Принцесса морей
Шрифт:
– Вы, сэр, – заливаясь краской, пролепетал Сарджент.
– Так делайте то, что вам велят, и не суйтесь не в свое дело!
Отвернувшись от обескураженного помощника, Блэйк снова приставил к глазу трубу. Расстояние между двумя кораблями медленно, но верно сокращалось.
Взошло солнце. Стало совсем светло. «Медуза» летела как на крыльях, и одно время команде казалось, что она вот-вот оторвется от преследователей, но Блэйк неожиданно покинул мостик и подошел к штурвалу. Рулевой молча уступил ему место.
– Что он делает? – шепотом спросил у боцмана удивленный Сарджент.
Неожиданно
– Мы упустим их! – в досаде вскричал Сарджент. – Боже мой!
Старый боцман только потер усы и ничего не ответил.
Сарджент заметался по мостику. Будь его воля, он немедленно бы выдал Блэйку все, что думает о его идиотском маневре, из-за которого пиратский корабль уходил у них буквально из-под носа. Однако Сарджент был воспитан в уважении к дисциплине, а то, что он намеревался заявить Блэйку, шло вразрез даже с обыкновенной вежливостью.
– Хо-хо, – произнес вдруг боцман скрипучим голосом. – Ну вот и попались, голубчики.
Сарджент обернулся, не веря своим глазам. «Медуза» совершенно явно становилась все ближе и ближе с каждым мгновением, хотя бриг мчался с головокружительной скоростью. Старый боцман улыбнулся в усы.
– Подводные течения, – пояснил он изумленному Сардженту. – Кто знает их и умеет использовать с умом, от того сам черт не скроется.
Блэйк снова поручил штурвал рулевому и вернулся на мостик.
– Готовы канониры? – спросил он у боцмана.
– Так точно, сэр! – отвечал тот, вытягиваясь в струнку.
– По моей команде пусть сделают один выстрел. Пробный.
– Есть, сэр!
– Команда пусть готовится к абордажу.
Последнее распоряжение Блэйк отдал самым будничным голосом, словно речь шла о какой-нибудь послеобеденной прогулке.
– Канониры, – заревел боцман, – готовсь!
Сарджент помчался на палубу – приказать команде, чтобы матросы запаслись крюками и оружием для абордажа неприятельского судна.
– Ну, теперь не уйдешь… – пробормотал Блэйк удовлетворенно. Глаза его сузились, и, тихо сказал: – Огонь.
– Огонь! – во всю силу своих легких заревел боцман.
– Огонь! – заорал старший канонир Лэмлинг, маленький, жилистый, голый до пояса человечек в повязанном по-пиратски платке, с торсом, украшенным многочисленными шрамами и татуировками.
Канонир кивнул и поднес к запальному отверстию огонь, извивающийся на конце железного шеста с пропитанным серой фитилем. Пушка рявкнула и выплюнула ядро. Грохот отдачи отбросил ее назад, и цепи напряглись, удерживая ее на полу.
– Заря-жай!
Ядро не долетело до кормы «Медузы» и ушло в воду, выбив фонтан брызг. На мостик вернулся Сарджент.
– Команда готова? – спросил у него Блэйк.
– Да, сэр.
Блэйк потер губы. Рулевой попытался подойти к «Медузе» сбоку, чтобы можно было дать прицельный залп из пушек, но, что он ни делал, бриг упорно разворачивался к противнику кормой.
– Может, дать приказ канонирам? – несмело спросил Сарджент.
– Отставить, – буркнул Блэйк, не глядя на него. – С такого расстояния не достанем.
«Медуза» летела впереди, «Ласточка» неотступно следовала за ней. Блэйк поднес
– Черт бы их побрал! – процедил он сквозь зубы. – Ладно, была не была.
И быстрым шагом двинулся к штурвалу через палубу, полную матросов с оружием и с абордажными крюками наготове.
– Отойди, – велел Блэйк рулевому.
Тот молча подчинился.
– После разворота – залп из всех пушек! – крикнул Блэйк боцману и налег на штурвал.
Корабль стал резко уходить вправо. Паруса напряглись. «Медуза» начала отрываться. Боцман хмурился и покусывал усы. Сарджент не отводил взгляда от брига. Сердце его колотилось в груди как бешеное, губы пересохли. Разрыв между преследователем и преследуемым сделался еще заметнее, зато «Ласточка» теперь неслась по волнам так, словно была и впрямь парящей на крыльях птицей. Неожиданно «Медуза» стала приближаться. Сарджент нахмурился. Больше всего происходящее напоминало теперь бег наперегонки. Слева впереди летел бриг, оставляя за собой широкий пенящийся след, справа его нагоняла «Ласточка». Душа Сарджента наполнилась ликованием. Молодой офицер видел, что они настигают пиратов. Минут через двадцать, пролетевших как одно мгновение, бриг и преследователь уже поравнялись, однако Блэйк не спешил приближаться к противнику, и между ними оставалось значительное расстояние. Внезапно до «Ласточки» долетел грохот пушечного залпа, и несколько ядер пиратов упало в воду возле левого борта.
– Недолет, – фыркнул боцман.
– Но что он делает? – пробормотал Сарджент.
«Ласточка» стала отрываться от брига. Теперь она была впереди, а «Медуза» следовала за ней в некотором отдалении. Внезапно Блэйк взял круто влево. Корабль накренился, Сарджент едва удержался на ногах. Теперь Блэйк двигался прямо наперерез «Медузе».
– Разворот! – заревел боцман. – Канониры!
Совершенно неожиданно для врага «Ласточка» перешла на другой галс и сделала оверштаг, [36] так что ее нос оказался возле кормы пиратского корабля, который, повернутый к противнику боком, теперь представлял собой идеальную мишень.
36
Оверштаг – разворот примерно на 180°, когда корабль меняет направление движения.
– Готовсь к абордажу! – заорал Сарджент и выхватил шпагу.
«Медуза» была так близко, что можно было невооруженным глазом видеть, как колышется флаг на ее мачте.
– Огонь! – крикнул Блэйк, удерживая рвущийся из рук штурвал.
– Ого-онь!
«Ласточка» окуталась дымом. Пушки грохнули почти одновременно, и если бы не это, Блэйк бы наверняка расслышал, как в их торжествующий рев вплелся взрыв. Две самые большие пушки по неизвестной причине разнесло на куски. Пять канониров погибли сразу, еще несколько человек лежали раненые, с оторванными руками и обожженными лицами, и пронзительно кричали. В палубном настиле образовалась дыра, куда провалилась еще одна пушка. При взрыве пострадала кормовая часть, и в образовавшиеся дыры немедленно хлынула вода.