Принцесса
Шрифт:
— Я здесь.
— На стене караульного помещения есть двусторонняя рация. Пусть кто-нибудь заберет ее, когда это будет безопасно. Так мы сможем… мы сможем сказать нашим людям, что выходить безопасно.
— Ладно. Хорошо, я так и сделаю, — я все еще отчаянно давлю на его рану. Он теряет так много крови. Она на моих руках, предплечьях, джинсах.
— Не знаю… — его голова сваливается набок. Глаза закрываются. — Не знаю, смогу ли я… сделать это сам.
***
Два часа спустя
Если бы мы не смогли попасть в бункер, он, возможно, не выжил бы, потеряв так много крови. Но у нас все еще есть запасы крови и оборудование для переливания, и врач сказал мне, что с ним все будет в порядке.
Они накачали его лекарствами, пока вынимали пулю, так что теперь я просто жду, когда он проснется.
Мое тело ощущается так, будто на меня взвалили невидимый груз, но, по крайней мере, оно снова чистое. Я приняла душ в своей квартире и переоделась в чистую одежду — белая майка без рукавов и мягкие серые трикотажные домашние штаны. Я больше не заплетала свои длинные волосы в косу после душа, поэтому они свободно свисают на плечи и спину.
Это мешает, но на самом деле мне все равно. В ближайшее время я не планирую ничего делать, кроме как сидеть прямо здесь, рядом с кроватью Гранта.
Мэри заходила несколько минут назад, чтобы проведать его и дать мне свежую бутылку воды. Она пыталась заставить меня что-нибудь съесть, но меня все еще подташнивает.
Теперь мы с Грантом одни в маленькой стерильной комнате. Это большое облегчение. Мне это нравится.
В конце концов он начинает слегка ерзать в постели. Издает горловой звук. Он еще даже не открыл глаза, а уже хрипло бормочет:
— Принцесса.
— Я здесь, — я наклоняюсь вперед и кладу ладонь на его левую руку.
Грант прочищает горло и открывает слегка затуманенные глаза. Пару раз моргает. Затем выражение его лица смягчается.
— Привет.
Улыбка, которой я одариваю его, вероятно, выглядит глупо.
— Привет.
— Ты в порядке?
— Я в порядке. Не меня же подстрелили. А тебя.
Он беспокойно шевелится, морщится, когда двигает поврежденной правой ногой.
— Проклятье.
— Доктор сказал, что с тобой все будет в порядке. Он вытащил пулю и сказал, что она причинила минимальный ущерб. Из-за кровопотери твое состояние какое-то время было рискованным. Но он сказал, что теперь с тобой все будет хорошо. Ты должен беречь больную ногу.
— Посмотрим, — бормочет Грант, поглядывая на дверь, как будто уже планирует свой побег.
— Ничего не посмотрим. Ты будешь беречь ногу столько, сколько понадобится. Теперь кризис миновал. Тебя подстрелили, а это значит, что тебе нужна передышка на восстановление, хочешь ты этого или нет.
Он кривит губы, глядя на меня, но я понимаю, что на самом деле он не раздражен. В основном он выглядит измученным.
Я могу вам посочувствовать.
— Как дела у наших? — спрашивает Грант другим тоном. — Какие-нибудь проблемы в бункере?
— Нет. Они оставались здесь, внизу, в безопасности.
Грант закрывает глаза, и я вижу по его лицу реакцию на эту новость, хотя он не произносит ни слова.
Через минуту я продолжаю:
— Ребята из «Новой Гавани» прямо сейчас помогают нам восстановить забор.
— Черт. Я должен быть там, наверху, помогать им.
— Они не нуждаются в твоей помощи. Они прекрасно справляются и без твоего командирства.
Его губы снова смягчаются.
— Но ты здесь, внизу. Полагаю, это означает, что ты хочешь, чтобы я немного покомандовал.
Я не могу удержаться от хихиканья.
— Я могу вынести это твое командирство лучше остальных.
Моя рука все еще лежит на его предплечье, и Грант протягивает другую руку, чтобы накрыть мою ладонь, слегка сжимая ее.
— Значит, все еще здесь?
— Кэл и Рэйчел уехали.
— Нам нужно было заплатить им.
— Дэйв позаботился об этом. Он собрал для них кучу вещей, а Рэйчел взяла один из мотоциклов Волчьей Стаи. Она сказала, что ее байк держался на последнем издыхании, поэтому она была рада получить другой.
— Это хорошая идея. Любой из добровольцев должен взять любое из дополнительных транспортных средств, которое захочет. Они нам не нужны, так что посмотри, не пригодятся ли они Маку, Трэвису или кому-нибудь еще.
— Я так и сделаю. Но Трэвис тоже уже уехал. Торопился вернуться к своей жене. Но он сказал, что, возможно, привезет ее обратно сюда, поскольку у нас такие хорошие медицинские учреждения. Они могли бы остаться здесь, пока она не родит. Это было бы намного безопаснее, чем пытаться сделать это самостоятельно дома.
— Да. Хороший план. Рад, что мы можем предложить некоторую помощь, поскольку они так много сделали для нас.
— Я тоже так подумала. Наших лекарств не хватит надолго, но, по крайней мере, у нас есть оборудование и некоторый опыт. Так что какое-то время мы можем выступать в качестве своего рода больницы для местных жителей.
Грант кивает, явно соглашаясь, но в то же время, похоже, мысленно переключается на что-то другое.
— Довольно скоро нам понадобится что-нибудь покрепче забора. Может, что-то сродни стене, которую они построили в «Новой Гавани». Мне нужно…
— Тебе нужно подождать. Это не обязательно делать сегодня. Сейчас они восстанавливают забор, и мы поработаем над всем остальным, как только сможем. Что я тебе только что говорила о твоем командирстве?
Грант откидывается на спинку кровати и хмуро смотрит на меня без всякого раздражения.
— Я должен кем-то командовать.
— Тогда можешь командовать мной.
— Хорошо, — он делает глубокий вдох, и я почти уверена, что он целенаправленно расслабляется и приводит мысли в порядок. Это дается ему нелегко, так что ему приходится приложить усилия. Затем он переводит взгляд на меня. — Иди сюда, принцесса.