Пристрели их, майор!
Шрифт:
— Да, помню…
— Я так и не нашел время узнать, кто он такой, — Умар вздохнул. — Теперь, когда проблема с Кеплером решена, у меня будет чуть больше свободного времени. Я поговорю с Гумером. Но ты пока проверь его. Проверь на этом…
— На пропагандистской работе? — уточнил Ваххит.
— Вот именно. Встреться с ним на одной из конспиративных квартир. Я поручил Рафкату заняться этим вопросом, и скоро, думаю, в нашем распоряжении будет не одна такая квартира в Екатеринбурге. И даже не две и не три… Десятки! Десятки квартир, Ваххит!.. Но я отвлекся. — Умар сделал
— Да, я понимаю, Умар. Конечно. — Ваххит чувствовал, что он сильно голоден, но начать трапезу раньше, чем к ней приступит старший, он считал для себя невозможным. — Это все, что ты хотел мне сказать?
— Не только.
— А что еще?
— Ты знаешь, что такое джихад?
Вопрос откровенно удивил и обескуражил Ваххита. Разумеется, он знал, что такое джихад. Это знал каждый, и едва ли не с младенчества. Подобный вопрос со стороны Умара был в высшей степени оскорбительным. Как ни старался Ваххит держать себя в руках, он все же вспыхнул.
— Естественно! О чем ты говоришь? Джихад…
— Нет, — оборвал соратника Умар. — Я понимаю, что ты знаешь. Но я считаю, что мы трактуем это понятие слишком узко. Настоящий правоверный должен быть силен не только телом, но и душой, и мы обязаны объявлять джихад каждому, кто этого не делает, Ваххит. Таково мое мнение.
— И что это означает? К чему ты клонишь, Умар? Объясни.
— Хорошо, — у Абдулина был такой вид, словно он втолковывал нерадивому ученику очевидные вещи. — Каждый человек, который не чтит святое писание Корана, — отступник. Неверный.
— Каждый?
— Каждый. — Умар был похож на одержимого. Он залпом осушил свой бокал вина и щелкнул пальцами, вновь подзывая официанта. — Мы обязаны расправляться с неверными.
— Убивать каждого встречного?
— Если потребуется, то и убивать, — ответил Умар. Он заказал официанту еще вина и, когда тот отошел, зловещим шепотом продолжил: — Я вот, например, знаю одно неплохое место в лесной зоне, где парочки проводят свое время. Они совершают прелюбодеяние, Ваххит, а следовательно, очень грешны перед Аллахом. Их нужно наказывать!
— И что ты будешь с ними делать, Умар? — Ваххит и сам понизил голос до шепота, не замечая того, как собеседник увлек его своим разговором.
— Не я, а мы, Ваххит. — Умар кровожадно улыбнулся.
— Ладно. Что мы будем с ними делать?
— Карать! Карать справедливой и беспощадной рукой Аллаха!
Ваххит почувствовал, как по его телу пробежала мелкая дрожь. Но не из-за того, что сказал Умар. И не из-за того, что он предлагал делать. Покоробить звериную душу Ваххита такими пустяками было невозможно. Просто он наконец осознал, что азарт Умара незримо передался и ему самому.
— Когда? — только и спросил он.
Москва. Китайский
— Почему нужно было встречаться именно здесь? — проворчал Назырбек, оглядываясь по сторонам и с откровенной ненавистью впиваясь глазами в круглые сытые лица немногочисленных посетителей ресторанчика.
Муса остался невозмутим.
— Здесь мы менее заметны, — просто ответил он. Киллеру очень хотелось курить, но демонстрировать свои привычки перед братом Гамзало он не собирался. — И на нас никто не обращает внимания. Видишь? Давай лучше переходи к делу, Назырбек.
Собеседник расплылся в улыбке.
— Я рад, что ты стал таким сговорчивым, Муса.
— Это благодаря моему уважительному отношению к Гамзало.
— А меня, значит, ты не уважаешь?
— Я этого не говорил, — Мусе показалось, что Назырбек разговаривает слишком громко и, чтобы заставить визави говорить тише, он сам заметно понизил голос. — Давай не будем переходить на личности. Мы пришли сюда, чтобы обсудить дело, или для того, чтобы выяснять отношения?
— Дело, конечно.
— Тогда я слушаю.
Назырбек откашлялся, не в первый раз уже покосился сначала направо, затем налево и, подавшись вперед, горячо заговорил:
— Этот человек работал на Валакумова. Вот его фото. — Он передал киллеру небольшой потертый снимок. — Через него он оказывал нам определенные услуги. Такие, как…
— Подробности меня не интересуют, — сухо осадил его Муса. — Кто он такой и где мне его найти?
— Его фамилия Ковдя. Дмитрий Сергеевич, кажется, — Назырбек призадумался. — Да, точно. Дмитрий Сергеевич Ковдя. Он — федерал. Работает в Назрани. В свое время Валакумов рекомендовал его нам как надежного проверенного человека, готового на любые услуги за хорошие деньги. Транспорт там и…
Муса выставил вперед руку, в очередной раз прерывая пространные рассуждения словоохотливого Назырбека. Тот тут же замолчал и вновь огляделся по сторонам. Пару минут настороженно рассматривал двух облаченных в дорогие твидовые костюмы мужчин за соседним столиком. Один из них встретился с Назырбеком глазами, но тут же поспешно отвел их в сторону. Муса заметил это, и данное обстоятельство пришлось ему не по душе. Главным жизненным правилом киллера было — всегда и везде при любых обстоятельствах оставаться незаметным. Ничем не выделяющимся из общей людской массы человеком.
— Где он конкретно работает в Назрани? — поспешно поинтересовался Муса. — И кем?
Назырбек ответил сначала на второй вопрос.
— Ковдя — шишка из Министерства внутренних дел. Он вроде полковник. Возглавляет один из ведущих отделов. А где конкретно?.. Как бы это объяснить?.. Основная контора у них на Глашире. Знаешь, если идти от центральной площади в сторону Глашира, по правую руку…
Муса кивнул. Однажды ему уже приходилось бывать в Назрани, выполняя щекотливое поручение главы крупной группировки Рашида Шахназарова. У центрального здания МВД он, конечно, не прогуливался, но что такое Глашир, знал не понаслышке. Информации, полученной от Назырбека, было более чем достаточно, чтобы отыскать нужное место.