Приручитель
Шрифт:
За воротник Артуру будто высыпали пригоршню снега. Точь-в-точь как в детстве, дворовые мальчишки обожали обстреливать коляску снежками. Приручитель встряхнулся, сбрасывая наваждение.
— Силен. Очень хорошо. — Она расслабленно откинулась на лавку, элегантно закинув ногу за ногу. Глаза женщины медленно наливались желтым. — Я каддэя, кицунэ, если быть точнее. Как та бедняжка, которой ты отказал в Искоростене, только гораздо, гораздо старше и сильнее.
— И как тебя зовут? — Артуру все меньше нравилась гостья.
— У меня сотни имен, истинное выговорить невозможно, так что лучше придумай
— Хорошо, я буду звать тебя Ари. А теперь дай угадаю — мое появление нарушило сложившийся порядок, и ты пришла покарать меня? — саркастично спросил Артур.
— Наоборот, я собираюсь помочь тебе восстановить его, подчиняющий. — В обеих чашах трубки вспыхнули черный и белый огоньки. — Мы заключим договор. Если пройдешь испытание и пообещаешь исполнить одно желание, взамен ты получишь мои знания, силу и выдающиеся способности.
— Хочешь создать связь? — Несмотря на незримую поддержку Хетем, он с трудом сопротивлялся любовным чарам опытной кицунэ. Напряжение в штанах только возрастало, лишая возможности ясно мыслить.
— Я буду полностью к твоим услугам. — Кицунэ подалась вперед и наклонилась. Ее жаркое дыхание обжигало кожу, а демонстративно приоткрытое декольте притягивало взгляд, как пламя свечи манит мотылька. — Любые пожелания.
— А если не пройду? — выдавил он вопрос, подсказанный Хетем. Феникс по-прежнему смотрела в окно, помогая Артуру вытеснять вторжение.
— Тогда я останусь с Якубом. — Она медленно отстранилась и повернулась к двери, спрятав трубку. — До твоего появления он был моим лучшим вариантом.
— Он тоже приручитель? — Артур не смог сдержать вздох облегчения. Юноша не видел лица черноволосой каддэи, но готов был поклясться, что на нем играет снисходительная улыбка.
— Разумеется, нет. Именно поэтому я здесь. Сможешь ограбить банк и оставить добычу себе, и я вся твоя. Докажи свою силу. — Она послала воздушный поцелуй и хихикнула. Стороживший дверь волколак вытянулся в струнку, провожая каддэю преданным щенячьим взглядом.
«Будь у него хвост, точно завилял бы», — ехидно подумал Артур.
— Фух… — Хетем вытерла выступивший пот, встревоженно посмотрев на юношу. — Ты в порядке?
— Более-менее. —Тот выдохнул и обессиленно сполз на пол. С исчезновением мощного ментального давления наступило такое облегчение, что деревянная скамья теперь казалась пуховой периной. — Спасибо, который раз меня спасаешь. Кстати, зачем?
— О чем ты? — Брови рыжей девушки медленно поползли вверх.
— Я уже спрашивал. Сейчас ты помогла мне противостоять этой лисе, тогда в борделе — пытаясь убить волколака. — По наитию он добавил в голос силы, окутывая ею девушку. — Скажи честно, зачем тебе все это?
— Как я уже говорила, есть легенда, которая делает твою смерть крайне невыгодной для меня. К тому же ты мне... — Хетем осеклась, гневно сверкнула зеленью глаз и сжала кулачки. — Не смей так больше делать! Никогда! Я тебе не игрушка!
Размеренность из голоса девушки пропала, уступив место гневу и обиде.
Как Артур ни извинялся,
«Надеюсь, отойдет, а то нам точно конец», — Артур тяжело вздохнул и вышел следом за каддэей, гадая, что ожидает их за пределами поезда.
***
Вокзал встречал Артура суетой и причудливой смесью запахов раскаленного железа, старого дерева и протухшей рыбы. Мимо пробегали носильщики с тележками, полными чемоданов и мешков, спешили опаздывающие пассажиры, целеустремленно чеканили шаг городовые и служащие.
А еще Артур вернулся в привычную шкуру изгоя. Люди сторонились хмурых волколаков и каддэев в ошейниках, вокруг группы возник пузырь отчуждения. Кицунэ в пальто не обращала на хуманов никакого внимания, со скучающим видом шагая к выстроившимся у выхода омнибусам.
Угрюмые извозчики в одинаковых шляпах и густыми бородами живо напомнили юноше про кучкующихся у вокзалов таксистов из его мира — такие же презрительные взгляды и выпирающие животы. Из группы вышел мужчина лет пятидесяти и обратился к самому высокому волколаку, игнорируя кицунэ, удивленно приподнявшую бровь.
— Куда вам, господин?
— Это не слишком вежливо по отношению к даме, — заметил Артур.
— Тебя спросить забыл, малец, — отрезал мужик. — Чай, не дворянский сынок.
— Уважаемый, где же ваши манеры. — Кицунэ мягко улыбнулась, успокаивая зарычавшего волколака, и встала перед наглым извозчиком. На мгновение ее глаза вспыхнули розовым, заставив человека расплыться в глупой улыбке. — К счастью, я отличный учитель! Сегодня вы работаете бесплатно. Кажется, вам принадлежит та скучная карета, но мы поедем вон на том прелестном омнибусе. Правьте в гостиницу, что у имперского банка, и поскорее.
— Да, госпожа. Разумеется, госпожа. — Из уголка губ человека потекла тонкая ниточка слюны.
Артур успел заметить, как мужчина передал толстый кошель изумленному хозяину выбранного омнибуса. Еще бы, в нем легко мог поместиться целый взвод. Деревянный корпус украшали позолота и вензеля, а мягкость диванов вернула юноше веру в человечество.
Извочик успел галантно распахнуть дверь перед лисицей и бодро вскочил на козлы. Четверка черных как ночь лошадей бодро понесла их к пункту назначения, но внутри не ощущалось ни движения, ни качки..
«Вычеркиваем рессоры из списка возможных изобретений».
Мозырь разительно отличался от Искоростеня. Кицунэ любезно рассказала, что город процветал за счет удачного расположения на реке и развитой промышленности. Богатые купцы основали несколько мануфактур, впоследствие ставших заводами. Если Искоростень кое-как жил за счет производства патронов и добычи угля, то Мозырь мог похвастаться фарфором, кирпичами, мебелью и рыбой.
В городе преобладали двух- и трехэтажные дома. Прибывший из мира серых, невзрачных панелек Артур безумно радовался буйству красок: алые и бордовые кирпичи, зеленые древесные кроны, пряничные особняки обеспеченных горожан.