Принцесса стоит смерти
Шрифт:
— Конечно, мой Лорд. Иначе я не была бы принцессой.
Ланс, идущий впереди и явно пытавшийся вслушаться в наш разговор, остановился:
— Принцесса, Лорд, мы пришли, — хмуро сказал он. — Вот катер.
На катер Эрнадо эта машина мало походила. Раза в полтора больше, сигарообразной формы, с широкими треугольными крыльями, выступающими из корпуса.
— Это — десантная модель, — пояснил Ланс. — Тяжелее обычной, зато приспособлена для планирования в нейтрализующем поле.
Открывая люк Ланс еще раз заколебался.
— Принцесса,
— Это должен решить Лорд, — невозмутимо ответила принцесса.
— Я уже решил, — забираясь в кабину сказал я.
Ланс больше не спорил. В кабине — приборов здесь было куда больше чем во флаере, оказалось четыре кресла, расположенных в два ряда. Ланс сел в одно из передних, мы с принцессой устроились за ним. Узкий овальный люк за нашими креслами вел, очевидно, в десантный отсек. Катер мог вместить человек пятнадцать-двадцать, не меньше…
Несколькими касаниями клавиш Ланс включил приборы. Перед нами засветился видеокуб, почти такой же, как во флаере. Я подался вперед, вглядываясь в разноцветное мерцание. Розовый изгиб защитного поля — мы находились у самой его границы, миниатюрные копии дворцов, венчающие Сломанный Клык… Зеленая точка, плывущая к нам от бывшей резиденции императора.
— Это Шоррэй, — трогая парнишку за плечо сказал я. — Он воспользовался аварийным стартом. Попытайся мы подтащить сюда другой катер, он бы нас застал врасплох. Понимаешь, что бы тогда случилось?
— Он убил бы вас, Лорд. И меня тоже. А принцессу вернул обратно.
— Точно. Запомни, в твоих руках теперь судьба принцессы, а, значит, и всей планеты. Если мы сумеем выбраться за границы поля — Шоррэю нас не догнать. Он проиграет — и вынужден будет с позором убраться в свои владения. Если же мы погибнем, Шоррэй станет посмертным мужем принцессы. Понимаешь?
— Я сделаю все, что в моих силах, Лорд, — мне показалось, что первый раз в этой реальности слова Ланса прозвучали без малейшей тени пренебрежения.
— Тогда начнем, — я поудобнее устроился в кресле и осторожно извлек из кармана вторую, последнюю, темпоральную гранату. Парнишка может не справиться с управлением — и тогда я сломаю хрустальный цилиндрик.
Если успею, конечно.
12. ХРАМ
Толкать катер не пришлось — он уже стоял на покатой дорожке аварийного старта, и Ланс лишь снял его с тормозов, точнее, с того устройства, которое мертвой хваткой удерживало десантный катер на наклонной поверхности.
— Опять перегрузки, — безнадежно сказал я, когда машина начала наращивать скорость.
Принцесса покачала головой.
— Нет, Лорд. Перегрузку выше полутора единиц снимет гравикомпенсатор.
Я с сомнением пожал плечами. При слове «гравикомпенсатор» мне представились какие-то пружины или гидравлические цилиндры в основании кресел. С подобными устройствами на Земле экспериментировали немало, но работали они
Принцесса почувствовала мой скепсис.
— Погляди на потолок, Сергей. Видишь черный шар?
Посередине потолка, действительно, было вмонтировано непонятное устройство. Тонкое, бледно-голубое металлическое кольцо, охватывающее угольно-черный шар размером с футбольный мяч. Шар наполовину вдавливался в потолок, не оставляя ни малейшего зазора.
— Понаблюдай за ним, когда мы будем в нижней точке разгона. Шар сожмется, вбирая гравитацию, а потом постепенно расширится, отдавая ее обратно. Количество гравитации, воздействующее на катер, останется одним и тем же, но перегрузки как бы растянутся во времени, и за счет этого будут ниже.
Я бросил беглый взгляд на видеокуб. Катер приближался к отвесному спуску. До сих пор Ланс вел его вполне ровно, но удержит ли он управление на «трамплине»?
— Если этот шарик действует, то его придется признать гениальным изобретением. Здесь постаралась не ваша планета?
— Нет, — сухо ответила принцесса. — Гравитацией мы не занимаемся. «Шарик», как ты его называешь, одно из немногих понятных нам устройств Сеятелей. Была такая исчезнувшая цивилизация…
Снова Сеятели! Они владели временем, они управляли гравитацией… И погибли? В междоусобных войнах? Уж больно примитивно, вроде назидательной исторической байки: много будешь воевать, исчезнешь как Сеятели…
Катер скользнул вниз и у меня перехватило дыхание. С невесомостью гравикомпенсатор явно не собирался бороться. Наверное, не считал необходимым. Ланс подался вперед, почти уткнувшись лицом в экран лобового обзора. Руки его, как приклеенные, лежали на панели управления. А экран стремительно заполняла дуга разгонного трамплина. Сейчас ударят бустеры, и нас накроет…
Перегрузки мягкой волной вжали нас в кресла. Действительно, полтора «же», не больше, как в разгоняющемся автомобиле. Я посмотрел на гравикомпенсатор — он плавно сжимался, уменьшаясь до размеров крупного яблока. По черной поверхности плясали белые искорки электрических разрядов.
— Давай, давай, Ланс… — прошептала принцесса. Вряд ли парнишка мог ее услышать.
Катер пронесся по трамплину. Вылетел с дорожки — и сразу же мягко просел, клюнул носом. С легким гулом раздвинулись крылья — но заметных изменений это не принесло. Катер летел как топор — пущенный сильной, умелой рукой, но все же безнадежно тяжелый. А гравикомпенсатор, расширяясь, исправно вываливал на нас полуторную перегрузку. Словно задался целью лишить нас малейшего ощущения полета.
Мы падали. Падали на безнадежно крутые склоны, на беспощадно тянущиеся в небо скалы. Интересно, способен ли гравикомпенсатор погасить энергию падения? Превратить ее во что-нибудь длительное, неприятное, но не смертельное? Желания проэкспериментировать у меня не оказалось. Я поудобнее сжал в ладони темпоральную гранату. Когда до скал останется метров десять…