Присвоить кота

Сью Санна

— То есть ты в тот день не принимала никаких стимуляторов для бодрости? — Я помотала головой. — Не пользовалась артефактами увеличения резерва?

— Откуда бы мне их взять, генерал? — неподдельно удивилась я.

Наверняка он знает стоимость подобных артефактов и догадывается, что у студентки нет таких денег, а у больницы нет желания студентку такими ценными артефактами снабжать.

— Тогда я ничего не понимаю. По твоему рассказу выходит, что явился Творящий Странник и сам лично организовал чудо, — проворчал Варло Тортон.

— А может, так и было, — заявила я, задрав нос. — Вазопретаторов

же он создал. Почему бы и мне не помочь?

Генерал глянул на меня скептически, но вслух сомневаться в возможностях Творящего не стал.

— Ладно. Закончим на сегодня с этим вопросом. Можешь отправляться спать.

— Да какой спать, генерал Тортон? — возмутилась. — У меня послеоперационный больной под наблюдением. Сегодня моя очередь в его палате дежурить.

Я не собиралась, но прозвучало с упреком, будто я жалуюсь на то, что главе госпиталя приходится выполнять обязанности сделки.

Варло Тортон нахмурился.

— Идём в палату, я посмотрю на состояние твоего подопечного, и если все в порядке, погружу его в сон до утра, — сказал он, поднимаясь со стула.

Конечно, вазопретатор — не лекарь, но все же и они проходят в своих академиях анатомию и первую лекарскую помощь, поэтому такому предложению я искренне обрадовалась. Я ведь смогу вернуться к себе и спокойно накормить Мулю!

Поспешила подняться, чтобы не отстать от генерала.

Мы вернулись в палату, и Варло Тортон подошёл к кровати пациента, просканировал его молча, затем провел рукой над телом, ненадолго задерживаясь в местах переломов и ран от когтей, заклеенных заживляющими артефактами.

— Говоришь, медведь на него напал? — наконец, задумчиво протянул.

— Это не я говорю, это мне Шуна сказала, но раны похожи.

— Кто его к вам доставил?

— Шуна сказала, что его нашёл патруль возле крепостной стены.

Генерал встряхнул руками и посмотрел на меня серьёзно.

— С ним все в порядке. Никаких воспалительных процессов я не обнаружил. Но раны мужику нанёс не медведь. Очень похоже на нападение трехликой кошки в боевой ипостаси, — я вздрогнула и поймала себя на желании погладить Мулю. Еле сдержала порыв!

— Да что вы говорите?! — изобразила крайнюю степень изумления. — Не могу поверить, что этот редкий и умный зверь напал на человека! Да и откуда бы ему тут взяться?

— Вот и я говорю, что это очень странно. Впрочем, к тебе это не имеет никакого отношения. Иди спать, Валери. Я разберусь.

— Спасибо, генерал, — от души поблагодарила и поспешила из палаты, уточнив уже за порогом: — Вы же закроете сами госпиталь, когда уйдёте?

— Да, конечно, — успокоил Варло Тортон, и я чуть ли не бегом помчалась в свой домик.

Мне нужно было срочно унести котёнка подальше от слишком одаренного вазопретатора. Похоже, он уловил магический фон, исходящий от Амулета, и принял его за остатки магии, сохранившиеся на ранах больного.

Глава 7

Ни свет ни заря я отправилась в палату дожидаться Шуну. Котёнка оставляла дома, то прочитала ему длинную лекцию о безопасности. Он хоть и играл с бумажкой на верёвочке во время моей проповеди, но в конце на мой вопрос «всё понял?» серьёзно мяукнул, и я сочла это за положительный ответ.

— Доброго утречка, магесса Валери. —

Помощница явилась без опозданий. — Как ночка прошла? А в гарнизоне суета! Генерал вернулся!

— Я знаю, Шуна. Он приходил и разрешил нам взять помощниц. Двух дневных и двух ночных, — поделилась я радостью. — У тебя нет кого-то подходящего на примете?

Новость Шуну отчего-то не обрадовала. Она сдвинула русые брови к переносице и надула румяные щеки.

— А зачем нам ещё помощницы? — спросила угрюмо.

И я догадалась, что в Шуне взыграла профессиональная ревность и опасения за размер жалования.

— Ну как зачем? Я главный лекарь, ты — главная помощница главного лекаря. Нам с тобой нужны подчинённые, чтобы выполняли наши приказы и дежурили около больных в подобных, — я кивнула на койку со спящим мужиком, — случаях. Они будут работать посменно, а у нас с тобой появятся выходные и ночной сон.

Брови Шуны расправились, но щеки не сдулись.

— А жалование у них какое будет?

— А это я уточню у гарнизонного казначея. Мы с генералом ставку не обсуждали.

— Сама прямо пойдёте и спросите? — вытаращилась на меня помощница, и её реакция отчётливо мне показала, какую незавидную репутацию я успела снискать всего за несколько дней.

— Конечно, — невозмутимо кивнула, — с сегодняшнего дня я намереваюсь питаться в общей столовой и вообще участвовать в жизни гарнизона.

— А-а-а, — понятливо протянула Шуна. — Генерал наругал? Тогда ясно всё. Но оно и правильно! Нечего в четырёх стенах прятаться. А подходящих помощниц я нам найду. Не сомневайтесь.

— Прекрасно. Тогда я в столовую. Прикажу принести в госпиталь завтрак для тебя и больного, а заодно распоряжусь насчёт обеда и ужина.

Решение ходить отныне в столовую я приняла ещё ночью, а утром тщательно готовилась к тому, чтобы воплотить его в жизнь. Старательно причесалась, чтобы из строгого пучка не выбивалась ни одна волосинка. Достала новую рабочую тунику, нагладила её, начистила сапожки. Выглядела, на мой взгляд, строго и представительно, но по дороге в столовую колени всё равно знатно подрагивали. К высоким дверям отдельно стоящего одноэтажного каменного здания с огромными окнами со всех сторон стекались вазопретаторы и простые служащие гарнизона. Мне опять казалось, что все они на меня пялятся и думают всякое. Расправила плечи, задрала нос, но через пару шагов споткнулась от задорного оклика.

— Эй, малышка в форме лекаря, а я тебя помню! — раздалось позади.

Гордость вопила, что приличные гроу на «эй» не оборачиваются, а здравый смысл ей перечил, утверждая, что для коммуникации нужно забыть о светских условностях.

Я остановилась и повернулась на голос. Ко мне приближались два отдаленно знакомых вазопретатора. Пригляделась. Точно! Именно они были в тройке генерала во время прорыва. Только, правого я застала без сознания, а вот левый получил тогда от меня дозу вазопреста и сейчас мне улыбался. — Прими поздравления с назначением.— Здравствуйте. Я вас тоже помню, — поздоровалась дружелюбно, но без лишнего восторга. — Меня зовут Валери эн Фло, и я главный лекарь Тенистого предела, а не «эй» и не «малышка».— Ого, какая грозная! Понятно теперь, почему генерал забрал её к нам, — повернувшись к другу, поделился догадками мой собеседник.