Приручить 7-го

Уолш Хлоя

Он уже лежал на боку лицом ко мне, моя правая рука была зажата между его обеими руками. — Привет.

— Ты в порядке?

Всхлипнув, он вытер щеку о подушку и медленно покачал головой.

— Тебе приснился плохой сон?

Он кивнул один раз.

— О лодке? — спросила я, положив свою свободную руку поверх его. — О падении в воду?

Еще один небольшой кивок.

Я попыталась осчастливить его, сказав: — Теперь ты в безопасности. Приятно, тепло и сухо – и ты снова со мной.

Он

не улыбнулся.

Вместо этого он продолжал смотреть на меня, в то время как большие слезы стекали по его щекам. — Что мне делать, Клэр?

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, придвигаясь ближе, чтобы наши ноги соприкасались. У меня были холодные пальцы ног. У Джерарда всегда были теплые. Кроме прошлой субботы. Первый день причастия его и Хью. День, когда наши папы вывезли наши семьи на большую лодку, чтобы отпраздновать это событие. В тот день Джерард весь был синим и холодным.

— Без отца, — прошептал он, прикрывая мои ноги своими. Он зажмурился, прежде чем выдавить: — И м-моя с-сестра. — Сдерживая еще одно рыдание, он прерывисто выдохнул. — Я теперь совсем один.

— Нет, это не так, — прошептала я в ответ, свободной рукой вытирая огромную слезу со своей щеки. — У тебя есть Сайв, Кит и Марк…

— Я ненавижу его, — прервал он с резким шипением.

— Кого? Кита?

Он напряженно кивнул. — И н-не только он.

— Марк тоже?

Всхлипнув, он глубоко сглотнул, прежде чем сказать: — Мне не нравится, как он на меня смотрит.

Мои глаза расширились. — Он плохо на тебя смотрит?

— По злому, — объяснил он. — Как будто он хочет причинить мне боль.

Гнев рос в моем животе. — Тебе?

Он снова кивнул. — Может быть, даже убить меня.

— Ну, я пну его по Вилли, если он тебя обидит, — прорычала я. — Я знаю, как это сделать. Просто спроси Хью. На прошлой неделе я пнула его по спине за то, что он сломал мою Барби, и он заплакал.

— Ах, да. — Джерард улыбнулся. — Я помню.

Его первая широкая улыбка с того дня.

— Мне нравится твое лицо, когда ты это делаешь, — сказала я ему, протягивая руку, чтобы коснуться дыры, которая появилась на его щеке, когда он улыбнулся.

— Что делаю?

—Улыбаешься, — объяснила я. — От этого у меня трясется живот.

— Трясется?

— Ага. — Нетерпеливо кивнув, я хихикнула, когда это произошло снова. — Как подвижное желе.

— Хм. — Брови Джерарда нахмурились, и он выглядел так, словно очень сильно сосредоточился. — Для меня то же самое.

— Эй, Джерард?

— Да, Клэр?

— Ты все еще держишь меня за руку.

— Я знаю. — По его телу пробежала дрожь, и он сильнее сжал мою руку. — Извини. Просто… держа тебя за руку, я чувствую себя лучше.

— Правда?

— Да. — Он осторожно наблюдал за мной. — Все хорошо?

—

Да. — Я улыбнулась ему. — Ты можешь держать меня за руку вечно.

— Ты обещаешь?

— Ага. — Я зевнула, чувствуя сонливость. — Я обещаю.

10 ЛЕТ СПУСТЯ

Вернулись с удвоенной силой

Гибси

— Кричи, жалкий кусок дерьма, — приказал голос в моей голове.

Это был мой голос?

Или чей-то другой?

Я больше не был уверен.

Все, что я знал в этот момент, это то, что мне не хотелось ничего, кроме как двигаться, бежать, кричать, но я не мог.

Зови на помощь, черт возьми!

Я не могу!

Ничего не получалось.

Я не мог пошевелить ни единым мускулом.

Не больше, чем кончик пальца.

Я был парализован страхом.

Снова.

Оказавшись беспомощным, я облил слезами ту часть матраса, к которой было прижато мое лицо.

Давление.

Оно поднималось мне в горло.

Заталкивает меня глубже в матрас.

Тихие слезы, за которыми последовали тихие крики, которые не могли активировать мои голосовые связки.

Кап. Кап. Кап.

Тяжелый вес надо мной удерживал меня в моей личной вечной яме ужаса.

Я тону.

Прижавшись лицом к матрасу, я перестал дышать. Позволил воде наполнить мои легкие до точки взрыва.

Ноздри раздуваются.

Это не правда.

Размахиваю рукам.

Ты не здесь.

Тьма просачивается внутрь.

Это больше не больно.

Изображение сокрушающих волн сменилось знакомым видом моей площадки наверху.

Я тону, мам.

Я мог видеть оттенок света лампы в ее спальне, сияющей из-под дверного косяка.

Я снова погружаюсь под воду.

Эта ужасающая, знакомая жгучая боль пронзила меня, заставляя мое тело беспомощно биться.

Почему ты не видишь меня?

Смерть была бы лучше, чем это.

Это больно.

Я уже умирал внутри.

Останови это.

Мои внутренности уже были разрушены.

Заставь его остановиться.

Моё сердце медленно распалось в груди.

Нет, не отнимайте меня у них.