Приручить чудовище
Шрифт:
Алистэр направился к королю, двигаясь быстро и уверенно, так что никто не окликнул его.
— Я прошу слова, ваше величество. Алистэр приблизился к королю и поклонился.
— Кто вы, сэр? — спросил король, и на мгновение Алистэр почувствовал, что сердце его остановилось. Потом король поднял голову, и его юное лицо прояснилось. — А, сэр Алистэр Манро, наш блистательный натуралист. Бланшар, принесите стул для сэра Алистэра.
Бланшар нахмурился, но дал знак лакею. Тут же принесли
— Знакомы ли вы с графом Бланшаром? — спросил король, указывая на хозяина дома.
— Не имел удовольствия, — поклонился Алистэр. — Простите меня, сэр, что незваным явился на ваш прием.
На лице Бланшара была написана неприязнь, но он не мог высказаться сейчас, когда король пригласил Алистэра. Он вежливо кивнул.
— А эти джентльмены — герцог Листер, его сын и наследник граф Кимберли и лорд Хасселторп, — представил король мужчин, сидевших с ними за столом.
Хасселторп сидел слева от короля. Это был представительный мужчина средних лет. Листер и его сын сидели напротив короля. Листер был одних лет с Хасселторпом. На герцоге были камзол и жилет винного цвета. Его сын, крепкий молодой человек, слегка хмурился, словно был смущен внезапным приходом нового гостя.
Алистэр поклонился и сел. Присутствие наследника Листера было непредвиденной удачей.
— Прошу прощения, ваше величество, джентльмены, но дело, по которому я пришел, не терпит отлагательств.
— Правда? — Пронзительно-голубые глаза короля смотрели из-под белого парика и казались еще холоднее от расшитого бриллиантами голубого камзола. — Вы закончили ваш труд о флоре и фауне Британии?
— Я близок к завершению. И если на то будет ваша воля, для меня была бы большая честь посвятить мою книгу вам.
— Благодарю, дорогой Манро. — Король даже порозовел от удовольствия. — Мы предвкушаем чтение этой книги, когда она будет закончена и опубликована.
— Спасибо, ваше величество. Я надеюсь… Однако Листер оборвал его, громко откашлявшись:
— Информация о вашей книге, Манро, конечно, занимательна, но я не вижу, почему нужно было прерывать нашу встречу, чтобы говорить об этом.
Между бровями короля пролегла легкая морщинка. В дальнем конце комнаты снова открылась дверь, вошла светловолосая молодая леди и села на пустое место за столом. Она бросила на собравшихся оценивающий взгляд.
Алистэр обернулся к Листеру и благодушно улыбнулся:
— Я вовсе не собирался знакомить вас с подробностями моего исследования. Я понимаю, что мало кто столь восхищается чудесами Божьего творения, как его величество и я.
Лицо Листера побелело, когда он понял свою оплошность, но Алистэр продолжил:
— На самом деле мой
Он сделал паузу и отпил вина из бокала, который поставили возле него.
Листер приподнял бровь:
— Вы нас просветите?
Алистэр улыбнулся и поставил бокал на стол.
— Естественно. — Он обратился к королю: — Недавно я изучал привычки барсуков, ваше величество. Удивительные тайны открываются даже у самых обычных животных.
— Правда? — Король даже подался вперед от любопытства.
— О да! Например, самка барсука достаточно агрессивное существо, но когда дело касается ее потомства, она оказывается очень заботливой и нежной мамашей. — Он сделал еще глоток.
— Как необычно! — воскликнул король. — Мы никогда бы не подумали, что какие-то барсуки могут испытывать те же высокие чувства, которые Господь даровал человеку.
— Именно, — кивнул Алистэр. — Я сам преисполнился сочувствия к самке, которая потеряла своих детенышей, убитых ястребом. Она плакала так жалобно, бегала взад и вперед, несколько дней отказываясь от еды. У меня даже появились опасения, что она может уморить себя до смерти, так опечалена она была утратой потомства.
— И при чем же здесь мы? — нетерпеливо спросил Листер.
— Алистэр медленно повернул к нему голову и улыбнулся:
— Неужели вы не испытываете хоть какой-то доли сочувствия к барсучихе, столь горюющей по своим утраченным детям, ваша светлость?
Листер брезгливо усмехнулся, но король ответил:
— Любой благородный человек, без сомнения, будет, тронут таким поведением.
— Естественно, — проговорил Алистэр, — и не больше ли того благородный человек должен посочувствовать леди, разлученной со своими детьми?
Наступила тишина. Глаза Листера сузились от неприкрытой злобы. Его сын смотрел с пониманием, Хасселторп и Бланшар замерли. Алистэр не знал, насколько они знакомы с ситуацией, однако сын Листера точно кое-что знал. Он переводил взгляд с отца на Алистэра, его рот сжался в тонкую линию.
— Вы говорите о какой-то определенной леди, Манро? — спросил король.
— Да, сэр. Эта леди прежде была связана определенными отношениями с его светлостью герцогом Листером, а теперь страдает, утратив своих детей.
Король поджал губы:
— Они умерли?
— Хвала Господу, нет, ваше величество. Их просто отняли у матери, возможно, вследствие ошибки.
Листер поднялся, его бровь задергалась. — Какую игру вы ведете, Манро?
— Игру? — удивленно спросил Алистэр. — Я не играю, я просто констатирую факт. Или вы отрицаете, что Абигайль и Джейми Фицуильям находятся в вашем городском доме?