Принцесска
Шрифт:
– Кадет Арос, не спешите, – опять услышала я. – Мы с вами пойдем так, как и пришли.
Я удивленно оглянулась на него. Что вообще происходит в голове куратора? Зачем нам идти другим путем?
Как я ни пыталась найти ответы на эти вопросы в лице мастера Ирэ, у меня не получилось. Внезапному усыплению своих способностей физиономиста я нашла три оправдания: 1. Темно, 2. Я все же перебрала с коктейлями, 3. Хаган Ирэ значительно более сильный и опытный игрок, нежели я.
О последнем думать совсем не хотелось, потому что что-то мне подсказывало, что мы с ним не подружимся. А, следовательно, уж лучше
Мастер Ирэ подождал, пока все кадеты нырнут в неприметное ущелье и направился к другому, еще менее приметному ходу.
– Чего же вы, кадет Арос? – Насмешливо поинтересовался мастер, когда обнаружил, что я не спешу следовать за ним. – Неужели вы меня боитесь?
– Вас? – Я не спеша направилась следом. – Не льстите себе.
Да, я хорохорюсь. И да, я действительно опасалась оказаться с полковником один на один в столь замкнутом пространстве. Мало ли, вдруг он в впрямь захочет снять стресс с помощью лишения меня драгоценной жизни? Но признаваться мастеру в своих страхах я, конечно же, была не намерена.
– Я думаю, льстите себе вы, – весело произнес куратор, перед тем, как протиснуться между огромных камней.
Он меня злил намеренно, я это понимала, но все равно велась на этот детский трюк. Чуть ли не шипя, как кошка, я скользнула следом за ним, но алкоголь все же давал о себе знать и, не удержавшись на каменном выступе, а грохнулась вниз. Лететь было не долго, около метра, но колени точно бы были сбиты, как и ладони, если бы сильные руки не подхватили меня за плечи.
В полной темноте мастер попытался придать мне форму трезвого и здорового человека, но ноги не хотели стоять, разъезжались на неровных камнях, подводя свою хозяйку.
В голове пронеслась мысль, что это, видимо, догнал последний коктейль. Пронеслась и тут же ускакала в неизвестном направлении. Несмотря на странную слабость в теле, моя голова работала практически без перебоев. Из чего я решила, что свою алкогольную продукцию хозяин «Веселой ивы» решил усовершенствовать. Надо будет наведаться к нему после и объяснить, почему нельзя экспериментировать на кадетах.
– Сколько ж вы выпили, кадет Арос? – Голос мастера показался мне растерянным.
Я еще немного попыталась бороться с собой, но потом плюнула на все это дело. Почти упав вперед, я потянулась непослушными руками к шее куратора.
– Донесите меня, пожалуйста, – язык тоже слушался все хуже.
Да что же это со мной?
Я почувствовала, как начинаю заваливаться на бок, а теплые руки меня придерживают, укачивают, и, наверное, я сейчас усну.
– Мари? Мари?!
Мне уже все равно, дайте только поспать, пожалуйста, больше ничего не нужно.
Но поспать мне не дали. Сначала опустили на холодные камни, от чего я поежилась, но встать даже не подумала. Мне хорошо и на холодном.
Потом совсем рядом зажегся свет. Краем сознания я отметила, что это, наверное, мастер решил осветить нам дорогу. Хотя дорогу куда, если мне и тут хорошо?
– Вот … – Куратор беспрестанно начал повторять непечатные выражения, которые раньше мои уши не слышали. И я честно хотела попросить его прекратить выражаться в моем присутствии, но совсем
А через секунду сильные пальцы надавили мне на челюсть, заставляя открыть рот, в горло полилась какая-то мерзкая, горькая жидкость. Я хотела откашляться, выплюнуть ее, но у меня не получилось сделать даже этого.
На мгновение мне показалось, что я сейчас захлебнусь, но в тот же момент пытка прекратилась. Меня приподняли, облокотили на что-то твердое и теплое. Мои руки начали разминать, щипать, даже подносить ко рту и дышать на них. Зачем это все, интересно?
Потом мне начали тереть виски и скулы, шею и ключицы. А потом я почувствовала боль. Конечности скрутило мощной судорогой, и я заорала. Да, я даже смогла заорать. Меня колотило, я билась в конвульсиях, но меня крепко держали, не давая поранить себя об острые камни.
Сколько я так кричала, я не знаю, но, когда я замолчала и в изнеможении откинулась назад, мое горло было сорвано, а мышцы болели, как после десятичасовой практики по физподготовке.
Теплая рука убрала волосы с моего влажного от пота лба. Мне было холодно, и я попыталась плотнее прижаться спиной к единственному теплому, что ощущала рядом – к могучей груди Хагана Ирэ. Руки обхватили меня уже не сильно, а скорее бережно. Я почувствовала, как над ухом просвистел облегченный вздох, а потом волос коснулся легкий поцелуй.
– Поздравляю со вторым днем рождения, кадет Арос, – голос мастера был хрипловатым, напряженным. – Вы только что избежали смерти от одного из самых сильных ядов – Черной Пантеры.
Глава 3. Наказание
– Итак, давайте сначала, – Хаган Ирэ протискивался между каменными сводами узкого прохода в скале, что давалось ему не так-то уж и легко с дополнительным весом в виде меня. – Врагов у вас нет, ведете вы себя образцово и травить вас не за что. Так?
Признаться честно, в его сильных руках я уже почти задремала. Сказывался, видимо, пережитый стресс и общая усталость организма. Но ответить на вопрос посчитала возможным.
– Да, все верно, – я прижалась к полковнику плотнее, уткнувшись носом в район его ключицы.
Сейчас точно отключусь.
– А как же тот молодой человек, которого вы так грубо отправили восвояси?
Ну зачем он заставляет меня напрягать мозги прямо сейчас?
– Не знаю, о ком вы, – пробормотала я.
Вдруг мою тонкую одежду пронзил ледяной ветер и я, поежившись, полезла обниматься к куратору в поисках тепла.
– Нет, кадет, – меня отстранили достаточно резко, от чего показалось, что я осталась один на один с этим сумасшедшим ветром. – Здесь вы сами. Я не смогу вас нести дальше.
Я с трудом разлепила глаза, оглянулась. Мы только что выбрались из прохода на территорию Кадетского Корпуса, поэтому, чтобы попасть в свою комнату, нужно было преодолеть тот непростой путь, которым я убегала из Крепости. Только сейчас, после этой нелепой попытки отравления меня, сил совсем не было.
Хотя, назвав попытку нелепой, я здорово лукавила. Не будь со мной рядом мастера Ирэ, я бы умерла. Ведь мои однокурсники решили бы, что я пьяна, дотащили бы до комнаты, уложили бы спать, даже не догадавшись позвать кого-нибудь. И я бы умерла. Вот так просто, даже не осознав, что со мной произошло.