Принцесса Теней

Валенти Сюзанна

Мы пошли по тропинке через Лес Стенаний к многоэтажной парковке, где он держал свою машину, и поднялись на лифте к самому Бэтмобилю на верхнем этаже.

— Разве у тебя нет машины поменьше… — Я махнула рукой на эту показную штуку, даже не зная, как ее назвать. Она была полностью черной и настолько претенциозной, что у меня даже не было слов для этого.

— Это единственная машина, которую я держу в кампусе, — ответил он, нахмурившись, и, похоже, немного обиделся. — Тебе не нравится?

— Все в порядке, — ответила я. — Не беспокойся

об этом.

— Так на чем бы ты предпочла, чтобы мы поехали? — с любопытством спросил Калеб, отпирая машину.

— Ну, если можно выбирать, то я бы выбрала это, — сказала я, указывая на красивый красный супербайк, который был припаркован напротив его машины.

Калеб фыркнул от смеха.

— Ну, я не думаю, что Дариус согласится одолжить его нам.

По моему позвоночнику пробежала колючка, когда я сделала шаг ближе к мотоциклу. Конечно, он принадлежал Дариусу, не знаю, почему я не поняла этого сразу. Это была ограниченная серия, чертовски совершенная, от нуля до шестидесяти за две целых шесть десятых секунды, абсолютно вожделеющая красота.

— Ну, я, наверное, смогу завести его в течение десяти минут, — предложила я, пробегая взглядом по мотоциклу, так как мое сердце забилось быстрее при одной только мысли о том, чтобы прокатиться на нем.

Калеб рассмеялся, как будто я пошутила, и заскочила в машину под дверью, которая взметнулась вверх, как странное крыло. И конечно, я шутила. В основном. Я не собиралась красть байк Дариуса Акрукса. Возможно. По крайней мере, не сейчас, когда здесь находится одна из его подружек.

Я вздохнула и отошла от мотоцикла, чтобы сесть в машину рядом с Калебом.

— Пристегнись, — подбодрил он, когда двери закрылись и он завел двигатель, который урчал под нами, как голодный зверь.

— Нет, — просто ответила я, игнорируя ремень безопасности, и устроилась поудобнее, опустив окно.

Калеб смотрел на меня с любопытством, но не спрашивал. А я вряд ли собиралась пересказывать подробности той ночи, когда я чуть не утонула, в качестве интересной темы для разговора, поэтому мы оба просто оставили эту тему.

Он включил радио и запустил плейлист, заставив меня поморщиться от грохота сверхгромкого ритма и странной техно-вибраций.

— Ты можешь выбрать что-нибудь другое, если тебе не нравится это, — сказал Калеб, бросая мне свой атлас, чтобы я могла выбрать другой плейлист.

Я прокручивала варианты, пока он вез нас с территории академии по извилистой дороге в сторону Туканы. Все в плейлистах Калеба было похоже на ту или иную форму танцевальной музыки. Очевидно, мы были обречены на путешествие внутри мини-рейва, несмотря на мои кровоточащие барабанные перепонки. Я оставила попытки найти что-то хорошее, поняв, что наши музыкальные вкусы слишком далеки друг от друга, чтобы я могла легко найти золотую середину.

Я убавила громкость и постаралась не обращать внимания на повторяющуюся дребедень, под которую Калеб барабанил пальцами по рулю.

Вскоре мы уже подъезжали к огромному бару

с затемненными окнами и названием, которое, казалось, было написано символами, а не буквами, и я не знала, где мы находимся, как и до приезда. Калеб обошел машину и открыл для меня дверь, подал руку, как подобает, леди, и заставил меня ухмыльнуться, когда он поднял меня из машины на руки.

— Ты не можешь здесь парковаться!

Я оглянулась, когда вышибала сердито окликнул меня, но когда Калеб повернулся к нему лицом, огромный мужчина опустил взгляд в пол.

— Простите, мистер Альтаир, я не знал, что это вы, — пробурчал он, его лысая голова покраснела.

— Нет проблем, — пожал плечами Калеб, увлекая меня за собой мимо длинной очереди людей, ожидающих входа, и другой вышибала мгновенно открыл перед нами дверь.

— Мне всегда было интересно, каково это — быть одним из тех людей, которые вот так влезают без очереди, — сказала я, когда мы вошли в шикарный атриум, и женщина поспешила вперед, чтобы взять пальто Калеба.

— И как, это соответствовало твоим мечтам? — поддразнил Калеб.

— Это заставило меня почувствовать себя полной идиоткой, — ответила я, пожав плечами, и он рассмеялся.

— Ну, привыкай к этому. Ты Роксания, черт возьми, Вега. Ты больше никогда в жизни не будешь стоять в очереди за чем-либо. — Он взял меня за руку и повел по хозяйки, а я хмуро смотрела ему в спину. Я не была уверена, что мне это нравится. Значит, только потому, что, как выяснилось, у меня были родители короли, я теперь всю жизнь буду получать особое отношение?

Мы прошли через бархатный занавес, и хозяйка провела нас к VIP-столику за канатом. И так, придурковатость продолжается…

Я села за маленький круглый столик, а Калеб что-то сказал хозяйке, вложив ей в руку рулончик с аурами, прежде чем она ушла.

— Так это твой любимый ресторан или что-то в этом роде? — спросила я, оглядываясь по сторонам. Мой взгляд упал на сцену в дальнем конце зала. Мы находились выше большинства других обедающих, поэтому мне было хорошо видно сцену. В центре сцены стоял одинокий микрофон, а перед ним был экран, обращенный в сторону от нас.

— Это будет немного смешно, — сказал Калеб.

Девушка встала и вышла на сцену под аплодисменты и несколько криков поддержки от своих друзей. Я слегка вздрогнула, когда она направилась прямо к микрофону, и снова отвернулась от нее.

— Итак, у меня есть странная ненависть, о которой, возможно, стоит рассказать, если группа собирается начать играть, — сказал я, глядя на Калеба.

— О?

— Да. Итак, живая музыка меня немного пугает. Мне просто неприятно, когда люди поют при мне, а потом еще это неловкое социальное давление, заставляющее аплодировать и прыгать в знак признательности за то, какие они замечательные. Даже если вы не считаешь их таковыми. Это просто заставляет меня чувствовать себя… странно. — Я скорчила гримасу, когда Калеб рассмеялся.