Принцесса Теней

Валенти Сюзанна

Я опустился в кресло рядом с его местом на диване, а Калеб пересел ближе к Дариусу, обменявшись со мной растерянным взглядом.

Сет направился на кухню, прихватив четыре бутылки пива и раздав их, а затем сел на диван рядом с Дариусом. Он протянул руку, чтобы погладить волосы Дариуса, и в кои-то веки тот не попытался отмахнуться от него. Я даже почувствовал, как от него исходит утешение в ответ на действия Сета.

— Почему ты так беспокоишься о Ксавье? — мягко спросил я, умоляя его ответить и хотя бы позволить нам помочь с этим.

Дариус

открыл рот, чтобы ответить, но страх, который он испытывал, обострился, и вместо этого он покачал головой.

— Это то, что тебя заставили не говорить? — спросил Калеб.

— Нет… просто, если я скажу тебе, ты будешь обязан рассказать об этом своим родителям. Я не хочу ставить никого из вас в такое положение.

Сет захныкал, глядя на меня так, словно у меня было какое-то волшебное решение этой проблемы.

Я пожевал нижнюю губу, гадая, что же это может быть, если он считает, что не может поделиться с нами по этой причине. Это заставило меня вспомнить о моем собственном секрете. О том, который я скрывал от всех них. О том, что Тори Вега хранила для меня.

Мой пульс забился, когда я задумался о том, чтобы рассказать им о своей родословной. Будет ли им это интересно? Поддержат ли они претензии моей младшей сестры, когда она достигнет совершеннолетия, только потому, что она была законной, а я нет? Я так не думал. И, возможно, я слишком долго держался за эту ложь. Возможно, пришло время нам всем проявить больше доверия.

— Что если мы обменяемся клятвой о неразглашении? — предложил я. — И я тоже расскажу тебе все свои секреты?

Дариус нахмурился, наклонился вперед в своем кресле, глядя на меня.

— Какой секрет? — спросил он.

Я лишь улыбнулся, протягивая ему руку, пока вызывал магию, необходимую для этого заклинания. Когда заклинание будет готово, мы сможем рассказать друг другу ложь, которую мы сдерживали, но мы будем связаны магией, так что мы не сможем говорить о ней снова за пределами этого места.

— Я тоже расскажу вам один секрет, — согласился Калеб, придвигаясь ближе, его нога прижалась к ноге Дариуса. Мы четверо прижались друг к другу так близко, что должно было быть некомфортно, но почему-то не было. Это были узы нашего братства. Дариус нуждался в нас, и мы собирались показать ему, что мы будем здесь, несмотря ни на что.

— Я тоже, — быстро согласился Сет.

Дариус колебался лишь мгновение, прежде чем кивнуть и вложить свою руку в мою. Мы оба сняли барьеры с нашей магии, и я вдохнул его силу, когда она проникла под мою кожу, образовав прилив с моей собственной магией, так что они переливались из одной в другую. Мы были равны, но жар его огненной магии вспыхивал под моей плотью, а моя воздушная сила проникала под его. Наша магия воды встретилась и вздыбилась, ее сила расцвела, когда она соединилась на некоторое время.

Калеб протянул руку и положил свою на нашу слева, а Сет обхватил нас справа. Когда они сбросили барьеры вокруг своей собственной

магии, сила земли зажурчала и в нашей связи. Я не думал, что мы когда-либо раньше так делились силой вместе. Четыре глубоких источника нашей магии разбухали и объединялись в нечто поистине ужасающее. По отдельности мы были силой природы, а вместе наша мощь была просто катаклизмической.

— Черт, — тяжело простонал Сет.

Калеб захихикал, и я тоже усмехнулся. Это было более чем ошеломляюще, но это было чертовски приятно. Даже Дариус улыбнулся, когда волны энергии проскользнули между нами, и каждый из нас был подхвачен приливом силы, настолько дикой, что это опьяняло.

Я работал над наложением клятвы тайны на нашу силу и чувствовал, как Дариус, Сет и Калеб усиливают заклинание, вливая в него свою магию.

Я не был уверен, что Дариус заговорит сразу, поэтому решил открыться первым, чтобы показать ему, насколько я ему доверяю.

— Моя мать — не моя мать, — сказал я, мой голос дрожал, когда я впервые в жизни произнес эти слова вслух.

— Что? — спросил Дариус, явно удивленный тем, что мой секрет оказался таким тяжелым. Сет и Калеб уставились на меня, словно не могли поверить в то, что я сказал, и я продолжил, желая выплеснуть это, пока у меня не сдали нервы.

— Мой отец был вынужден жениться на женщине, которую вы считаете моей матерью, из-за договоренности о власти. Но он влюбился мою настоящую мать еще до того, как это было решено. Он держал ее рядом, и она забеременела от него раньше, чем от своей жены. Они скрыли это, притворились, что я был законным, чтобы скрыть скандал. И я почти уверен, что моя приемная мать отравила мою настоящую маму, чтобы избавиться от нее после рождения законных детей.

— Но… — Дариус нахмурился, задумавшись над моими словами. — Она тоже хочет, чтобы ты ушел? Как ты думаешь, Астрид будет оспаривать твое место через время?

— Я не уверен, как поступит моя сестра, — признался я. — Я не думаю, что она знает… но моя мачеха всегда заставляла нас соперничать. Между мной и ею не пропала любовь, и я думаю, что если мачеха не сможет меня убить, она захочет, чтобы Астрид в конце концов бросила мне вызов. Я уверен, что единственная причина, по которой я до сих пор дышу, это то, что отец поставил на меня защиту. Он ясно дал понять, что хочет, чтобы я сидел на его месте. Его не волнует моё законное право, но скандал, который это может вызвать…

— Я знаю, — прорычал Дариус. — Но мы поддержим тебя, даже если весь мир узнает, что ты сын смертной, не говоря уже о том, что ты бастард. Какая разница? Твоя сила исходит от твоего отца. Так что нахрен всех, кто насмехается над тем, что твоя кровь недостаточно чиста. Нет лучшего мужчины или женщины, чтобы занять место твоего отца после тебя, и если твоя мачеха думает, что сможет заменить тебя Астрид, то она, блядь, заблуждается.

— Чертовски верно, — согласился Калеб, глядя прямо мне в глаза.