Принцесса на посту

Кэбот Мэг

Телефонный оператор передал его сообщение. Сообщение гласило: «Привет».

«Привет!» Майкл сказал: «ПРИВЕТ!»

Само собой, я бросилась перезванивать, как только добралась до телефона, но Московицы все ушли в «Ле Краб Шак»: там пенсионерам скидки по утрам. Дома осталась только доктор Московиц (мама), так как одной из ее пациенток понадобилась экстренная консультация (из-за послепраздничных распродаж случился рецидив шопоголизма).

Доктор Московиц обещала всенепременно передать Майклу мое сообщение. Сообщение гласило: «Привет».

Нет, конечно, мне хотелось сочинить что-нибудь более

романтичное, но, как выяснилось, сказать слово «любовь» маме парня трудновато.

О боже, бабушка опять на меня кричит! Она целый день наставляет меня по поводу этого дурацкого бала, который уже совсем скоро, – прощальный прием перед моим отъездом обратно в Америку… обратно к любимому.

Дело в том, что на балу будет присутствовать принц Уильям, так как в это время он приедет в Дженовию на благотворительный матч по поло, в котором примут участие папа и Рене, и бабушка вся испереживалась, что перед принцем Уиллом я опять накосячу, как во время телеобращения к народу Дженовии.

Как будто мне больше делать нечего, кроме как говорить с принцем Уильямом про платную парковку! Охохонюшки…

– Честное слово, я не понимаю, что с тобой творится, – говорит бабушка. – С тех пор, как мы приехали, ты постоянно витаешь в облаках. Даже больше чем обычно, – она прищуривается, а это не для слабонервных зрелище, ведь на веках у нее татуаж, который она сделала, чтобы по утрам не возиться с тушью и подводкой, а всецело посвятить себя тому, чтобы сбрить брови и нарисовать новые. – Ты же не об этом мальчике думаешь?

Этим мальчиком бабушка стала называть Майкла с тех самых пор, как я объявила, что только ради него живу. Ради него да еще ради моего кота, Толстяка Луи.

– Если ты имеешь в виду Майкла Московица, – ответила я бабушке самым царственным тоном, – то да, именно о нем я и думаю. Все мои мысли о нем, ибо его образ навсегда запечатлен в моем сердце.

В ответ – смешок.

– Телячьи нежности, – заявляет бабушка. – Это пройдет.

М-м, не хочу тебя расстраивать, бабушка, но нет, не пройдет. Я люблю Майкла вот уже лет восемь, за вычетом разве что тех двух недель, когда я почему-то решила, что втюрилась в Джоша Рихтера. Восемь лет – это больше чем половина моей жизни. Такую глубокую, нерушимую страсть просто так не вытравишь и не надо низводить ее до своих обывательских представлений о человеческих чувствах.

Однако вслух я ничего этого не сказала – уж больно острые у бабушки ногти, «случайно» ткнет – мало не покажется.

Вот только вряд ли: хотя Майкл и впрямь любовь всей моей жизни, и его образ навсегда запечатлен в моем сердце, но все-таки вряд ли я буду разрисовывать тетрадку по алгебре сердечками и цветочками и выводить красивым почерком «миссис Майкл Московиц», как делает Лана Уайнбергер (только она, само собой, пишет «миссис Джош Рихтер»). Не только потому, что страдать такой фигней – это уже перебор, и не только потому, что я не горю желанием подавить собственную идентичность, взяв фамилию мужа, но еще и потому, что, став консортом правительницы Дженовии, Майкл, разумеется, возьмет мою фамилию. Не Термополис. Ренальдо. Майкл Ренальдо. А что, кстати, классно звучит.

Еще тринадцать дней до того,

как я снова увижу огни Нью-Йорка и темно-карие глаза Майкла. Боженька, дай сил дожить.

Его Королевское Высочество Майкл Ренальдо

М. Ренальдо, принц-консорт

Майкл Московиц Ренальдо Дженовийский

Уже семнадцать дней не видела Майкла.

Среда, 7 января

Королевский распорядок дня

Ну что тут скажешь? Если люди ХОТЯТ, чтобы их инфраструктуру уничтожали спортивные внедорожники немецких туристов, которые (внедорожники) жрут адовы литры бензина, – что ж, имеют право. Кто я такая, чтобы им мешать?

Ах да, извините, всего-навсего какая-то ПРИНЦЕССА.

18 ДНВМ

Четверг, 8 января

Королевский распорядок дня

8:00–9:00

Завтрак с послом Дженовии в Испании

Кетчупа как не было, так и нет!!!

9:30–12:00

Финальные штрихи к официальному портрету

Сейчас увидеть конечный продукт мне нельзя – его представят публике на Прощальном балу. Надеюсь, художник не нарисовал здоровенный прыщ, который вскочил у меня на подбородке. А то неловко будет.

12:30–14:00

Обед с министром финансов

НУ НАКОНЕЦ-ТО! Хоть кто-то согласен со мной насчет экономической значимости платной парковки. Министр финансов – мой герой!

Увы, бабушка по-прежнему против. А она имеет гораздо больше влияния на общественное мнение – даже больше, чем папа или парламент.

14:30–16:30

Очередной инструктаж на тему, что норм, а что не норм говорить при встрече с принцем Уильямом

Например:

«Очень рада с вами познакомиться» – норм.

«А вам не говорили, что вы похожи на Хита Леджера?» – не норм.

Во время инструктажа к нам заглянул Рене, как раз шедший в дворцовую качалку, и предложил мне поинтересоваться у Уилла, что же там все-таки произошло между ним и Бритни Спирс. Бабушка говорит, что, если я посмею это сделать, она оставит мне Роммеля в следующий раз, когда поедет в Баден-Баден делать пилинг лица. Фу! И Роммель фу, и пилинг лица фу. И Рене тоже фу, между прочим.

19:00–23:00

Официальный обед с крупнейшим импортером/экспортером дженовийского оливкового масла

Пропади оно все пропадом.

19 ДНВМ

Пятница, 9 января, 3 часа ночи

Королевская спальня

Внезапно подумала.

Когда Майкл на Зимнем балу сказал, что любит меня, – вдруг он имел в виду любовь в платоническом смысле? А не в смысле пламенной страсти. Ну, может, он меня любит как друга.