вскоре очутились перед широкой мраморной лестницей с перилами, ведущей на третий этаж.
Без команды остановились, достав оружие из кобур, присоединили к стволам глушители и дружно уставились на лестницу. Весело подпрыгивая, вниз по ступенькам, навстречу им катился большой оранжевый апельсин.
Глава 39
Миновал последнюю ступеньку и покатился по паркету, закончив свой бег возле ботинка одного из «масочников».
– Могу следом гранатку прислать, – раздался откуда-то сверху спокойный, даже ленивый голос.
У одного из якобы милиционеров сдали нервы, он крутанулся вправо, прицеливаясь, но пальнуть на звук не успел. Раздался негромкий хлопок, выбитый пулей из ладони пистолет отлетел в сторону, а сам незадачливый стрелок согнулся пополам, что-то шипя сквозь зубы и прижимая кисть правой к груди: помимо выбитых пальцев, он с гарантией обзавелся серьезной травмой пястовой кости ладони. Следующая пуля буквально срезала с левого плеча его соседа закрепленное на нем переговорное устройство.