Принцип невмешательства
Шрифт:
Когда Шон покинул бункер, где держали Анвил, я вдруг понял, что, кажется, все мои планы накрываются большим медным тазом. Иногда так не хочется настолько разбираться в людях… Чтобы до конца не знать, что они сделают. В этом случае проблемы решаются по мере поступления, и не надо мучительно размышлять, что же мне с этим воякой делать. Ну не убивать же! А поделиться своими планами я и не успею, и не смогу. Да и не поверит он вот так, сразу. Значит, придется пока смотреть… и решать проблемы по мере поступления.
— Док, вы
— Слышал. Думаю, она просто поддалась твоему напору.
— Она осознала, что другого выхода нет, — с нажимом произнес солдат. — И эту мысль я до нее донес.
Говорил он уверенно, но думал о чем-то другом, временами бросая сосредоточенные взгляды по сторонам.
— Не уверен. Но в любом случае я доложу о результате руководству.
— Док, — неожиданно спросил Шон, — вы до сих пор используете обычные простые карандаши? — Он взял со стола, где валялась еще приличная куча барахла, парочку простых деревянных карандашей с графитовыми грифелями. — Острые!
— Нет ничего удобнее их! — похвастался доктор. — Особенно когда приходится делать записи на керамических пластинах, которые потом подвергаются разного вида воздействиям. Не так просто было заставить руководство доставить специальную партию с Земли. Кстати, то, что ты держишь в руках, — специальный заказ, где используется очень прочное дерево и утолщенный грифель повышенной твердости — можно консервные банки прокалывать!
— Здорово! — восхитился Шон, сгребая со стола все доступные карандаши. — Вы не возражаете, если я воспользуюсь?
— Но зачем вам? — искренне удивился док. — Вы рисуете?
— Можно и так сказать… — Тут взгляд Шона упал на бумажный конверт с надписью «Объект 1875 Анвил. Личные вещи». Он взял его и вытряхнул оттуда единственную вещь, которая (кроме одежды) была на девушке — идентификационный браслет.
— Это нельзя трогать! Здесь есть секретные материалы! — Похоже, профессор Зильберман все еще списывал поведение Шона на обычную солдатскую неотесанность. А я пока оставался в роли пассивного наблюдателя, до сих пор не сообразив, как ко всему этому относиться и что делать?
— Извините, док, — сказал капрал без тени вины, — но мне придется настоять на своем. — Он как бы невзначай попробовал пальцем остроту карандаша. — И предложить проводить нас с эльфийкой прямо к мастеру Ханту, чтобы тот организовал нам встречу с мастером Карлосом. Вы же знаете, как отключить это чертово поле?
— Да что вы себе позволяете! — вскричал профессор Зильберман, от волнения переходя на «вы». — Не переоценивайте свою помощь! Лучше возвращайтесь к себе домой, а мы тут без вас разберемся, как вести исследования.
— Боюсь, вы меня не совсем поняли, — вежливо ответил Шон. — Ваше видение проблемы мне неинтересно, но помощь очень пригодится.
А
— С чего вдруг я возьмусь вам помогать?! — Доктор испугался. Лаборатория секретная, никаких средств слежения в ней не предусмотрено, охрана здесь не ходит — не положено. Под рабочим столом есть стандартная красная кнопка, но до нее еще надо как-то добраться.
— Потому что я вас убедительно прошу это сделать, — терпеливо напомнил Шон. Сначала он хотел просто пригрозить физической расправой, но вдруг передумал, видя, что доктор почти готов поверить в его помощь. — Мне всего лишь нужно, чтобы вы проводили нас к вашему руководству. Можете взять сколь угодно много охраны. Поймите, — перешел он на проникновенный тон, — это вынужденная мера; я просто хочу помочь. И вам в том числе. — Он задумчиво посмотрел на карандаш в своей руке, подвинул себе ближайший чистый лист бумаги и начал что-то рисовать.
Интересно, что он задумал? Если вправду хочет встречи с руководством, он дурак — с текущего момента он уже не жилец процентов на пятьдесят. Пока на пятьдесят.
— Вы знаете, а я почти готов вам поверить. — Профессор не мог понять, что затевает этот человек, насколько он искренен в своих утверждениях. Может, он считает, что успех в этом деле — его шанс выслужиться перед руководством? Или он хочет помочь эльфийке? Но как?! Это маленькая колония, здесь просто негде прятаться, а покинуть планету и вовсе невозможно! Этот вариант тоже нелогичен. — Чем черт не шутит…
— Да, моя помощь будет полезна всем, — согласился Шон. — Это мой шанс получить признание, я не намерен его терять.
— Но Хант не согласится на такую встречу, — возразил доктор. Услышав подтверждение своей догадке, он немного успокоился и уже не думал о вызове охраны. Тем более что может случиться невероятное, и этот солдат действительно поможет избавиться от проблемы, над которой они бьются уже давно. Последний довод все решил. — Впрочем, я могу попробовать помочь, если ты твердо уверен, что твое предложение приведет к положительному результату.
— Уверен, — как можно более твердо заявил Шон. Он явно не ожидал, что Зильберман даст согласие, но расслабляться не стоило. — Поймите, только добровольное сотрудничество может дать плоды, других путей попросту нет. Вы можете разобрать ее на молекулы, но ничего не добьетесь, а любые методики, применимые к людям, тут вообще не сработают.
— Откуда такое знание внеземной психологии? — недоверчиво, но заинтересованно фыркнул доктор, садясь перед консолью. Нажимать кнопку вызова охраны он окончательно передумал.