Притворись моим

Собер Сэлли

– У вас с Антоном было так?
– Кивает на выход, словно мой бывший до сих пор там стоит.

– Было. Точнее, мне казалось, что было так.
– Делаю глоток своего молочного коктейля.

– Но ты ему сказала, что тебя настигла любовь?
– Идеальная бровь выгибается в усмешке.

– Именно так. Пусть мучается, что с ним я в неё не верила.

– Коварная женщина.
– Усмехается.
– Только мне кажется, что этот факт не сработает. Ибо ты не ведёшь себя как влюблённая женщина,

и такая смена караула кажется подозрительной.

– Буду вести.
– Пожимаю плечами.
– Посмотрю парочку сопливых мелодрам.

– Что значит «буду»? Мы договаривались только на один раунд. Быть твоей марионеткой на постоянной основе я не собираюсь. У меня есть дела поважнее.

– Я тебе...
– Начинаю, но парень затыкает меня одним жестом.

– Если ты произнесёшь, что заплатишь мне, то я сейчас же найду твоего Тошу и всё ему расскажу. Это мы уже проходили. Я не продаюсь. В ресторанах «Мишлен» я не ем, но денег на жизнь хватает. В чьих-то подачках не нуждаюсь. И уж тем более в плате за свой эскорт.

– И как я, по-твоему, должна выходить из этой ситуации?
– Аж привстаю от возмущения.

– Меня это не волнует. Как влилась в эту воронку брехни, так и выплывай.
– Пожимает плечами.
– Я пошёл. У меня ещё много работы.

– Макс. Ну пожалуйста.
– Натягиваю улыбку, выдавливая «волшебное слово».

– Ну соглашусь я сейчас. И сколько, по-твоему, это будет длиться?
– Левая бровь парня заметно выгибается.

– Не знаю. Какое-то время. Потом прилюдно расстанемся. Я не хочу, чтобы он думал, что я неудачница, которая никому кроме него не нужна.
– Хватаю его за рукав.
– Прошу тебя. Я не буду тебе сильно докучать. Просто ходи иногда со мной за ручку по коридорам.

– Когда до тебя дойдёт — важно не то, что думают другие, а то, что думаешь ты сама.
– Вздыхает.

– Ну пожааааалуйста...
– Хлопаю ресницами, пытаясь изобразить глаза "кота в сапогах".

– Я подумаю.
– Отмахивается.
– Тебя докинуть или на Uberе доедешь?

– Очень смешно.
– Фыркаю.
– Докинуть.

Молча покидаем заведение, и Макс отвозит меня домой.

Вечерний воздух прохладен — он ощутимо бьёт в лицо, как только я надеваю шлем и устраиваюсь позади Макса на мотоцикле.

Мотор рычит, пробуждаясь, и город тут же начинает размываться в разноцветных полосах — огни витрин, фары, неоновые вывески сливаются в единый поток света. Я крепче обхватываю Макса за талию, чувствую, как под кожей перекатываются мышцы, когда он ловко ведёт байк сквозь вечерний трафик.

В ушах свистит ветер, заглушая мысли. Но даже сквозь этот шум в голове снова и снова прокручиваются его слова: «Важно не то, что думают другие, а то, что думаешь ты сама».

Мы сворачиваем с главной улицы — теперь под колёсами лишь тихий спальный район, редкие фонари и тени деревьев, пересекающие асфальт. Макс снижает скорость, и я наконец могу перевести дух.

Останавливаемся

за углом от моего дома, и я слазию с мотоцикла, выдыхая.

– Ну вот, - говорит, снимая шлем.
– Доставили барышню в целости и сохранности.

Макс поворачивается ко мне, в глазах — отблески уличного фонаря.

– Спасибо.
– Выдавливаю улыбку.
– Подумай над моей просьбой, пожалуйста. Проси что хочешь. Я сейчас не про деньги.
– Опережаю его возражения.
– Хотя и про них тоже. Можешь просить у меня всё, что угодно.

– Угу.
– Надевает шлем обратно, и через минуту уже я вижу лишь его спину и задник байка, уносящегося прочь от меня.

В дом я попадаю тем же способом, и радуюсь, как ребёнок, понимая, что осталась незамеченной.

Глава 9. Договор дороже денег

Максим.

Высадив Ульяну, я спешу обратно в автосервис. Из-за этого свидания, мне теперь полночи латать старую Приору.

Ночной город встречает меня редкими фонарями и тишиной спальных районов. Мотоцикл послушно рычит под рукой, рассекая прохладный воздух. В висках стучит: «Успею — не успею». Заказчик ждёт машину к утру, а объём работ только кажется небольшим.

Подъезжаю к автосервису — одинокий свет в окне мастерской говорит, что Лёха, мой лучший друг, ещё на месте. Хорошо. Один бы я точно не справился.

Закатываю «Приору» на подъёмник, скидываю куртку.

– Ну что, - бросает Лёха, не отрываясь от разборки стартера, - гулянки закончились?

– Ага, - усмехаюсь, доставая инструменты.
– Теперь отрабатывать.

Он лишь хмыкает, но в глазах читается понимание. Мы оба знаем: работа — она как жизнь. Иногда приходится бросать всё и мчаться по делам, а потом возвращаться и зашивать дыры, которые сами же и наделали.

Включаю лампу над рабочим местом, и тусклый свет выхватывает из полумрака потёртый капот, ржавые сколы, трещины на пластике. Начинаю с диагностики — надо понять, где ещё прячется подводный камень.

Руки сами находят нужные ключи, голова постепенно отключается от всего лишнего. Остаётся только металл, масло, скрип деталей и мерный гул инструментов.

Лешка время от времени подаёт реплики — то про очередного клиента, то про новую модель двигателя, которую он хочет разобрать «чисто для души». Я отвечаю короткими фразами, но мысли где-то между гайками и воспоминаниями о сегодняшнем вечере.

Ульяна… Её глаза, когда она пыталась шутить, чтобы скрыть волнение. Её голос, чуть дрожащий.

– Эй, - окликает друг, прерывая поток мыслей.
– Ты там не заснул?

– Нет, - встряхиваюсь.
– Просто задумался.

– Если будешь так витать, эта старушка до утра не доживёт.
– Он смотрит на меня, прищурившись, потом кивает на «Приору».

Смеюсь. Да, он прав. Сейчас — только работа. А мысли… Мысли подождут.