Пристанище
Шрифт:
Около двух часов дня они с Ривейро наспех перекусили бутербродами в кафешке при отделении и выехали в Комильяс. Валентина даже не успела поговорить с Оливером, они лишь обменялись сообщениями в вотсапе, он написал, что вечером ее ждут кое-какие новости. Валентина ответила, что на ней уже два трупа, но добавила, что, разумеется, очень ждет уютного вечера в доме Оливера. Она успела заглянуть в только что полученный отчет, который всколыхнул надежду разыскать Гильермо, брата Оливера, но об этом она расскажет, когда они встретятся дома.
Редондо и Ривейро подъезжали к месту, где обнаружили второй труп. Дорога здесь плавно изгибалась, а пейзаж за окном, несмотря на хмурый
– Твою мать, это еще что? – удивился Ривейро.
В том месте, где должно было начинаться устье реки, они увидели нечто, напоминавшее большую овальную лагуну неправильной формы, – зловещего вида болото с мутной водой и торчащими вокруг голыми стволами деревьев.
– Это лиман, Ривейро. Ты никогда здесь не был? – спросила Редондо.
– Похоже, что нет. Такое точно не забудешь. Хоть туман рассеялся, а то прямо Мертвые топи.
– Мертвые что?
– Мертвые топи! Неужто “Властелина колец” не смотрела?
– Смотрела, но не помню.
– Мои дочки фанатеют. Пришлось пересмотреть с ними все части черт знает сколько раз. И клянусь, это вылитые Мертвые топи, один в один, такая же жуть. Не помнишь, серьезно? Ну это когда Горлум ведет Фродо и Сэма в Мордор через болота, а там трупы воинов в воде… Вот прямо вылитое то место.
– Мордор? – Валентина рассмеялась. – Да это же обыкновенный эстуарий! Нам только Мордора не хватает, а то в Суансесе – принцесса, тут – “Властелин колец”, для полного комплекта осталось найти труп Гэндальфа. Погоди-ка! Это что еще такое? – Валентина сбросила скорость, впереди показались стоящие патрульные машины. – Ну точно. Эльфы! Переоделись патрульными. А мы забыли свои джедайские мечи, – посетовала она.
Ривейро засмеялся. Валентина присоединилась к нему, сворачивая на обочину к остальным машинам.
Один из полицейских из отделения в Комильясе проводил их на противоположную сторону дороги за ограду. Ривейро шел, не в силах отвести взгляд от торчащего впереди из стоячей воды совершенно голого эвкалипта.
Валентина на миг приостановилась у обшарпанной вывески, буквы почти стерлись, но можно было разобрать: “Салон танцев «Тыковка». Глянь, как пляшут”. Впереди показалось вытянутое двухэтажное здание. Построенное лет пятьдесят-шестьдесят назад, оно выглядело заброшенным и по-настоящему жутковатым. Белая краска висела струпьями.
Перед домом стояло нелепое сооружение из деревянных поддонов – жилище для дюжины уток. Тут же, на двух длинных столах, накрытых желтыми клеенками, рядами выстроились тыквы. Сквозь грязные окна виднелось нагромождение мебели и какого-то непонятного хлама. Посреди сухих плетей плюща, обвившего фасад, торчала параболическая антенна.
– Что это за место? – спросила Валентина у патрульного.
– Старый танцевальный салон, его закрыли еще в девяностых, примерно когда я родился, – улыбнулся юный полицейский.
Но его лицо тут же окаменело – он наткнулся на разноцветный взгляд Валентины. Она буквально прочла мысли парня: “Эта та самая лейтенантша из Сантандера, которой все так боятся? И что у нее с одним глазом? Он у нее слепой? А так ничего, и на стерву вроде не похожа”.
Валентина прекрасно знала, что коллеги о ней судачат, но рассказывать о себе никому не
Вдруг Валентина услышала “Видел ли ты когда-нибудь дождь” группы Creedence, доносившуюся откуда-то из глубины дома. Песня закончилась, но тут же зазвучала снова – очевидно, ее поставили на повтор. О затишье после бури, насладиться которым удается лишь счастливчикам.
– Кто в доме? – спросила Валентина юного патрульного.
– Хозяин, – вздохнул парень. – Старик явно страдает синдромом Диогена. Они с женой много лет жили в Америке, а потом вернулись и открыли салон танцев, он был довольно популярным. Неплохой человек, но после смерти жены оставил все дела, заперся в доме, никуда не выходит. Моя бабушка его знает, он и вправду хороший, никому от него никакого вреда. Вообще-то это он сообщил, что увидел в воде что-то странное. Когда мы [18] приехали, течение прибило тело почти к самому берегу, как раз у дома.
18
Синдром Диогена, или синдром старческого убожества, – психическое расстройство, для которого характерно крайне пренебрежительное отношение к себе, социальная изоляция, склонность к собиранию всякой всячины.
– Да, я заметила, – кивнула Валентина.
Вблизи размеры дома впечатляли: три этажа, а не два, как это выглядело со стороны дороги. Перепад высоты на участке, спускавшемся к лиману, скрывал не только масштабы дома, но и размеры обступившего его огромного сада, заросшего и тоже заваленного сломанной мебелью.
Валентина подошла к месту, огороженному криминалистами. Тут были знакомые из горной поисково-спасательной группы, а также Лоренсо Сальвадор, руководивший разметкой участка на квадраты для обследования. На земле лежал продолговатый мешок, в который, судя по всему, уже упаковали труп. Клара Мухика в это время должна была проводить вскрытие принцессы, поэтому сюда прибыла ее помощница Альмудена Кардона.
Поздоровавшись с сержантом из местного отделения, Валентина решила не терять времени и осмотреть труп. Облачившись в комбинезоны, они с Ривейро прошли за ленту. Лейтенант ожидала увидеть тело в плачевном состоянии, однако облепленный тиной труп сохранился неплохо, хоть приятным такое зрелище все равно не назовешь.
– Привет, Кардона, как ты? – спросила Валентина судмедэксперта.
– Потихоньку, – улыбнулась та одними глазами над скрывавшей пол-лица маской.
Труп лежал на спине, человек был одет в элегантный серо-синий костюм, который, несмотря на грязь, выглядел дорогим. Синяя рубашка, галстука нет, один черный ботинок. Второй увяз где-то в мертвых топях, а может, остался в багажнике какого-то автомобиля или в любом другом месте, куда хозяин ботинок вряд ли планировал попасть.